Печать мастера
Шрифт:
Уф, до чего же мне тогда стало жарко.
Я за эти несколько сэнов взмок буквально с ног до головы, чего со мной, признаться, не случалось уже давно. Все-таки корректировки, регулярно проводимые Эммой и автономным модулем, великое дело. Во многом именно они спасали меня от перегрузок и связанных с ними травм. Поэтому сейчас, когда их не стало, мне приходилось ой как несладко. И я довольно быстро понял, что больше трех-четырех мэнов в таком темпе просто не продержусь.
В попытке хоть на чуть-чуть оттянуть неминуемое поражение, я за эти несколько мэнов буквально
Я использовал против учителя весь доступный мне арсенал защитных средств, все виды атак, причем как физических и магических, так и комбинированных. Изворачивался как только мог. Метался по полигону бешеным йорком. Настойчиво искал хоть какую-то брешь в чужой защите, высматривал любую возможность контратаковать или хотя бы на миг придержать превратившегося в машину для убийства старика…
Да что там говорить! Я даже фигуру усиления против учителя использовал в надежде, что его это хотя бы ненадолго отвлечет!
Но куда там. Все мои молнии мастер Даэ благополучно отбил земляным щитом, а потом в два счета развеял и саму фигуру, причем я даже не уловил, каким именно образом он умудрился это сделать.
После этого он еще больше усилил напор, и мне стало совсем тяжко.
Я, можно сказать, вообще ничего не мог, кроме того, что с трудом, скрипя зубами и то и дело морщась от боли, сдерживал его удары. Слишком уж велика оказалась разница в уровнях. И слишком хорош оказался стотридцатитрехлетний старик, который, похоже, даже половины того, на что был способен, против меня еще не использовал.
Впрочем, я и тогда не сдался. Напротив, в какой-то момент мне захотелось выстоять во что бы то ни стало. Выдержать, выдюжить. Доказать себе и ему, что я действительно достоин.
И я честно старался. Бился. Падал. Терпел. Снова падал. Вставал. Отчаянно сопротивлялся до последнего. Вплоть до тех пор, пока не дошел до той грани, после которой отступать просто некуда, и (от безысходности, наверное?) не провалился в тот самый транс, в который мастер Даэ когда-то меня уже сумел загнать.
И вот тогда во мне, прямо как тогда, что-то изменилось.
Я вдруг посмотрел на себя со стороны и понял, что совершаю грубейшую ошибку.
Наивно веря, что учитель ждет от меня именно боя, причем боя из последних сил, я и боролся с ним так, словно в этом был какой-то сакральный смысл. Причем боролся и тогда, когда он работал на том уровне, который я еще мог спокойно выдерживать. Боролся, когда учитель с легкостью перешел на более высокую ступень, до которой мне еще расти и расти. Боролся просто потому, что искренне верил — и мне, и ему это нужно…
И только сейчас с удивлением понял, что на самом деле мастер Даэ добивался совсем иного. Ему, как выяснилось, не нужно было мне что-то доказывать. Да и мое поражение ему было совсем ни к чему. Он и так прекрасно понимал, до какого уровня я могу ему противиться. И лучше кого бы то ни было знал мои физические и магические возможности.
Да, он, разумеется, проверил сегодня слова лэна Даорна и
Вот только делал он это не для того, чтобы показать, насколько же сильно мы отличаемся и как много еще мне нужно работать, чтобы хотя бы отдаленно приблизиться к его уровню мастерства. И уж тем более не для того, чтобы меня унизить или дать понять, насколько же я по сравнению с ним слаб.
Нет.
Он всего лишь наглядно продемонстрировал давным-давно известный постулат о том, что нет предела совершенству. И недвусмысленно намекнул, что никто из нас… ни он, ни я, ни кто-либо еще… не должен ставить перед собой рамок.
Цель ничто — путь все… дайн, как же на самом деле это было верно! Ведь если мастер Даэ когда-то стал самым молодым великим мастером в истории Норлаэна, то кто сказал, что и я должен на этом останавливаться? Кто сказал, что это и есть предел? И кто в целом свете мог бы меня ограничить в моем стремлении к совершенству?
Пределов нет… нигде, кроме нашего собственного сознания. Поэтому и цель не столь важна, как наше желание ее достигнуть.
Да, быть может, однажды я стану настоящим мастером, а потом, возможно, и великим, как мастер Даэ. Но когда закончится одна цель, передо мной непременно должна появиться другая. Именно для того, чтобы мой путь никогда не заканчивался и чтобы я, какой бы вершины ни достиг, ни в коем случае не останавливался.
Это было сродни озарению. Прямо откровение какое-то нашло. После чего я уже совершенно иначе взглянул на свое обучение в школе Харрантао. А потом ощутил невероятное, просто удивительное спокойствие. Какое-то странное умиротворение. Потому что понял наконец, как нужно действовать и что следует сделать, чтобы завершить этот поединок достойно.
Для этого всего-то и требовалось, что поставить вокруг себя еще одну фигуру усиления. Да-да. Ту же самую фигуру, которую я использовал в крепости Ровная и которую учитель сегодня один раз уже разнес.
Правда, на этот раз я радикально изменил ее структуру, поэтому-то учитель на долю мгновения и озадачился, увидев, что молнии на этот раз направлены не на него, а на меня.
Нет, он, безусловно, мог бы успеть по ней ударить и наверняка разнес бы вторую фигуру тем же непонятным способом, каким справился с первой. Но ему, по-видимому, стало интересно. И вот пока он присмотрелся, пока догадался, что именно я задумал, пока поднял руки, чтобы мне помешать, стало поздно — мои молнии уже ударили, причем все сразу, одновременно, мгновенно заполнив пространство внутри фигуры до отказа, да еще так быстро и плотно, что от такого количества магии можно было спечься.