Пенсионерка

Кейн Уильям

Эдвард попросил об увеличении гонорара и поделился с руководством типографии своими наблюдениями за ценами, растущими ввысь и вширь. Прекрасно зная истинную цену труду Эдварда, руководство немедля

исполнило его просьбу. Отныне он получал пять фунтов в неделю. Добавив к пенсии мисс Крюи еще пятьдесят фунтов, он стал пахать, как проклятый навеки. Цены на бумагу и краску неумолимо ползли вверх. Он работал почти безостановочно, прерываясь лишь на сон, который к нему не шел, и на обед, которого не мог себе позволить. Ему было шестьдесят четыре, мисс Крюи исполнялось девяносто семь.

Эдвард давно уже хворал. В день капитуляции врага он на час оставил работу, чтобы прогуляться по улицам и разделить всеобщее ликование, и сильно простудился. На следующий день, вместо того, чтобы лежать дома в постели, состоящей из двух одеял, он поплелся с несколькими только что законченными эскизами в Сити. Тем вечером у него поднялась температура. К следующему вечеру он горел. На третий вечер его мучениям пришел конец. Эдварда не стало.

За два дня до смерти он успел, однако, отослать мисс

Крюи чек на сезонную выплату в размере пятидесяти фунтов. Таким образом, на его счете в сберегательной кассе почтового отделения осталось ровно четыре шиллинга и два пенса.

Эдварда похоронили на средства церковного прихода.

Мисс Крюи получила чек. Страшно обрадовавшись, она сразу же написала Эдварду дежурное письмо, полное выражений любви и благодарности. В постскриптуме она добавила, что если бы только Эдвард в благородстве своем смог — если бы он только смог! — еще хоть капельку увеличить ее пенсию, это было бы поистине восхитительно, ведь жизнь ее с каждым днем становилась все труднее и труднее.

Когда письмо было доставлено, Эдвард уже скончался.

Мисс Крюи отослала чек в банк с просьбой перевести деньги на ее накопительный счет и напоминанием о том, что сумма ее вклада, с учетом указанной суммы, теперь составляла ровно две тысячи фунтов.

THE PENSIONER, by William Caine

1922 г