Пепельное солнце
Шрифт:
Я вышла из кафе. Был обычный летний день. Светило гребаное солнце, на небе ни единого облачка. Я даже не могла подумать, что сегодня станет началом конца. Я родилась в рубашке. От смерти меня отделяло двенадцать метров. Через дорогу от кафе на стоянке припаркована моя машина. Взрывная волна швырнула меня и я врезалась в машину, сознание уходило. Темнеющая картинка перед глазами. Горящие стены, повсюду кровь и выбитые осколки стекол. Моего любимого кафе и моего хорошего друга не стало в одну минуту….
Могла ли я знать, придя в себя на больничной койке три
— Мисс Ханнингтон, как ваше самочувствие? — мои глаза обманывали, картинка размыта.
— Честно, не особо хорошо, я еще толком не могу ничего разглядеть! — выступили слезы, стирая их, убедилась, что пальцы забинтованы.
— Насчет рук не переживайте, множественные порезы осколками стекол и синяки, заживут….
– голос говорящего напоминал голос диктора новостей. Молодой человек, старше двадцати пяти.
— Да, мне не привыкать к травмам, работа у меня такая….
– разлепила, наконец, глаза. В больничной палате центрального городского госпиталя, на стуле рядом с кроватью сидел сотрудник полиции. Я много повидала их на своем веку, поэтому профессия молодого человека приятной внешности, для меня была очевидной. Короткие волосы цвета мускатного ореха топорщились концами во все стороны. Очень симпатичное личико, светло-голубые глаза, мускулистая фигура. Но даже через полуоткрытый пиджак проглядывалось наличие и значка и оружия. Он детектив, несомненно. Он не вызывал у меня плохих ощущений.
— Я представлюсь с вашего позволения? — улыбка у него тоже довольно приятная, кивнула, выразив согласие. — Капитан Джон Эффер из «Управления Безопасности». Теперь я занимаюсь делом о взрывах, произошедших в июне этого года.
— «Управление Безопасности», вашим начальником недавно назначили бывшего министра юстиции, говорят он очень амбициозный и высокоморальный человек.
— Наверняка, у вас еще будет случай убедиться лично. Вы журналист, и один из лучших журналистов, поэтому договоримся так…. Сначала вы задаете мне вопросы, чтобы установить между нами мостик доверия, а потом я вам….
— Капитан Эффер, вы не считаете меня обывателем, уже радует. Поэтому говорить буду, что думаю. Я не собираюсь сидеть сложа руки, сделать из меня простого свидетеля не получиться. Хочу принимать участие в расследовании, обещаю не писать ничего лишнего и в результате сделать только правдивый репортаж, к какому бы выводу не привели нас поиски. Взамен получите мои связи и мою поддержку, будем работать вместе? — пока я говорила, капитан слушал внимательно, на лице, на лбу проскакивала своеобразная морщинка. Морщинка разгладилась — он посмеялся, но обозначил свое согласие.
— Думаю, вы сказали за меня самую трудную часть. Мне не хотелось играть в двуличную игру. Мое начальство считает, что данный путь наиболее приемлем в сложившейся ситуации. Не хочу вас нагружать в первый день, как вы пришли в нормальное состояние, но….
— Для начала перейдем на «ты», общение нам предстоит долгое и плодотворное Джон, поэтому постараемся не усложнять жизнь, я Саманта. А, вообще можете звать Сэм, меня
Он легко освоился и перешел на неформальное общение. Мы поладим….
— Ты ведь понимаешь…? Слова по телевизору для отвода глаз, паники нельзя допускать. После взрыва моста, нам уже было ясно — террористы, следы осколочной бомбы повсюду, но случаи каждый раз весьма необычные.
— Раз осколки бомбы, в чем же необычность? — заботливый капитан Джон подал мне стакан с водой и мне пришлось выпить кучу таблеток, оставленных медсестрой.
— Не факт, что бомба взрывалась и вообще, что она была. Когда эксперты осматривали мост, выяснилось, что несущая опора спроектирована на определенный вид динамических нагрузок. Сейсмологическая станция зафиксировала в том районе, небольшие скачки, после чего мост разрушился.
— А следы взрыва бомбы, пожар и осколки можно имитировать. Вот почему невозможно доказать теракт! Вот черт! Нужно найти доказательства, что подземные толчки были вызваны не естественными природными причинами.
— Именно, хочешь узнать об остальных трех случаях?
Я откашлялась, через ломку в костях спустилась с кровати, вызвав удивление капитана Эффера.
— Джон, непременно хочу узнать, но для начала, не согласитесь отвезти меня на кладбище? Я выписываюсь. Мне нужно проститься с другом.
У капитана Эффера хорошая машина — «Форд Мустанг», парень явно без ума от адреналина. Мы договорились, что вечером я приду в «Управление Безопасности», он довез меня до ворот кладбища. Одежда у меня мало походила на траурную. Но, вот бинты…. На лице, на руках — открытые ссадины, на шее — величественный фиолетово-желтый синяк. Пока мы ехали, капитан успел рассказать, что я единственная выжившая из Сигурта. Восемь посетителей, три официантки, владелец, уборщик и повар погибли. Взрывной волной были отобраны жизни и еще двоих прохожих, оказавшихся не вовремя рядом. Их хоронят сегодня на кладбище, мне честь по чести, надо было, навестить всех, но я хоть и ощущала ответственность за свое спасение, ничего не могла сделать, времени мало. А работа предстояла большая, а голова и кости до сих пор болят.
Идя межу могилами по зеленому газону, я отметила хороший уход за кладбищем. Миленькие аккуратные дорожки и ухоженные ряды. Так мило и главное эстетично…. Почему так много людей умерло? За месяц в городе умерло народу больше, чем за весь прошлый год. Что твориться?!
Я знала семью Гарри. Его жена Мария — беженка из соседней страны, приехала вместе с семьей и вела мирную размеренную жизнь. Женщина она красивая, темноволосая, короче на их дочку смотреть одна радость. Пошла в родителей — высокая и несомненно симпатичная. У них была обычная семья. Не представляю себе, что будет с ними с потерей отца…. А кафе было их единственным источником дохода. Беженцев не особо хорошо брали на работу.