Пентименто
Шрифт:
Вся эта обстановка начала действовать мне на нервы. Я даже не знаю, который час. Может быть сейчас ночь, и все спят, а утром кто-то зайдёт взглянуть на меня и мне удастся убедить их в своей адекватности. А если сейчас день? А если кто-то приходил, пока я спал? Нужно избавиться от мыслей и ни о чём не думать, так я только подбрасываю дров в нарастающий пожар своей злобы. Но мысль, что не надо думать – это уже мысль, которая заставляет думать.
Ещё немного и я действительно
Вопросы множились, но ответов больше не становилось.
Может в этом и заключается чья-то цель? Свести меня с ума? Но если так, то почему? Зачем?
Вопросы. Одни вопросы.
Я не заметил, как заснул и сейчас не уверен, что проснулся. Закрываю глаза и открываю их уже несколько раз, каждый новый раз держа глаза закрытыми дольше предыдущего. Но всё остаётся по-прежнему: плотно закрытая до этого дверь, сейчас чуть приоткрыта и рядом с ней расположились заботливо сложенные стопкой вещи.
Казалось бы, инстинктивно стоило бы подскочить с места и броситься прочь, даже не переодеваясь, но я жду какой-то подвох. Просто смотрю в оцепенении на эти изменения, не веря своим глазам и, словно ловлю от них встречный выжидающий взгляд, в котором читается вопрос: что будешь делать?
Поднявшись на ноги, я неспеша подошёл к приоткрытой двери и заглянул в образовавшуюся щель. За дверью было темно и слегка веяло затхлостью. Прислушавшись, стало слышно едва различимое жужжание лампы, работающей где-то вдалеке.
Я бросил взгляд на стопку одежды и на самом её верху заметил белый прямоугольник с каким-то текстом на нём. Я не стал брать его в руки, боясь изменить что-либо, поэтому прочитал написанное присев на корточки. На визитке было написано следующее:
Ты в тупике?
Нужны ответы?
Найди Чарльза Эмбера.
Указанное имя показалось знакомым, но может только показалось. Запрос к памяти, как и следовало ожидать, отправился и затерялся без ответа.
Итак, что делать?
Остаться здесь, смирившись с ложным диагнозом, который мне кто-то ошибочно поставил или ухватиться за эту ненадёжную соломинку, которая, если верить написанному, может дать мне ответы?
Приоткрыв дверь чуть больше, я, выдохнув с облегчением, что она не издала ни единого звука, выглянул за пределы своей палаты. В едва различимом пространстве выделялись очертания колонн,
Я зашёл обратно и принялся бродить по палате, собираясь с мыслями и ожидая появления кого- или чего-либо. Но никаких изменений не произошло и это подтолкнуло меня к принятию решения.
Подойдя к стопке вещей, я принялся перебирать её, изучая из чего она состоит: в самом верху лежала чёрная толстовка с капюшоном, под ней была полностью чёрная футболка, дальше шли синие джинсы и, в самом низу этой пирамиды стояла пара серых кроссовок, в каждом из которых торчало по белому носку.
Наспех переодевшись и убрав визитку в карман джинсов, я в последний раз оглядел место своего заточения, в котором провёл неизвестно сколько времени и вышел прочь. Едва перешагнув порог палаты, по телу пробежало паническое электричество. Как отсюда выбраться и куда идти, мне неизвестно. Достав визитку, повернувшись к источнику света, я повертел её в руках, ожидая найти какие-то указательные знаки или хотя бы намёки на них от моего тайного союзника, но он, судя по всему, решил, что тут я уже справлюсь сам. Следовало догадаться, учитывая лаконичность визитки. Что ж, приглашение в игру принято, значит, будем играть.
Преодолев практически наощупь столовую, я пошёл на зов жужжащей лампы. Пока все её собратья мирно отдыхали от освещения пространства, она одна отказывалась гаснуть и, издавая гудение, сменяющееся изредка лёгким потрескиванием, слабо освещала интерьер лечебницы бледно-серым светом. Благодаря её тусклому мерцающему сверканию, повернув голову влево, я заметил неподалёку дверь, к которой и направился. Моим телом управляло уже какое-то новое чувство, которому я слепо доверился.
Приоткрыв эту дверь, через открывшийся передо мной холл, едва видимый в ночном сумраке, впереди, в нескольких метрах, виднелась следующая дверь, в прозрачном стекле которой были заметны освещаемая лунным светом, уходящая вдаль тропинка, ведущая к воротам, имеющим грозный вид и слегка пошатывающиеся скрюченные ветви деревьев по бокам крыльца, которые словно подзывали к себе.
Едва оказавшись на свободе, я сбежал по ступеням и устремился, куда глаза глядят, не обращая ни на что внимания. Теперь, когда перестало хватать воздуха для дальнейшего бега, я нехотя остановился, согнулся и, пока мои лёгкие жадно глотали воздух, стал осматриваться по сторонам.
Конец ознакомительного фрагмента.