Печаль Танцора
Шрифт:
Движение заставило его развернуться: женщина в отличной кольчуге стояла коленопреклоненная, опустив голову.
– Мой король...
Когда она подняла голову, Дорин снова метнул оружие. Острое тонкое лезвие вошло в глаз, женщина дернулась и обмякла. Однако быстрое шевеление за спиной показало - она пришла не одна.
Он сдвинулся к стене у входа; внутрь ворвались две вооруженные женщины. Необычно длинные клинки взвились над головами, издавая свист. Он выхватил два ножа и метнул одновременно. Один поразил цель в горло. Но вторая женщина отбила
– На помощь! Убийца!
– заорала она, острый клинок ринулся к Дорину.
Он упал и вытянул руки, хватая женщину за ногу. Повалил и тут же резанул по глотке.
Снова крики, тяжелые шаги. Неслышно выругавшись, он подскочил к стенке и разрезал, выбегая наружу.
Стража сходилась со всех сторон, ведь он был в самой середине треклятого вражеского лагеря. Даже спиной ощущая приближение солдат, ассасин пустился бежать между рядами палаток, но круг смыкался.
И тут громкий, звенящий медью звериный рев заставил его упасть. Дорин прижал руку к бешено колотящемуся сердцу - о нет, о боги, нет! Но тут ему, уже слышавшему рев чудовищ, вспомнилось, что от этого звука прежде тряслась сама земля... и Дорин сообразил, что происходит.
Общая тревога стала походить скорее на самый настоящий мятеж. Дорин едва увернулся от толпы чиновников, слуг и гонцов, ринувшихся спасать господское добро и самих себя. Шатры запылали - по крайней мере, так казалось - и черный дым повалил в проходы, затемнив всё. Ночь стала такой непроглядно-черной, какой он и припомнить не мог.
Рука потянула его за рукав.
– Сюда.
Дорин вырвался.
– Сам знаю!
– Просто хотел помочь.
– Мне не нужна была помощь.
– А казалось, очень нужна - тебя же поймали и все такое...
Дорин нырнул в шатер.
– Не поймали. Кстати, где ты успел побывать?
– В грудь полетел сундучок, Дорин успел поймать его.
– Что это?
– Казна несчетная... буквально.
– Походная казна Чулалорна?
– Теперь наша.
Лишь сейчас Дорин ухитрился различить зыбкую тень - фигуру мага - в задней части шатра.
– Можешь прорезать здесь?
– указал Ву.
Дорин сунул тяжеленный сундучок под мышку.
– Что, у тебя нет ножа?
– Руки мне нужны свободными. А у тебя ножей хватит на двоих и даже более.
Дорин разрезал полотнище.
– А твоя палка? Где она?
– Тут и там.
Ву скользнул в щель; Дорин услышал бормотание: - О боги.
Патруль вооруженных до зубов канезцев занимал перекресток. Солдаты щурились, рассматривая их в тумане.
Очередной раскатистый рев раздался из прохода слева, в клубах черного дыма показалась атакующая фигура - огромная, глаза на высоте человеческого роста и светятся золотистым янтарем.
Солдаты бросились на зверя.
Ву помчался в противоположном направлении, одежда высоко взвилась над слишком тощими лодыжками. Дорин прикрывал тыл. Они скоро оказались на внешней линии дозоров; Дорин восхитился, видя, что тени прикрывают их, вьются вокруг, словно спутанные знамена.
–
– спросил он, несколько встревоженный.
Ву фыркнул на бегу. Он явно не привык к таким упражнениям.
– Нет. Я использую ее, но мы не вошли в Садок.
– Маг вынул платок и вытер потный лоб.
– Дело сделано, так?
– Да.
– Хорошо.
– Хорошо?
– Теперь твоя репутация окрепнет, друг мой.
– Не лучшая причина убить человека, - сказал Дорин задумчиво.
Ву махнул рукой: - Позволив гордыне править собой, он пострадал от неизбежных последствий.
– Гордыня?
Ву остановился, прижав руки к груди, надсадно дыша.
– Да, ему следовало отступить.
– Теперь ты еще и военный тактик?
– О нет. Я куда более... сложен.
– Ву указал на север тростью, вдруг оказавшейся в руке.
– Только не река. Я категорически против.
Дорин указал на восток: - Не бойся. Там лодки, брошенные канезцами.
Ву снова прижал руку к груди.
– Ну и слава Тоггу. Плюхаться в воде вредно для здоровья - не слышал, друг?
– Он оглядел Дорина с ног до головы и поморщился: - Хотя помыться не мешало бы...
***
Едва зазвучала тревога, Айко вскочила с постели, торопливо натягивая сапоги и вытаскивая меч. Вырвалась из палатки в одних штанах и льняной сорочке, найдя лагерь охваченным смятением. Немедленно побежала к королевскому штабу. Солдаты сновали повсюду, ища врага; слуги и чиновники мелькали мимо, торопясь улизнуть.
Затем из ближайшего квартала раздался леденящий кровь рык; замерев на миг, она помчалась туда. По пути нашлось много тех, что видели зверя, но никому не удалось догнать его, скачущего в проходах между палаток. Отказавшись от погони, она снова направилась к королевским шатрам.
Сестры отгоняли всех, кроме офицеров и придворных высших рангов. Пробившись в личные покои, она нашла короля лежащим на кровати, всего в крови. Явно мертвого. Мертвы были и три сестры, среди них Юна.
Айко поняла, что скорбит по убитым Танцовщицам куда сильнее, нежели по королю.
Мойсолан стоял у кровати. Он был в мятой ночной рубашке, тронутые стальной сединой волосы всклокочены и рассыпались по плечам. Старик всматривался в некий предмет, поворачивая его в пальцах так и сяк. Айко кивнула сестрам и подошла к генералу.
– Что это, сир?
Он протянул ей предмет.
– Убийца положил это ему на грудь.
Птичья лапа, причем не обычной птицы, а большого хищника. Полный набор крючковатых когтей, следы крови.
– И что она должна означать?
– Знак или подпись. Объявление. Угроза. Всё сразу.
– Вот уж не думала, что Защитница решится на такое.
– Как и я.
– Генерал положил лапу в белую тряпицу и заботливо смотал ткань, положив в ларец.
– Вы с сестрами немедленно идете к наследнику.
Айко кивнула.
– Разумеется. Доложу обо всем новой командующей.