Паутина
Шрифт:
После всего этого последовал, естественно, строжайший секретный приказ — весь найденный виталонг немедленно переправлять в Центральный госпиталь. Но до сих пор некоторые супервэриоры, находя виталонг на Болоте, вдыхали его «для бодрости». Какое-то его количество контрабандой попадало на Альфу, где тоже нашлись любители бэтянской «паутинки». Но до поры до времени это носило спорадический характер. Теперь же, судя по всему, дело дошло до прямого обмена с пауками…
Раздался сигнал вызова. На маленьком экранчике появилось бледное изображение Директора, то и дело прерываемое космическими помехами. Сигнал между планетами
— Здесь Первый. Здравствуй, Новак. Срочное задание. Похоже, что существует устойчивый контакт между группой антифедеральных элементов на Альфе и пауками на Бэте. Очевидно, контакт через Экспедиционный Контингент. Что ж ты так, бригадир? Проморгал? Теперь берись за дело, отрабатывай всех подряд. Контактер должен быть установлен как можно скорее. Что он дает паукам? Что получает взамен? Как держит связь с Альфой? За успех операции отвечаешь лично. Давай, что там у тебя…
Дождавшись паузы, Новак коротко изложил информацию, полученную от перебежчика, и стал ждать. Шеф внимательно выслушал, кивнул и против обыкновения вновь переключился на передачу.
— Что известно о контактере, о котором сообщил паук? Имеются ли случаи появления на. Болоте гражданских лиц? Организуй срочное тотальное тестирование всего личного состава, тест-программу высылаем. Результат — срочно на Альфу. Удачи.
— Контактер высокого роста, был без оружия, двигался из восьмого в девятый сектор, там и происходил контакт. Часть полученного от пауков виталонга сразу проглотил. Что ожидается от него взамен, паук, кажется, знал, но не смог передать. Очень сложный символ, ему было не под силу. Из гражданских на Болоте за последний цикл побывали двадцать два человека, все проверены. Сейчас начинаем отрабатывать вариант посредника в Космопорту. В сфере поиска экипажи постоянных рейсов, работники порта, представители Управления шахт и интендантской службы. Особо смотрим встречи и контакты, не мотивированные служебной необходимостью. Скрининг по версии «Повторный контакт». После третьего отсева осталось девяносто три человека, идет персональная отработка. Пока все. Конец связи. Удачи.
Когда экран потух, Новак задумался. Итак, паук, это примитивное создание, по неизвестной причине выходит к Базе на верную гибель. Что же, случай не первый и, наверное, не последний. Какая разница, что их на это толкает? Информацию, от него полученную, можно трактовать однозначно: в контакт вступил кто-то из постоянных посетителей Болота, скорее всего супер. Дат не выяснили, так как паукам исчисление времени неизвестно. Поэтому место контакта, номера секторов особого значения не имеют. Зато если контактер принимает виталонг, возможен биохимический анализ…
Бригадир Новак много циклов просидел на невысоких должностях в Федеркоме. Ему не хватало воображения, и он знал об этом, зато он умел работать сам и мог заставить работать других, что еще важнее. И никогда не забывал о мелочах. Новак отдавал себе отчет в том, что нынешняя должность является пределом его карьеры. Даже в случае удачи повышения он не ждал. Но неудача могла значить и для Системы, и для него самого слишком
Ну что ж, он поднимет на ноги всех своих сотрудников, установит круглосуточное дежурство, сам, лично, прокрутит всех возможных фигурантов, перероет грязное белье, в том числе и в буквальном смысле, но найдет контактера. И выдавит из него информацию. Любой ценой. Лю-бой.
Новак еще раз придирчиво пересмотрел уже собранные материалы. Все население Бэты достигало пятидесяти тысяч человек, из них треть — военные. В одиночку на Болоте бывают лишь топографы и суперы. У них наилучшие условия для контакта. Сколько же их? Тоже немало: 623. Последний призыв, 87 человек, можно не учитывать, но все равно остается много.
Первым делом он подготовил приказ по Экспедиционному Контингенту, который гласил: «В связи с увольнением в запас старшего врача-психолога Кл. Оу, командиру медицинской роты Шелье в срок до 22.07 организовать досрочное тестирование всего личного состава. Тест-программа прилагается. Командующий ЭК комкор Дорич».
Приказ и по сути, и по манере изложения был вполне в духе комкора, и Новак нисколько не сомневался, что тот поставит свою подпись. Старший врач Оу действительно собирался на Альфу, досыта надышавшись метаном Пятнистой. Правда, спешка была ни к чему, коллеги Оу и после его отставки прекрасно справились бы с тестированием, но эта чисто бюрократическая поспешность как раз и вносила в приказ дух правдоподобия.
Теперь оставалось только обнародовать приказ и ждать результатов обследования, не прекращая, конечно, поиска по другим направлениям.
Как и все федеральные служащие, доктор М. Б. Похья каждый цикл проходил проверку на лояльность. Проходил он ее с завидной стабильностью: индекс лояльности у доктора всегда оставался на одном и том же уровне — 0,95. Такой индекс имели лишь сотрудники Федеркома, так что доктор мог не опасаться за свою карьеру, несмотря на причастность к движению анахронистов.
Среди трехмиллионного населения Системы не было более странных людей, чем анахронисты. Они всячески подчеркивали свою генетическую связь с метрополией, что на Альфе, мягко говоря, не поощрялось. В быту они возрождали нелепые обычаи и привычки прошлого. Выглядело это порой забавно, порой неприятно, но в целом подобный антураж особой опасности для общества не представлял. Но сама идея исторического развития, на которой основывалось движение анахронистов, откровенно противоречила политике стабильности, вот уже более ста циклов проводимой правительством Системы. Именно поэтому анахронисты рассматривались как потенциальные антифедеральные элементы, что означало, естественно, особый контроль за ними.
И тем не менее, получив вызов на внеочередную проверку лояльности, доктор Похья был порядком удивлен. Такие вещи практиковались весьма редко и, как правило, по серьезным на то основаниям. Насколько он мог судить, в данном случае таких оснований у властей быть не могло. Поэтому доктор шел на проверку с некоторым недоумением.
Его ждали. Вице-директор госпиталя невнятно произнес несколько слов и с вежливым поклоном вышел, оставив доктора один на один с молодым человеком с невыразительным голосом и таким же лицом.