Пепел Предтеч
Шрифт:
– Белка, это я – Антон! – я поспешил успокоить её. Я уже слышал, как она отступает назад, и пси-зрение осветило мне контуры кармана в скалах, где спряталась Белка. К нему вела единственная узкая щель, в которую мне едва получилось протиснуться, а дорога из него вела в никуда.
– У неё прямо тяга забираться в тупик и хлопать оттуда глазами, пока её не найдут,– усмехнулся Шут. – Что в прошлый раз, что сейчас. Быть может, она нарочно старается?
– Пси-зрения у неё нет, и она не
– Ты всё-таки зануда, Антон,– вздохнул Шут, но замолчал, к счастью.
– Аня, это я! – поспешно я крикнул.
Я приближался к ней аккуратно, чтобы не испугать. Мой нагрудный светильник выхватил из тьмы тоннелей её лицо, и я внимательно взглянул в него. Длинные волосы девушки были в беспорядке растрёпаны, словно её голова занялась красным пожаром, а по гладкому, словно алебастр, лицу пролегли пыльные пути слёз. Она ищущим взглядом зелёно-голубых глаз заглянула ко мне в лицо, затаив дыхание и прижав ладони к груди, будто и впрямь – белка, маленький напуганный комок страха.
– Аня, я здесь, - повторил я.
Вдруг, в её чуть потупленных глазах затеплился свет, растапливая собой страх. Её губы тронула неуверенная улыбка, словно лучик солнца пробился через приоткрытую дверь. А затем она всхлипнула, и я, словно что-то почувствовав, приблизился к ней и заключил в объятия. Она задрожала у меня в руках.
– Я думала – всё! – выдохнула она, и сжалась в комок. Резко всхлипнув, она вцепилась в меня, и притянула к себе. Из её глаз ручьём пролились слезы, заливая моё плечо, и я принялся ласково гладить её по спине.
– Всё будет хорошо, - успокаивал я её, продолжая гладить и прижимать к себе, пока её не перестала сотрясать дрожь.
– Антон, они хотели… - Белка начала было, говорить, но вскоре обратилась обратно в плач.
Я зашептал успокаивающие слова, и вдруг плечи девушки в моих объятиях напряглись. Сначала отпрянув, она внезапно обхватила мой затылок руками и притянула к себе. Я почувствовал вкус её губ, и мое сердце замерло от неожиданности. Её ласка окутала меня, словно облако. Её шелковистая кожа нежно гладила меня по лицу, и я чувствовал на себе тепло её рук, влагу её слёз. Я безоглядно обнял её, прижимая к себе так, что почувствовал отдающийся в груди пульс её сердца. Горячее дуновение тела.
Мысли лишь нескоро вынырнули из океана неги. Я долгих несколько секунд нежился в нём, пока не вспомнил о том, что творится вокруг.
– Белка, в городе звучит тревога!
– сказал я ей в лицо, улучив время среди поцелуев. В затуманенные глаза девушки стало возвращаться сознание, и я продолжил. – Объявлена эвакуация, и нам всем нужно следовать к ближайшему лифту…
– А поздно, любовнички,– произнёс Шут с нескрываемым удовольствием, и захохотал.
Только теперь до моих ушей долетел шелест множества чужих, невесомых, когтистых лап по скальному камню. А спустя секунду, под стенами засвистел стрекот, словно цикады сразу
Я трясущимися руками достал из-за пояса игломёт, и встал напротив прохода – напротив расщелины в наш карман, закрывая Белку собой. На другой стороне показалась раззявленная огромная пасть с рядами острых зубов по окружности, которая заскрежетала ими по камню. В глубине чёрной, голодной глотки я разглядел содрогающийся от гнева и алчности пищевод. Над голодной глоткой воздвигалась огромная голова, которая моргала мне множеством ярких глаз. Но протиснуться сквозь узкий проход она не смогла, как она ни пыталась.
Я вскинул игломёт, и начал стрелять. Струя острых, как на кончике рапиры, стрел вонзилась в глубину непроглядной глотки этого монстра, и я услышал свистящий шелест и стрёкот боли. Тварь отпрянула от пролёта, и спряталась за стеной. Но на её место тут же встала более мелкая, навроде вставшего на дыбы, жёлтого воина-муравья. Толстые жвала коротко щёлкнули, когда по ним без вреда застучали острые стрелы.
– Берегись! – крикнула Белка, пытаясь оттеснить меня в сторону.
Я лишь в последний момент заметил, что ко мне несётся едкий плевок. Но прежде, чем он успел преодолеть свой путь, моё сознание сгустилось незримыми щупальцами вокруг него, и остановило его полёт. Я смял смрадный сгусток своими призрачными руками, и сбросил на пол. От повторного плевка я спрятался, уйдя за линию обстрела.
– Они не могут залезть к нам в этот карман! – я вдруг понял, почему мы слышим лишь скрежет чужих жвал и зубов, но никто не делает попытки пролезть сквозь проход. Единственное, что инсектоиды смогли сделать, это заплевать всё здесь своими кислотными сгустками, непрерывно бомбардируя нам пещеру.
– У жуков есть в колонии множество мелких тварей, - предупредила меня девушка, выглядывая за поворот. Она тут же спряталась и продолжила. – Но они ещё ползут от своего логовища и будут нескоро. Что случилось? Где Пси-репеллятор!?
– Тревога говорила, что Пси-репеллятор отключился из-за ЭМИ-волны, - ответил я и умолчал, что было её причиной. Девушка ахнула.
– Тогда налёт может быть огромной мощи! – испугалась она. – Ближайшие к нам улья могут отправить всех своих воинов осадить ярус.
– И что, неужели против них никакого оружия не найдётся? – не поверил я. – Неужели ни у кого с других ярусов не найдется несчастного пулемёта? Да, там есть твари с прочным панцирем, но крупный калибр прошьёт их, как кожуру.
– На верхних ярусах найдётся всё, что угодно, - убеждённо ответила Белка. – Но я не знаю! Может быть, они просто эвакуируют всех, а потом пустят здесь отравляющий газ?! Вроде бы, так будет проще всего?
– Чуешь, чем пахнет? – рассмеялся в моей голове Шут, а я похолодел.
Мне тоже показалось, что наиболее разумным будет не отстреливаться от жуков, а разом всех истребить с помощью газа. Но это же означало, что если мы не пробьёмся к лифтам прямо сейчас, то нас прикончат вместе с жуками! Думай, голова, думай!