Пепел надежды
Шрифт:
Глава 14
В этом доме, стоявшем на окраине небольшого подмосковного поселка, рядом с парком, было всегда тихо. Соседи не обращали внимания на хозяина, иногда приезжавшего сюда на своей машине. Он открывал ворота, заезжал во двор и сразу закрывал их, никого не впуская в свой дом. Иногда к нему приезжали гости.
Но они тоже всегда въезжали во двор, не останавливаясь на улице. После того как неизвестный поселился в доме, он почему-то достроил забор, сделав его высотой почти в четыре метра. Сначала это удивляло соседей,
Соседи даже не подозревали, что в этом доме проживает бывший полковник милиции Сергей Высоченко, а приезжающие к нему люди — профессионалы совсем особого рода. Правда, приезжали к нему нечасто. Полковник никому не доверял, предпочитая общаться лишь с немногими.
И вот теперь в его доме впервые за несколько лет появилась женщина.
После тяжелого ранения и ухода жены он немного презирал всех женщин, а если иногда и пользовался их услугами, то предпочитал платных проституток, которых привозил в свою московскую квартиру. Здесь же женщины не появлялись никогда.
Но, понимая ситуацию, он не разрешил Серебрякову прятать где-нибудь свою женщину и привез их прямо сюда.
Ольга пыталась пройти на кухню, но он грубо предложил ей отправляться наверх, в его кабинет, и смотреть там телевизор. Дом был старый, двухэтажный, но не очень большой. Наверху были его спальня и кабинет. Внизу просторная гостиная и кухня. Везде было довольно запущено, хотя полковник исправно убирал дом один раз в неделю. Но когда в течение нескольких лет целый дом убирает только мужчина, это чувствуется сразу. Впрочем, полковника это особенно не волновало.
Оставшись с Серебряковым наедине, он прежде всего сильно и больно ударил его по лицу.
— За что? — вскричал Серебряков, хватаясь за щеку.
— За самолет, — спокойно ответил Высоченко, — мог бы и не рассказывать про него.
— Они хотели Ольгу… а потом убить меня, — жалобно произнес Серебряков. — Как тут не расскажешь. Они бы меня на кусочки порезали.
— Жаль, что не порезали, — с презрением сказал полковник. — Садись в кресло.
Серебряков покорно сел, все еще потирая лицо. Удар был довольно болезненный и тем более обидный, что он испугался, не ожидая от полковника ничего подобного.
— Мы уже собрали ребят, задумчиво сказа Высоченко, — четырнадцать человек вполне хватит. Не нужно никого больше.
— Ты же сам говорил, что нужно человек двадцать-тридцать, — напомнил Серебряков, — Нет, — решительно сказал полковник, — теперь никого нельзя брать.
Среди новеньких обязательно будут стукачи Фили Кривого. Я его методы сучьи хорошо знаю. Он обязательно к нам своего человека подошлет, чтобы знать, куда мы пойдем и что будем делать. Нет, больше никого брать нельзя. Если бы ты про самолет не сболтнул, мы бы еще могли помедлить день-два. Но теперь все бесполезно. Четверо сегодня пойдут со мной на дело. А ты можешь пока оставаться здесь. Мы ведь должны за самолет заплатить. И за оружие. Большие деньги нужны.
Завтра
— Это я раньше говорил, пока ты про самолет не рассказал. А теперь этого делать нельзя. Они не дураки, сразу обо всем догадаются, если мы в Махачкалу прилетим. Я уже сказал Артему, чтобы он взял билеты на завтрашний утренний рейс в Минводы. Нужно срочно вылетать. На месте нас будут ждать наши ребята с оружием. Если будут деньги, там танк купить можно, не то что автоматы или пистолеты. Пятеро наших уже в Минводах. Еще пятеро полетят сегодня.
Остальные четверо — с нами завтра утром. Итого шестнадцать. Я думаю, вполне достаточно. Ребята у нас неплохие, сумеем что-нибудь придумать. Жаль, что денег мало. И занять нельзя. Иначе придется рассказывать, на какое дело мы их собираемся потратить. У Фили, конечно, денег можно взять или у другого авторитета, только ведь они не успокоятся, пока свою долю не получат. Значит, придется нам сегодня банк брать.
— Это опасно, — вздохнул Серебряков, — можете погореть.
— А у нас с тобой жизнь вообще опасная. Ты еще там мог погореть, на квартире своей красавицы. Скажи спасибо, что я вовремя появился. Иначе они размазали бы по стенке твои мозги и твою девицу кончили бы вместе с тобой.
— Спасибо, — угрюмо ответил Серебряков, — об этом я догадался.
— Пока побудешь здесь до ночи. А потом я заеду за тобой. Утром вшестером улетим. Если, конечно, сегодня все пройдет гладко.
— Почему вшестером? — не понял Серебряков.
— Ты считать разучился. Мы двое и четверо ребят. Остальные уже там, на месте. Артем будет моим заместителем. Он из тех мест, хорошо знает все дороги.
— А Ольга?
— Она останется здесь, у меня в доме. Или ты хочешь, чтобы мы ее взяли с собой? — спросил Высоченко, не скрывая своего презрения. — Может, и в банк вас с собой взять?
— Ее здесь могут найти и убить, — простонал Серебряков.
— Там тем более могут убить, — сурово отрезал полковник. — На эту тему мы больше не говорим. Она останется здесь. Если тебе не нравится, можешь вернуться обратно, как только познакомишь меня со своим человеком. Тебя устраивает такой вариант? — Нет, — прошептал Серебряков.
— Значит, договорились. Теперь еще раз расскажи мне, как тебе стало известно об этом самолете. Только не забывай даже о самых незначительных подробностях.
— Я ведь уже рассказывал, — удивился Серебряков.
— Расскажи еще раз, — потребовал полковник. — Может, это подставка, может, нас нарочно туда хотят выманить, чтобы одним разом и меня, и тебя, и всех наших ребят положить.
— Не может быть, — возразил Серебряков, — такого просто не может быть.
— Этого мы знать наверняка не можем. Если Филя хочет открыть свою контору и самому вербовать киллеров, то он вполне способен придумать такую пакость. Тем более в союзе с твоим «благодетелем» Колесовым, которому ты должен деньги и который наверняка заложил тебя и Артиста. Он ведь знал, что ты дружишь с Артистом?