Пекло

Карвер Кэролайн

— Немного загорел, — отозвался Ли.

— Загорел? Думаешь, я забыл пункт номер пять тысяч?

Тогда Джорджия еще не знала, что жертва ожогов хотя и жестоко страдает, но все же может говорить и ходить, хотя бы недолго, потому что нервные окончания обожжены и боль постепенно уходит. Она думала, если Бри не потерял сознание, то с ним больше ничего не случится — даже с такими ногами.

Ли встал на колени. Рубашка на нем обуглилась, руки кровоточили.

— Я позабочусь о Бри, — сказал он, не глядя на Джорджию. —

А ты иди к Сьюзи. Поговори с ней.

Джорджия послушно поковыляла обратно и опустилась на колени рядом с молодой женщиной. Та закашлялась, содрогаясь всем телом. И снова зашлась кашлем. В уголках рта показалась кровь. Испугавшись, Джорджия позвала Ли, и он поднял руку, выставив два пальца, что, как поняла Джорджия, означало: через две минуты.

— Джорджия, мне холодно, — прошептала Сьюзи, — очень холодно.

— У тебя шок. Поэтому тебе холодно. Я тоже никак не согреюсь. И меня все еще трясет.

— Наверно, я умираю.

Джорджия поглядела прямо в глаза Сьюзи и увидела в них страх.

— Я не хочу умирать. Пока еще не хочу.

— Ты не умираешь, — твердо проговорила Джорджия, подавляя собственный страх и дрожь в голосе. — У тебя шок, и все. Ты оглянуться не успеешь, как здесь будут вертолеты с медиками и тебя увезут в больницу. Ты не умрешь.

Сьюзи задрожала всем телом:

— Извини. О черт! Пожалуйста. Мне очень холодно.

Джорджия громко позвала Ли. На сей раз он обернулся, и она увидела сожаление на его лице. Но все равно он лишь покачал головой, беззвучно проговорив:

— Извини.

Джорджия почувствовала, как напряглось ее лицо. О боже! Он знает, что Сьюзи недолго осталось жить. Поэтому попросил говорить с ней. Чтобы она не была одна. Джорджия не сводила глаз с личика эльфа, и у нее захватывало дух. Сьюзи была на удивление хороша и еще очень молода.

— Джорджия, — прошептала она, — помоги мне.

— Конечно. Все, что скажешь…

— Моя поясная сумка… кошелек. Обещаешь?

— Я отдам его твоему брату, если…

— Сейчас. — У нее сорвался голос. — Возьми. Сейчас.

— Нет, Сьюзи. Потом.

Напрягая последние силы, Сьюзи приподнялась и попыталась отстегнуть сумку-кошелек, после чего с мучительным стоном повалилась на спину и закрыла глаза. В ужасе Джорджия смотрела, как ширится и чернеет пятно у нее на рубашке.

Когда Сьюзи немного отдохнула и опять приподнялась на локтях, Джорджия быстро проговорила:

— Ладно, ладно, я возьму. Лежи спокойно. Уже беру.

Дрожащими пальцами она щелкнула пластиковой пряжкой и, как могла аккуратно, отстегнула кошелек. Он пропитался кровью, однако Джорджия постаралась не думать об этом, прилаживая его себе на талию.

— Пусть повисит пока. Когда приедешь в больницу, я верну его тебе. Клянусь, с ним ничего не случится.

Сьюзи вновь застонала, и это было так ужасно, что Джорджия покрылась потом и пожелала ей потерять

сознание.

— Холодно, — стонала Сьюзи. — Швед, мне холодно.

Передвинув кошелек на правый бок, Джорджия легла рядом с Сьюзи на мокрые листья и прижалась к ней, надеясь согреть ее своим тощим телом. Она чувствовала, как ее одежда пропитывается теплой липкой кровью Сьюзи, а сквозь запах дыма ее ноздри улавливали нежный аромат жасмина, исходивший от умирающей.

— Мне хотелось бы быть теплее, чтобы согреть тебя, — прошептала Джорджия. — Или чтобы здесь оказалась печка.

Сьюзи икнула, потом тяжело задышала, выдыхая носом кровавые пузыри. Джорджия слышала удары ее сердца. Нет, пожалуйста, молила она. Пожалуйста, Господи, сохрани юной красавице жизнь.

— Швед, — едва слышно выдохнула Сьюзи.

— Подожди, Сьюзи…

Сьюзи трепетала в ее объятиях:

— Хочу. Швед.

— Он придет. Швед придет прямо сейчас. Сьюзи, я обещаю, все будет хорошо…

Легкое тело содрогнулось.

— Сьюзи, ты не умираешь. Ты чудо, ты красавица, не сдавайся, пожалуйста, Сьюзи…

Содрогания усилились, и Джорджия затаила дыхание, чтобы не стеснять несчастную, чтобы отдать ей часть своего тепла, своей жизни…

Сьюзи неестественно выгнулась, и вдруг все кончилось. Джорджия все еще прижимала ее к себе, когда она обмякла.

Не в силах подняться с мокрых листьев, чувствуя рядом холодеющее тело, Джорджия разрыдалась.

Когда к Джорджии подошел Ли, она все еще плакала. Он ласково развел ее руки, обнимавшие Сьюзи, поднял ее и отвел в сторону. Только тогда она услышала шум легкого самолета и характерную дробь вертолета. Ли поднял голову, потом поглядел куда-то между Джорджией и Сьюзи. На его лице легко можно было прочитать вопрос.

— Она спрашивала о тебе, — сказала Джорджия. — И еще о каком-то Шведе. Понятия не имею, кто этот Швед, ведь я всего лишь старалась ей помочь. Старалась облегчить ей последние минуты.

Ли посмотрел на окровавленный кошелек на поясе Джорджии и нахмурился:

— Это ее?

— Она попросила передать кошелек ее брату.

Шум вертолета стал громче, однако, подняв голову, Джорджия видела только высокие деревья и серое небо.

— Джорджия, — проговорил Ли, — дай мне кошелек, и я позабочусь, чтобы ее брат его получил.

Джорджия подалась назад:

— Я сама. Она просила меня.

Он провел ладонью по лицу, оставив на нем кровавые полосы:

— Очень мило с твоей стороны, но это необязательно.

— Извини, — проговорила Джорджия, и не думая извиняться.

Ли пару мгновений вглядывался в ее лицо, потом как будто принял решение:

— Ладно, но позволь мне заглянуть…

Его слова потонули в шуме летевшего над ними вертолета, так что ему пришлось поднапрячься, чтобы Джорджия услышала его.

— Ты знаешь, где живет ее брат?