Печаль Танцора

Эсслемонт Иан Кэмерон

– Пройдемся, Рей, - сказала она.

Высокая сестра - почти все тут были выше Айко - отмахнулась.
– Найди другую дуэнью.

– Я выбрала тебя.

Рей скривилась, оглянувшись на Халленс. Айко помогла: - Она вон там.

Рей подошла к Халленс, та почти сразу ее прогнала. Рей вернулась и схватила меч.
– Ладно же.

Они вышли в сады. Точнее, Айко гуляла, Рей тащилась следом, вздыхая и бурча от скуки. Айко старалась не смотреть на купол Средоточия, который многие именовали храмом, и на одинокую башню позади

него. И все же бросала и бросала взгляды, гадая, что же заваривается за каменными стенами.

Наконец Рей прекратила бунтовать.
– Ты не увидишь.

Айко чуть не подпрыгнула.
– Кого? Что?

– Ночных Клинков. Ни одного не увидишь.

– Разумеется! О чем ты вообще?

Рей поглядела на стену.
– Вижу, ты следишь за крышами. Но их не увидишь. Не увидишь зрелища. Они не такие, как поют сказители.

Айко всмотрелась в худощавую женщину, а та привычно откинула назад длинные черные косы.
– Что, ты их встречала?

– Нет. И не хотела бы. Просто убийцы. Романтизированные, бьющие в спину трусливые убийцы.

Айко чуть не поперхнулась.
– Трусливые?

– Ни с кем не сходятся лицом к лицу. Приходят в ночи, со спины.

Айко снова глянула на купол Средоточия.
– Не знаю... Думаю, нужна смелость, чтобы войти на вражескую территорию одному, без возможности отступить. Зная, что тебя убьют, если обнаружат.

Женщина не пошевелилась.
– Слышала, выпускной экзамен для них - придушить младенца.

Айко вытаращила глаза.
– Придушить...
– Смех вышел нервным.
– Ну, кто тут верит сказкам?

– Так говорят.

Айко отвернулась, плечо овеял холодный ветер. Что за нелепые россказни. Чулалорн пользуется услугами эдаких чудовищ? Но после подобного "подвига" единственное, за что можно держаться - беспощадные требования службы...

Она пожала плечами, думая: не ходят ли такие сказки и про них самих?

Они долго не разговаривали. Потом Рей издала вздох.
– Как... хорошо снаружи, Айко. Воздух приятен. Можно вообразить...

– Что мы не пленницы?

Смех.
– Мы можем сбежать, когда пожелаем.

– Так нам кажется.

– Не смеши. Конечно, можем.

– Но не сбежали.

– Ты вечно суетишься. Не суетись.

– Я только...
– Айко оборвала себя, ибо заметила тень. Словно длинное копье мгновенно пролетело над самой землей. Оглянулась: купол Средоточия мерцал, будто гаснущий уголек.

Сзади прерывисто вздохнула Рей.

– Заметила?
– шепнула Айко, гадая, не привиделось ли ей.

– Мало что вижу, такая тьма. Но доложить нужно.

– Ты доложи. Я погляжу.

– Осторожнее.
– Рей побежала назад.

Айко подошла к дверям в покои дворца. Двое стражников стояли в дозоре. Она не знала, считать ли это удачей. Значит, Ночные Клинки не смогли войти? Остановившись за пределами выпада меча, она показала на купол.
– Видели?

–

Чего?

– Купол. Кажется, он светился.

– Ты ошиблась, наверное, - сказал один.

– Мы не видели, - сказал второй.

"Куда уж вам". Она не знала, что еще сказать, и пожала плечами.
– Ну... думаю, я точно ошиблась.

– Советую оставаться в покоях, танцовщица.

– Наверное, ты прав.
– Она поклонилась и ушла.

В комнатах бушевал ураган - сестры метались спрашивая, что творится, и не находя ответов. Она протолкалась к Рей и Халленс. Командир поглядела вопросительно, Айко лишь покачала головой.

Ответная ухмылка Халленс была горькой. Она жестом приказала всем уходить.
– В постели. До завтра.

– Что такое?
– возмутилась Ивонна.
– Что происходит?

– Ничего, - рявкнула Халленс.
– Ничего не происходит и никто ничего не говорит. Ясно? Всем спать.

Айко согласно кивнула и пошла в спальню. Ивонна схватила ее за руку и настойчиво прошептала: - Ты была снаружи. О чем доложила Рей? Что ты видела? Рассказывай.

– Ничего такого, слышишь? Ничего не происходит.

Ивонна сверкнула глазами, фыркнув: - Конечно, откуда тебе знать?

Айко послала ее в Бездну и ушла.

***

Шелк лобызал гладкий животик дочки богатого торговца, когда его настиг призыв. Вспышка такой чистоты, которую не создать ни одному магу Тюра. Фактически из иного мира, в который Шелк имел счастье заглянуть лишь два раза во время самых углубленных заклинаний. Не слова, но образ и требование.

Средоточие - храм - его присутствие.

Он скатился с постели, заморгал, потер виски.
– Прости, дорогая. Пора идти.

Она смотрела на него в полном непонимании.
– Что?

– Пора идти. Дела городских магов.

Девица закрылась шелковым платьем и встала.
– Дерьмец! Правду говорили - тебе больше по нраву мужчины!

Он натягивал брюки.
– Если это польстит твоему тщеславию - нет, милая.

– Или ты не в силах!

Он явил свою эрекцию через одежду.
– Совсем не так.

Она кинула подушкой.
– Вон! Отец все узнает!

– И что именно сделает, когда узнает?

Девица завизжала: - Убирайся!
– и спрятала лицо.

Он пятился, застегивая рубаху.
– Прости, милая. Ты была... по-настоящему вкусной.

Горшочек с духами разбился о стену рядом с головой. Он пригнулся и ушел.

На улице повернул прямиком к ближайшим воротам. В разгар ночи они должны быть заперты, но там должна быть и охрана - его пропустят. Шелк был уверен, что девица - как там ее имя?
– не расскажет о ночи правдиво. Скорее наоборот, предпочтя добавить сияния своему падению.