Per aspera ad astra II B
Шрифт:
— Молодцы! — он прямо-таки лучился довольством. — Славно поработали.
Бывшие горожане внимали ему, не особо вслушиваясь в слова. Они хотели одного — есть и спать, стараясь поменьше думать, что их ждет завтра.
— Всех ожидает ужин. Но! — Ка состроил серьезное лицо, — Так будет только сегодня. Завтра еду получат только те, кто сделает норму. Я не собираюсь кормить дармоедов.
Майор, довольно потирая руки, слез с вышки. Насколько он понял из «Оккупационного справочника», главным было превратить пленных в толпу одиночек, не дать им сбиться в группы, которые могли заняться саботажем. Лучшими методами по «перевоспитанию»
Майор с неудовольствием подумал, что желанный родник мог находиться всего в десятке километров от лагеря, но искать его сейчас было сущим самоубийством. Проклятые виверны исчезали только на закате и возвращались на рассвете, словно назначив в небе над базой постоянный пост. Необходимость передвигаться по лагерю короткими перебежками, постоянно ожидая огненного плевка, чрезвычайно раздражала, и Ка задумался — что именно заставляет рептилий атаковать именно их, а не, скажем, степных волков? Эти тощие блохастые твари, казалось, не боялись ничего — одна из них с утра шлялась по лагерю, подкопав ограду, замкнув проводку системы наблюдения в целом секторе обороны и принеся в своей шкуре бесчисленное воинство блох.
Ка искренне надеялся, что никто из техников, игравших с «милой собачкой», не притащит этих паразитов на «Карамболь» — майор все-таки хотел выспаться, не прибегая к медикаментам ни до, ни после отдыха.
На вышках вспыхнули прожектора, залив тюрьму ослепительно белым светом — майор не собирался давать шахтерам ни единого шанса на побег. Конечно, не мешало бы озадачить техников установкой еще одного контура безопасности, но, в принципе, это могло подождать и до завтра.
— Да что может случиться за одну ночь? — Ка широко зевнул. Ночная смена уже заняла свои места в укреплениях, которых вполне хватало, чтобы отбить внезапную атаку целой роты космодесанта. Вряд ли у местных было хоть что-то сопоставимое. — Но завтра — непременно. Прямо с утра!
Колючая проволока поддавалась с трудом — пришельцы не жалели легированной стали, используя ее даже там, где, по мнению местных, вполне сбы сгодилось железо или медь. На ликвидацию трех нижних «ниток» в заграждении у барона ушло полчаса — драгоценных полчаса, когда Магалор еще не взошел, а сон с ночным холодом напару размывают внимание караульных и леденят мышцы.
Наконец непослушный металл со звонким щелчком уступил нажиму массивных кусачек, и бережливый оборотень скатал упругую проволоку в плотное кольцо.
— Хорошая сталь, — пожал он плечами с видом, словно вся вылазка и задумывалась исключительно для того, чтоб разжиться куском инопланетной проволоки. Барон только махнул рукой — все Ларко славились невероятным скопидомством., вошедшим уже в легенду. Говорили, что в их семейном логове есть все — даже уникальные артефакты, оставшиеся только в легендах. — Зачем пропадать?
— Там еще один забор будет.
— И тому зачем пропадать? Запас карман не тянет, — Вирр озадаченно уставился на колючий «бублик», прикидывая, куда его запрятать
— На голову надень, — раздраженно посоветовал Тиг. Судя по облакам на востоке, Магалор должен был взойти уже минут через двадцать, а к этому времени барон рассчитывал оказаться внутри периметра. — К тому времени, как выберемся — будешь точь-в-точь великомученик Мелкин.
— Не хочу быть великомучеником, — оборотень, подкинув кольцо проволоки в руке, запустил его в густые заросли сирени. Впрочем, этот жест мог обмануть только тех, кто не знал семейство Ларко. Насколько барон был в курсе, дед Вирра зашибал на ярмарках большие деньги, на спор выкидывая в густые заросли ежевики полный кошель серебра. Особо хитрые спорщики под конец торжища опрометью кидались в кусты, пытаясь перехватить кошелек, но тщетно — старый Гарр без промаха закидывал мешочек с монетами в западенку, мастерски спрятанную в переплетениях корнях. Так что Тиг был уверен — поутру Вирр без особого труда найдет «выброшенную» проволоку.
— Второй забор, Вирр. Время, время: Магалор взойдет, как на ладони будем.
— Успеем, — оборотень скинул куртку, расстегнул ремень на штанах, и вдруг стал как-то шире в плечах. — Давай клещи.
Голос Вирра тоже изменился, став хрипло-рычащим — это была «неполная трансформация», когда переверныш еще сохранял человекоподобие, но получал невероятную силу и ловкость. Побочным эффектом этого состояния была бешеная, выматывающая нагрузка на организм — если Вирр пробудет в таком состоянии дольше пяти минут, ему придется отлеживаться неделю.
К счастью, проволока сдалась уже через две минуты.
Две тени стремглав пересекли открытое пространство между бортом «Химеры» и оградой, и укрылись за посадочной опорой. Вирр здесь уже бывал и знал — опора отлично закрывала разведчиков от нескромных взглядов охраны с наблюдательной башни. Теперь можно было перевести дух, оценить силы ночной стражи и спланировать дальнейшие действия.
— Ты как? — барон вгляделся в темноту, но ничего, кроме пары белесых пятен, не разглядел. Ночью была освещена только та часть лагеря, где поселили захваченных в Эспиато горожан. Там царила мертвая тишина — словно острог вымер. Впрочем, Тиг надеялся, что пленные просто отсыпаются после подземных работ.
— Но… нормально, — Вирр с трудом сглотнул, наконец приняв человеческий облик. — Дай воды.
Барон сунул оборотню свою флягу — ладонь перевертыша была ледяной.
— Уверен?
— Да, — отозвался Вирр, опустошив емкость — уже нормальным голосом. — Ничего, вернемся — отосплюсь.
— Не вопрос, — Тиг осторожно выглянул из-за амортизатора. Мимо проделанной в ограждении дыры неторопливо прошел охранник, даже не думая сдерживать зевоту. Он совершенно не заметил отсутствия трех нижних рядов проволоки, обратив внимание на странные черные коробочки, прикрученные к столбам.
— Вот они, твои невидимые глаза, — прошептал барон.
— Они не глядят, — махнул рукой Вирр. — Я бы почувствовал. Ну, куда дальше?
— Нужно забраться в один из этих домов. Мне интересно, что именно они прячут. Ты говорил, что один из домов постоянно открыт.
— Ага, — оборотень кисло усмехнулся. — Открыт. Он и сейчас открыт. Вон, гляди.
Перевертыш осторожно перебежал к другой опоре. Тиг последовал за ним.
— Да, тут не заберешься, — мрачно протянул барон. — Тут прямо крепость.