Паутина
Шрифт:
В итоге мало удовлетворенная гадалка решила, что лучшее сейчас – ехать к тому месту, где находился этот переход. Секретом оно для не было, поскольку такая крупная подземка в городе имелась всего одна. Яна старалась внушить себе, что соображения, которые у нее в эти минуты возникли именно на месте, будут способны приобрести более логичное построение и вообще смысл.
Милославская огляделась. Вдалеке пестрела яркая вывеска какого-то кафе. Она напомнила Яне, что весьма неплохо было бы восстанавливать потерянные силы еще и калориями. Гадалка глянула на часы. Давно уже следовало перекусить,
Подойдя поближе к кафе и оценив окружающую обстановку, она поняла, что заведение обслуживает несколько иной контингент, нежели тот к которому она привыкла. Замешкавшись на пару минут, Яна все же решила не предаваться мелочности и снобизму и смело шагнула через порог внутрь душного прокуренного зала. «Я их не знаю, они меня тоже», – сказала она себе и приблизилась к стойке бара.
В помещении не было окон, его освещали несколько засиженных мухами люстр, поэтому все выглядело довольно мрачно. Музыка гремела оглушительно, и посреди небольшой свободной от столов площадки во весь дух отплясывали что-то среднее между барыней и лезгинкой два пьяных кавказца.
От гриля пыхало жаром; сидящие за столиками курили; дышать тут было тяжело, и Милославская прониклась глубоким сомнением в том, что тут вообще можно отдохнуть. «Зря я сюда завернула», – пробормотала она себе под нос, но в следующий же миг над ней склонился высоченный, метров двух, официант и подобострастно спросил:
– Чего желаете?
Он смотрел так, что развернуться и уйти для человека воспитанного было очень трудно.
– Да перекусить, – неуверенно пробормотала Милославская.
– Отдельную комнату не желаете? – видимо, моментально оценив материальные возможности и настроение клиентки, промурлыкал официант.
– Ж-желаю, – удивленно ответила Яна, снизу вверх глядя на него.
– Пройдемте, – сказал парень и кивнул гадалке в сторону обитой дерматином черной двери.
Яна послушно пола за ним. За дверью оказался небольшой коридорчик, довольно чистый и светлый. Из него выходили еще три двери. Официант достал из кармана небольшую связку ключей и отомкнул одну из дверей.
Гадалке было предложено пройти внутрь первой, и она осторожно ступила на что-то мягкое. Официант вперед протянул руку, и в комнате зажегся свет. Первым делом гадалка посмотрела себе под ноги. Внизу красовался густой узорчатый ковер. «Надо же», – подумала Милославская.
Стены этого небольшого, метров в восемь, помещения по цвету гармонировали с ковром. В углу стоял мягкий диванчик. Кругленький столик, накрытый полотняной белой скатеркой, был аккуратно сервирован необходимыми для любой трапезы приборами: пепельницей, салфеточницей, маленькими баночками со специями. Над диванчиком висел немного запыленный бра. Слышался негромкий шум работающего кондиционера.
– Какую музыку предпочитаете? – почтительно спросил официант.
– Классику, – ответила Яна.
– А насколько громко?
– О, не слишком. Пусть чуть играет.
Парень утвердительно кивнул в ответ, нажал на какую-то кнопку стоящего
Яна немного растерялась. Она не ожидала, что в этом заведении меню может быть столь разнообразным.
– Что-нибудь посоветовать? – спросил ее парень.
– Да нет, – ответила гадалка, – я уже определилась. Филе лосося с соусом из шпината, вот этот салатик, – Яна пальцем указала на одну и строчек меню, – бутылочку минералки. Да, еще, пожалуйста, пудинг с малиной и миндалем.
Официант кивнул и вышел из комнаты. Милославская поудобнее расположилась на диванчике. Звуков громкой музыки, дребезжащей в большом зале, здесь не было слышно, только мелодия Бетховена тихонько лилась из круглых маленьких колонок. Было свежо и прохладно.
– Хорошо, – упоенно пробормотала гадалка, – даже удивительно.
Она на самом деле была изумлена, что кафе может совмещать в себе два столь разных уровня. Милославской было приятно осознавать, что все же удастся подкрепиться в такой прекрасной обстановке, и она вздохнула с чувством удовлетворения.
В минуты ожидания своего заказа она думала о последнем видении и снова пыталась разгадать его. «Может быть, – предполагала Яна, – в этом переходе я увижу Ольгу Сергеевну? Но почему же карты не подсказали мне этого? Ведь я рассмотрела там каждое лицо». В следующую секунду Милославская вдруг подумала, что она совсем не знает исчезнувшую женщину. Да, она видела ее фотографию. Но сколько лет прошло с того момента! Возможно, Ольга Сергеевна уже сильно переменилась. «Да-а, – мысленно протянула Яна, – надо будет проявить особую внимательность».
Вошел официант и вкатил невысокий столик, который ему, с его ростом, двигать было очень неловко. Он бросил на гадалку взгляд, полный извинения за свою неуклюжесть, и поднял салфетку, накрывающую то, что он принес. На маленькой тарелке был симметрично разложен нарезанный треугольниками белый хлеб, в центре стояло сверкающее блюдо, накрытое высокой округлой крышкой. Там, видимо, скрывался лосось. Салат был красиво украшен веточками укропа и петрушки. Минералку налили в высокий узкий графинчик, закрытый стеклянной крышкой. Это Милославской показалось смешным, и она улыбнулась. Пудинг, имеющий симпатичную форму, был обложен ягодами клубники, украшен миндалем и веточками мяты.
Официант аккуратно переставил все это на стол. Милославская поблагодарила его и, сказав, что ни в чем больше не нуждается, разрешила удалиться.
– Если что, зовите, – заметил парень, указав на маленькую черную кнопку, вмонтированную в стену неподалеку от стола, и скрылся.
– Мой поход в подземку должен закончиться удачно, если он так хорошо начинается, – вслух пробормотала Яна и, улыбаясь, приступила к трапезе.
ГЛАВА 14
Милославская в нерешительности замерла перед десятком бетонных ступенек, ведущих вниз, в подземный переход. Пьяный безногий бродяга, сидящий в метре от нее, удивленно смотрел на гадалку, думая, наверное, что она размышляет над тем, подать ему или не подать.