Паутина
Шрифт:
Вот эту азбуку Паламед и отнес на конкурс, где получил — уж будьте покойны. Но просил покупателей — мудрых членов жюри — имя его не раскрывать якобы из скромности: начертание букв подсказал Прометей, и не пристало простому смертному спорить с богами, а уж тем более — красть изобретения. На самом же деле Паламед не хотел платить налогов.
Так хитрожопый грек перехитрил сам себя и остался неизвестным не только сборщикам налогов, но и потомкам. Тайну личности изобретателя греческого письма раскрыли только после изобретения MB, во времена Петрова и Комарова.
Уплатив кучу драхм и распрощавшись с изобретателем, члены жюри хватились,
Впрочем, хитрожопый грек наверняка бы отвертелся, запудрив древнегреческие мозги соотечественников речами вроде таких:
— Ну на что вам тета, когда есть тау? Или взять тот же ипсилон. Так имеется же йота! Что за глупые придирки? Подавай им долгую омегу! А вы тяните подольше краткий омикрон! А насчет кси и пси я и слушать не желаю! Пишите подряд пи и сигму или каппу и сигму, вот и выйдет: пс, кс!..
Так что от Паламеда отвязались бы в любом случае. Но привязываться было не к кому, потому и отвязываться не пришлось. А пришлось членам жюри шевелить собственными извилинами и выдумывать начертание спорных букв самим, пока спонсоры конкурса (их в те времена называли меценатами) не потребовали отчета: куда делись денежки?
Но дальше-то покупатели-азбуки столкнулись с главной проблемой, которая не всплывала, пока алфавит был недоукомплектован. В какую сторону писать? Справа налево или слева направо? Тут уж не мог выручить ни Бог, ни полубог. Пришлось применять природную сметку и житейский опыт.
Греки думали-гадали, догадались, как смогли. В Северном полушарии дома всегда строятся окнами к югу (в Южном — наоборот), чтобы использовать дармовой солнечный свет на полную катушку. Светильники маслом заправлять — драхм не напасешься. Поэтому стол ставят у окна, а писец садится за него ранним утром. Это лучшее время для писания летописей, философских трудов и писем трудящихся про плохое обслуживание в винных лавках, где вино водой разбавляют. И если пользоваться правосторонним направлением, то до самого заката кулак со стилом не будут загораживать света.
Глава-двадцать шестая. Славянская азбука
Это все варяги, немчура высоколобая: завели усобицу при русских при людях. Взяли, подали пример, а мы теперь расхлебывай! До сих пор деремся меж собой в очередях.
Кузнец и конюх резались в подкидного дурачка с ютами, фершал просвещал Катю в любви — науке и искусстве, а Комаров грустил от невозможности хоть как-то помочь предкам — древним сибирякам праславянам. Сменявшие друг друга князья Кедровы слишком увлеклись заграничной техникой. Рации и факсы заменили вещунов, которых князья считали хотя и дешевой рабочей силой, но капризной и ненадежной. То они спят, то едят, а то и вовсе влюбятся и никого, кроме возлюбленных, не слышат.
Вещуны, потеряв работу, переквалифицировались в охотников и землепашцев. Без ежедневного тренажа способности их захирели, а у детей телепатический талант просто не развился.
Без вещунов перестали рождаться кудесницы, второе поколение лесичей-экстрасенсов. Без второго исчезло и третье поколение: чародеи рождались от браков вещунов и кудесниц. А без
Остались одни колдуны да ведьмы, люди, имеющие мутантный ген, полученный от смешения женского и лешачьего семени. Колдуны и ведьмы — слабые телепаты и гипнотизеры. Они чувствуют чужие страхи и умеют их усиливать. Но главное — это знание трав и умение травами пользоваться. Можно и лечить, и калечить. Можно летать и оборачиваться в зверей. Эти секретные знания передаются от деда внуку, а от бабки — внучке и никогда не выходят за пределы семьи.
За сто лет до стремительного развала державы динлинов вещуны практически исчезли, а с ними и кудесницы. Без кудесниц ухудшился товарный вид изделий лесичей. Десятки веков от любой вещи, сработанной руками ремесленников, требовались лишь прочность и надежность. Украшательством как раз и занимались кудесницы, древнейшие дизайнеры.
Ютская школа в конце концов закрылась, потому что некого стало обучать. Линия чародеев, как это и предсказывал Пихтоев, пресеклась. А затем в Ю-ми-ре разразилась неведомая катастрофа. Оттуда прибыл гонец с приказом немедленно покинуть Землю. И захватить людей с паранормальными способностями, если таких еще можно отыскать в Лесном княжестве.
Юты взяли в полон последнего в державе ведуна, седобородого княжьего предсказателя; отыскали пару-тройку вещунов, еще сохранившихся на западных форпостах; несколько столичных украшательниц, девчонок-кудесниц. А потом началась охота на ведьм.
Ютанты прокатились по таежным просторам не хуже кривоногих ютроллей. Они хватали колдунов, вязали, бросали поперек седла и волокли в Дом ютов. Назад не вернулся ни один. Ютанты исчезли, а Дом взлетел на воздух, погребя под обломками подземные цеха и склады. Паутинный проход закрылся навсегда. Кратковременный прорыв границы между мирами, случившийся на Британских островах, можно не считать. Это произошло в другое время и в другом месте.
Юты ушли. Без запасных частей и батареек замолчали рации. И факсы оказались не полезнее булыжников. Князь в ярости приказал сбросить их в Енисей. Прервалась связь между столицей и окраинами. Кед Рой Бормотуха приказал призвать на службу вещунов, но во всей державе не нашлось ни одного человека-передатчика.
Без бумаги остановилось делопроизводство. Указы попросту не на чём стало записывать. Сунулись к кожевникам: «Где пергамент?» Те только руками развели. За век-полтора, когда дешевая бумага полностью заменила дорогой пергамент, секреты его изготовления оказались безвозвратно утерянными.
Могучая держава развалилась стремительно. Оставшиеся без княжьего присмотра провинции стали жить наособицу. У всех нашлись свои, местные интересы. Одной из причин ослабления власти был поход княжьей дружины в Китай за шелками, предпринятый в 1122 году до Рождества Христова Китай был захвачен, полковник основал династию Чжоу, но динлинский князь потерял значительную часть элитного войска.
Пограничные под сотники, зная, что нет элитных отрядов, способных прийти и наказать за самовольство, почувствовали себя князьками и принялись устанавливать собственные порядки. Первым делом они прекратили отсылать налоги в столицу. Проезжие тракты, ведущие к Холмграду, поросли травой и малинником, потому что исчезли вереницы обозов с драгоценными металлами и минералами, продовольствием и мягкой рухлядью. Затем над дорогами сомкнулась тайга, и столица вымерла.