Пайола
Шрифт:
Вместо того чтобы воспользоваться улицей, где разрешены большие скорости, я полз от светофора к светофору по бульвару Сансет вплоть до Фигуроа-стрит, а потом свернул налево на Первую улицу, в сторону административного центра. Моя поездка, правда, растянулась, но зато движение тут было малоинтенсивным, а хотелось восстановить в памяти все, что я знал о деле Мулдена, а уж потом просить в отделе по расследованию убийств разрешение на свидание с Томми-Тигром.
Это было скверное дело, с какой бы стороны на него ни смотреть.
Убийство
Правда, ее отказ мало чему помог. Эксперт-патолог писал в своем отчете, что она перед смертью была изнасилована.
Мулден защищался просто. Он признал, что находился в комнате, что орудие убийства принадлежит ему. Но он так же утверждал, что девушка эта была постоянным посетителем заведения, в котором он работал, и, находясь в нетрезвом состоянии, пошла с ним по доброй воле. И сама отдалась ему.
Будто бы она потом выразила желание выпить еще чего-нибудь. Тогда он оделся и пошел за бутылкой. Возвратясь в комнату минут через пятнадцать, он, к своему ужасу, увидел, что она лежит поперек кровати совершенно голая и мертвая.
Защита настаивала на том, что кто-то из мужчин, находившихся в это время в отеле, заметил, что Томми-Тигр ушел, и, воспользовавшись этим, проник в комнату, где и совершил преступление, в каком обвинили Томми-Тигра.
Если принять во внимание репутацию отеля, то зашита выбрала правильную линию. Отель был настоящим притоном, в котором нашли убежище главным образом бывшие заключенные, неудавшиеся артисты и торговцы наркотиками. Кроме того, высокооплачиваемая команда адвокатов, защищавшая Мулдена, выставила на скамью для свидетелей с десяток коротковолосых девочек и бородатых парней, которые показали, что девушка эта часто посещала заведение и пошла с Мулденом совершенно добровольно. И будто бы она и игрок на тромбоне были в давней связи.
Какое-то время казалось, что суд оправдает Мулдена. К несчастью для защиты, у обвинения была заготовлена коварная бомба. И не одна, а целых три. Оказывается, Мэй Арчер лишь разыгрывала из себя женщину легкого поведения. На самом деле она была счастливой матерью двух детей, имела супруга и жила с ним в Эль Монте. Она была репортером по профессии, и газета "Голливуд Миррор" поручила ей раскрыть предполагаемое участие Мулдена во взяточничестве, которое вызвало в обществе скандал. За два часа до смерти она позвонила редактору и сообщила ему, что она уже находится на пороге сенсации, которая должна быть помещена на первой полосе. На суд неприятно подействовало обстоятельство, приведенное обвинением, что работа Мулдена в "Голден Четон" являлась лишь прикрытием. Будучи платным служащим фирмы грампластинок "Стартайм",
Сидя за рулем "мерседеса", за который я еще не все выплатил, я, припомнив обстоятельства дела, должен был поневоле согласиться с судом. Мулден наверняка был грешен. Кроме того, все знали, что он отличался злобным темпераментом. Он так отделывал людей, что врачи с трудом их снова сшивали.
Выходило, что, узнав в молодой женщине репортера, он хитростью заманил ее в свою комнату и, боясь разоблачений, в садистской ярости изнасиловал ее и забил до смерти, чтобы она не смогла говорить. А может быть, запугивая ее ударами, просто перестарался.
Вот так обстояло дело. Я наверняка зря тратил бензин, надеясь получить эти сомнительные две тысячи долларов. Но как бы там ни было, я обещал французской куколке переговорить с Томми-Тигром.
Я остановил машину перед полицейским управлением и поднялся на лифте в кабинет капитана Хэнсона. Тот приветствовал меня на свой лад и грубовато поинтересовался, как идут дела у знаменитого охотника за женскими юбками.
Я ответил ему, что, после того как по телевизионной рекламе приобрел новое средство для смазывания волос, мне уже нет необходимости бегать за женщинами. Теперь они сами бегают за мной.
Да, он был в чудесном настроении и сразу же спросил меня с ухмылкой:
– Так что я могу сделать для тебя, Джонни?
Я сказал, что хотел бы получить разрешение на свидание с Томми-Тигром.
Ухмылка сразу исчезла с его лица. Хэнсон недружелюбно посмотрел на меня.
– Зачем? – спросил он сухо.
Я объяснил ему, что одна клиентка поручила мне выяснить, не ошибся ли суд штата Калифорния в своем приговоре. И что та же клиентка просила меня вытащить Мулдена из камеры смертников, где он сейчас сидит.
Хэнсона даже не рассмешили мои слова.
– Тебе это не удастся, – жестко отрезал он. – Это не удастся сделать и двум саперным ротам. Ты лучше выкладывай, кто это мутит воду?
Я мог выбрать одно из двух: либо послать его к черту, либо сказать ему правду. И второе, видимо, было наиболее разумным. Если частный детектив не поддерживает хороших отношений с полицейскими, то ему лучше всего повесить свою куртку на крючок и подать прошение о выдаче пособия по безработице. Поэтому я решил рассказать ему правду.
– Что касается самого дела, то тут я полностью разделяю твое мнение. Но сегодня утром ко мне в контору примчалась Ивонна Сен-Жан и предложила мне пять тысяч. Две из них – как аванс. И теперь я просто должен поговорить с парнем. Она уверена, что он не убивал этой женщины.
– Откуда она об этом знает? – хитро поинтересовался Хэнсон.
Я честно ответил:
– Она говорит, что он сам ей об этом сказал.
К Хэнсону вернулось его хорошее настроение.
– О, я больше не могу! И как это тебе удается, Джонни! Значит, на этот раз у тебя будет Ивонна Сен-Жан?