Пепел. Гори оно все...
Шрифт:
– Нда уж…. – пробормотала она, снова отпивая почти остывший чай. – Осторожной…. Раньше думать надо было… и осторожничать…. А теперь, Дим, поздно пить боржоми…. Выжить бы как-то….
31
И она жила. Выживала.
Загоняя эмоции глубже, всё больше растворялась в работе — в бесконечных встречах, переговорах, согласованиях. Не сказала ни слова, когда её назначили отвечать за GR-направление в предвыборном штабе. Просто кивнула, как будто это решение не касалось её лично, не глядя
Контакты с депутатами и администрациями, протоколы встреч, поправки к законопроектам, координация с бизнесом — всё свалилось сразу. Ирина и она – обе зашивались по горло.
— Что-то Ярослав Геннадьевич жестит, — бросила Ирина, наспех сверяя список согласованных спикеров для завтрашней встречи в Минстрое. — Видимо, серьёзно взял курс на укрепление позиций в регионе. Мелькает в кулуарах чаще, чем в прошлом цикле.
— Я так понимаю, помимо него и Артура, ещё и наш Воложин в депутаты метит, — тихо отозвалась бледная Альбина, не отрываясь от черновика Соглашения по взаимодействию с округами. — И по самому токсичному району — где и электорат сложный, и скандалы тянутся с прошлой кампании… По крайней мере так Илона мне сказала на пятиминутке.
– Запускают пробный шар, - кивнула Ирина. – Надо кадры подпнуть, чтоб нам быстрее сотрудников нашли…
– Вчера пинала, - Альбина подавила накатившую волну тошноты и сглотнула. – Подобрали четыре кандидатуры, завтра начнем собеседования. Мне одна девочка нравится – работала в городе, в земельном комитете. И структуры понимает и задачи и связи какие-никакие есть. Не как у меня… - усмехнулась, поднимая голову и потирая воспаленные глаза.
– У тебя есть стратегическое видение, - покачала головой Ирина, - это важнее связей. Их наработаешь, я помогу. Вон, уже начала…. Илона с кем попало информацией не делится. Значит и сама тебя уже просканировала, и Ярослав Геннадьевич добро дал.
Со стартом предвыборной кампании пятиминутки у него стали регулярными, а Илону – нанятого политтехнолога – бабу стервозную и прямую – посадили в кабинете напротив кабинета Альбины. Иногда, глядя на то, как эта женщина командует, Альбина невольно ловила себя на мысли, что не прочь научиться такому же. Знакомство в понедельник вышло странным. Когда Ярослав представлял всех, кто войдет в его штаб Илоне, она внимательно посмотрела на девушку и почему-то хмыкнула:
– Опять рыжая…. Это что, тренд такой?
Никто ничего не понял, но уточнять не стали.
Альбина оставалась на работе допоздна, порой запираясь в кабинете изнутри — Ярослава она по-прежнему опасалась. Хотя и понимала: если он решит зайти, замок его не остановит.
Но он не заходил. И на совещаниях вел себя ровно, спокойно и по-деловому, ни взглядом, ни жестом не напоминая о том, что случилось между ними в минувшую пятницу. Только иногда ей казалось, что присматривается внимательнее, словно ищет в ней слабости, трещину в ее броне. Иллюзий она не питала: хищник затаился, выжидает удобного момента, но не торопит событие. Слишком опытным игроком был Миита, слишком хорошо умел играть в такие игры. Уже одно то, что Артура постоянно отправляли в командировки, а его должность замещала
Тело предательски подводило её всё чаще. Особенно невыносимыми становились запахи. Порой — от кофе, порой — от обычной еды, даже от чая. Лёгкий аромат мог внезапно ударить в голову, и в следующий миг перед глазами темнело, мутило так, что приходилось до крови прикусывать губы, чтобы не упасть в обморок прямо на месте. А потом — судорожно искать туалет, цепляясь пальцами за стены. На совещаниях у Ярослава Альбина старалась вообще дышать через раз – аромат мужского парфюма доводил ее до внутренней истерики. Слабость, ломота в теле, вязкая сонливость — всё сливалось в один бесконечный день, в котором не было места отдыху. Она бледнела, худела, глаза становились пустыми, потухшими. Сама почти не замечала этих изменений — но замечала Ирина. Молча, сжав губы. Иногда — прикрывала, отводила глаза, как будто давала ей пространство. Но не говорила ни слова.
Альбина вздохнула и резким движением закрыла ноутбук, когда в очередной раз зазвонил телефон. На экране высветилось «Мама», и она устало опустила голову на руки. Легко было пообещать Димке, что она всё сделает правильно, что ради плана — ради их плана — выдержит, справится, дотянет. На словах всё всегда звучит проще. Но осуществить задуманное оказалось куда как сложнее. Она оттягивала и оттягивала этот момент.
– Да, мам, - ответила ровно, стараясь не выдавать ни злости, ни боли.
– Алька, - вздохнула Анна. – Ты приедешь на выходные?
Как всегда, ни здравствуй, ни как дела….
– Не знаю…. – Альбина силой воли подавила раздражение в голосе, отпила воды из кружки. А перед глазами встало лицо Мииты. Их соглашение. Их договор, пусть негласный, но действующий.
– Хватит дурака валять, - строго заметила Анна. – Аль, уже три недели прошло, пора бы уже и успокоиться. Элька сказала, что ты так на звонки и не отвечаешь…. Ну что за детский сад, а?
Альбина стиснула зубы.
– Я устала, мама, - вдруг тихо призналась она.
– Устала от чего? От сидения в офисе? Ты что, поля пашешь там? У сестры свадьба через полтора месяца, она вся в запаре носится, знакомство с этим вашим Ярославом на носу, а ты жопу на работе просиживаешь! Она вся извелась от страха…. Хотела с тобой поговорить… а ты….
«А я, мам, блядь! Беременна! От жениха твоей ненаглядной Элички!» - хотелось заорать Альбине. – «А страшный отец Артурика хочет меня трахнуть! Как тебе такое, мам?»
Но она только сильнее сжала губы, закрывая рот рукой.
– Я приеду, мама, - сказала тихо и спокойно, словно льдинки обронила. – В выходные приеду, помогу тебе….
– Ну слава богу, голову включила! Кончай херней страдать….
Мать продолжала что-то говорить, но Альбина, поставив телефон на громкую связь, положила голову на руки.
Через полтора месяца свадьба. В начале сентября значит…. Как быстро, как мгновенно. А внутри — боль, тупая и глухая, расползающаяся по телу. Закричать бы… но нельзя.
Закрыла глаза и представила Илону – холодную, острую, ядовитую и очень умную. Теперь она точно знала, на кого хочет быть похожей.