Пепел. Гори оно все...
Шрифт:
Альбина чувствовала тепло его тела сквозь ткань, уверенность, силу — и это странным образом успокаивало.
В салоне машины стояла полутьма и запах дорогой кожи. Как только автомобиль тронулся с места, внутри неё будто что-то оборвалось. Теперь, в безопасности, к ней наконец стало доходить всё, что произошло за последние часы.
В ушах зашумело, сердце бешено заколотилось. Лицо залило жаром стыда и бессилия. Пальцы дрожали, и ей казалось, что сейчас она просто расплачется, как глупая девчонка.
Артур бросил короткий взгляд на неё,
Через пару минут Артур вернулся, захлопнул дверь и протянул ей одну из двух чашек карамельного латте. Тепло напитка приятно согревало ладони.
— Аля, — мягко сказал он, заставляя её поднять взгляд. Его глаза были тёплыми, чуть насмешливыми, но в них сквозила какая-то особенная забота. — Глупость сейчас скажу… — он чуть усмехнулся уголком губ. — Но в выходные презентация нового проекта. Отец велел быть, а со спутницей у меня беда полная. Не отказывай, а?
Альбина замерла, сжимая стакан обеими руками. Она едва не поперхнулась кофе, уставившись на него в полном изумлении — или ужасе. Сердце бешено застучало, но уже по другой причине.
— Артур Ярославович… — начала она нерешительно, но он лишь ухмыльнулся, склоняясь чуть ближе через сиденье.
— Мне снова подраться, чтобы ты наконец назвала меня по имени? — негромко спросил он, голос его стал чуть хриплым, тёплым.
На таком расстоянии она ощущала его дыхание, лёгкий аромат кофе и едва уловимый запах его одеколона — тёплый, мужской, вызывающий головокружение, смешивающийся с ее собственым ароматом сирени.
— Артур... прошу вас... — прошептала она, едва сдерживая дрожь в голосе.
— Всего лишь презентация, Аля, — легко ответил он, не отступая. — Потом напишешь об этом в соцсетях.
— Об элитке лучше не писать… — пробормотала она, не очень соображая, что говорит. Сознание путалось: от его близости у неё буквально кружилась голова, а мысли разбегались, как зайцы под выстрелами.
— Значит, не напишешь, но сама посмотришь, поучишься, — спокойно добавил Артур, наклоняясь ещё ближе.
Аля вжалась в спинку кресла, будто надеясь раствориться в нём, лишь бы увеличить хоть немного дистанцию. Артур, заметив её реакцию, чуть приподнял бровь в молчаливом вопросе.
Его светлые глаза скользнули по её лицу, на миг задержавшись на губах. В этот момент воздух между ними словно сгустился — тяжёлый, звенящий от невысказанных эмоций.
— Ну же... — выдохнул он тихо, чуть хрипло, почти касаясь её своим дыханием.
Альбина вздрогнула.
— Хорошо! — почти выкрикнула она, сама испугавшись силы собственного голоса. — Хорошо. Я пойду с вами...
Артур слегка усмехнулся.
— С тобой, — мягко поправил он, так и не торопясь отодвинуться.
— С тобой, — покорно повторила она, чувствуя, как щеки заливает горячий румянец.
Артур, наконец, медленно отстранился, но
– Вот и решили, - рассмеялся он, заводя машину. – Завтра на работу можешь прийти без дресс-кода, полагаю, твоя ножка новых каблуков пока не выдержит. Если кто пискнет – скажешь, что мое распоряжение. Хорошо?
– А если Ярослав Геннадьевич пискнет?
– вдруг чуток осмелев, съехидничала девушка.
Артур рассмеялся – свободно и весело.
– Этот скорее зарычит, Аля. Но не на тебя. Что-то мне подсказывает, что он готов оплатить тебе даже неделю больничного, а Шабанову скоро придет конец.
Внутри у Альбины стало очень-очень холодно.
– Не любит, Аля, он, когда женщины плачут, - как ни в чем не бывало добавил Артур, не заметив ее страха.
10
Несколько дней Альбина жила точно во сне. Если бы не болевшая рана на ноге, из-за которой ей едствительной пришлось несколько дней ходить в кроссовках и джинсах на работе – она бы до сих пор гадала, а не приснилось ли ей все это.
Но тепло глаз Артура при каждой встрече в коридорах, ни единого замечания о ее внешнем виде от коллег и боль при каждом шаге от ноги явственно говорили, что все это произошло на самом деле. И от этой мысли ее щеки лихорадочно горели.
Чтобы хоть как-то унять жар в груди, она работала как бешеная, удивляя в хорошем смысле даже Ирину, которая все видела, но ничего не говорила. Впрочем, слухи по компании уже пошли, что заставило многих ее коллег поджимать губы. И девушка справедливо полагала, что за ее спиной сплетни приобретают гигантский масштаб. Это хоть и расстраивало, но с другой стороны она прекрасно понимала, что избежать подобного возможности не было.
Впервые в жизни Альбина ощутила каково это быть в центре внимания. Впервые чувствовала себя словно попавшей в сказку принцессой.
Впрочем, чем ближе становился день презентации, тем сильнее усиливалась ее нервозность, ведь вставал иной вопрос – она понятия не имела в каком виде приходить на подобного рода мероприятия. Никто и никогда не учил Альбину хорошо выглядеть, подбирать одежду, наносить макияж. Димка помочь в этом не мог, естественно, а просить Эльвиру не хотелось. К сожалению вкусы в одежде у сестер расходились диаметрально.
Дима, узнав от нее о приглашении, ничего не сказал, только улыбнулся, но в глазах мелькнули тревожные искорки – не очень-то он доверял Артуру.
В четверг вечером, перед субботней презентацией на карточку Альбины упала ее вторая зарплата и внушительная премия. Увидев цифру она сначала глазам своим не поверила, а потом навалилось облегчение и дикая радость – она сможет и матери помочь и Эльке учебу оплатить.
А следом пришла в голову другая мысль…. Ей ведь еще одежду покупать для вечера.