Пепел
Шрифт:
А потом мы увидели моего отца. Он явно узнал Риту, однако не подошел, лишь коротко кивнул, усаживаясь среди гостей. Марго немного напряглась, видимо, переживала, что родители пересекутся, однако за целый вечер ничего плохого не произошло.
Сначала был скучный концерт: поздравляли выпускников, вручали грамоты, восьмиклашки и младшие школьники показывали какие-то самодельные номера. И только после мы поплелись к автобусам, что уже ждали во дворе. Ресторан за городом должен был вместить в себя три выпускных класса, почти сотню учеников, плюс родителей и учителей.
Ехали
Ресторан оказался реально крутым местом: вокруг огромная территория для прогулок, озеро, разные мостики с подсветкой, карета, на которую умудрились залезть парни из параллельного. Я остановился у входа, отводя Риту в сторону, выждать пока очередь немного рассосется. Народ там создал знатную давку. Повернул голову и вдруг заметил черный гелик, который на скорости заскочил на парковку. Из него вышли Аким, Аленка, Кир, Юрка и Раевский. Пацаны все в костюмах, а Смирнова в коротком красном платье, едва прикрывающем ее прелести.
Тонкие шпильки со стразами, прическа, явно сделанная у лучшего городского стилиста, переливающиеся брюлики на шее, все в ней кричало – вот она я, смотрите. Раньше мне бы и самому захотелось посмотреть, горделиво задрать подбородок, но сейчас внешний вид девчонки показался немного пошлым, вычурным.
– Проходим, – раздался голос Егоровны. Очередь наконец-то сдвинулась с мертвой точки, и мы вошли внутрь.
Глава 58 - Витя
Первый час прошел максимально скучно: опять однотипные поздравления (и не надоедало же им), тосты, пожелания лучшего будущего, мать Ирки Зайцевой вообще разревелась, пока зачитывала с листочка текст. Я выискивал глазами отца, однако он либо не приехал, решив, что на этом выполнил родительский долг, либо бродил где-то по территории. Ну и ладно, главное – Марго рядом, улыбается и тепло смотрит на меня. Большего желать сложно.
Когда принесли люля, народ накинулся жадно уминать еду. Мы с Ритой тоже принялись за горячее, иногда воруя друг у друга кусочки, в шутку ругаясь и споря. Егоровна это заметила и поставила мне прямо под нос хоровац* со словами, мол, не надо у девушки отбирать вкусности. Пришлось уступить.
Свет приглушили для дискотеки, подсветку включили, дым пустили, заиграла одна из любимых песен нашего класса:
Звук поставим на всю и соседи не спят,
Кто под нами внизу, вы простите меня.
А потом о любви говорить до утра.
Это юность моя, это юность моя.
Раевский выскочил первым на танцплощадку, видимо, пригубил-таки, уж больно активно он двигался. Начал зазывать народ, делая вид, будто поет, в
– Витя, – опять Егоровна возле меня очутилась. Я перевел на нее взгляд, убрав руку с плеча Риты.
– Да.
– Иди, помоги Мише. Ты выйдешь, и все выйдут. Чего сидеть, не старики же.
– Да мы с ним… – попытался соскочить я, однако классная была бы не нашей мировой теткой, если бы сдалась так просто.
– Вот и помиритесь заодно! Давай, давай! Мальчишки у нас стесняются, а ты выйдешь, они раскрепостятся. Девочки такие красивые сегодня, а вы сидите. Иди, Шестаков. Давай!
– Иди, – подтолкнула Рита.
– Предательница, – шикнул на нее.
– Витя, давай, пока песня не закончилась. Ты же у нас можешь, ну, – улыбнулась Егоровна.
– Рит, пошли со мной, – предложил, собственно, чего ей одной сидеть на стульчике. Однако Марго вдруг воспротивилась, словно приросла к стулу.
– Пошли, ты же со мной, – настаивал я.
– Ты иди, Витя, – хлопала ресницами Рита, поджимая губы. Скромница моя. Ладно, решил – выйду, подтяну народ, потом и Романову вытащу. В конце концов, когда на площадке будет человек тридцать, она уже никуда не денется.
И в самом деле, стоило только мне выйти, как ребята завыли, а Раевский расплылся в улыбке. Я прошелся вдоль столов, жестом показывая, чтобы поднимались разряженные гости. Мишка подхватил инициативу, вытаскивая оставшихся девчонок за руку, я же пытался растормошить пацанов, что технично отсиживались на стульях.
Потихоньку танцпол заполнился людьми, которые сделали подобие круга вокруг нас с Раевским. Заиграла разбивка, и мы с Михой вдруг выросли напротив друг друга, ну и как-то само собой получилось – запели в унисон, отжигая в ритме музыки.
– Звук поставим на всю, и соседи не спят, – ребята подхватили, диджей еще приглушил трек, в итоге в зале слышны были только наши голоса. Я любил быть в центре внимания, словно подпитываясь энергией других. Да и народ ожил, а то сидели все кислые, скучные, теперь и прыгали, и кричали, и видосики снимали.
Когда трек закончился, и заиграла новая мелодия, я поспешил к столику, планируя вытащить Риту. В этот раз она, правда, не сопротивлялась. Только увидела меня, сама направилась навстречу, и то ли это свет так падал, то ли у меня в глазах искрило – показалось, Марго сияет ярче луны на ночном небе. Она была поистине прекрасна в этом платье.
Я не выдержал, приобнял ее за талию, притягивая к себе, и шепнул на ушко:
– Ты безумно красивая.
– Спасибо, – тоненьким голоском ответила Рита, робея. Вообще она всегда такая – в моих объятиях становилась податливой, скромной, смущенно глаза отводила. В ней не было ни грамма пошлости, присущей многим современным девчонкам, что еще больше подзадоривало. Ну и тот факт, что я неоспоримо был ее первым и единственным парнем, стану им в скором времени, подсластил и без того горячие фантазии.