Паутина
Шрифт:
Обе луны поднялись всё выше и сохранять конспирацию становилось всё труднее - патрули, как назло, попадались всё чаще, что почти наверняка было связано с приближением заветной цели - тюрьмы города, а скрываться от их глаз становилось весьма и весьма проблематичным, так как стражники теперь бродили целыми кучами и безмолвно обшаривали каждый переулочек, каждую расщелину в стене дома. Они искали, искали нас...
Наконец, в свете звёзд и лун мы увидели серое здание, такое же, как и остальные, если не считать решётки на окнах и стражу у возвышения на холме прямо напротив главного входа в казематы города Ляуштрасса.
– А т-третья для кого?
– заикаясь спросила я.
– Для меня, - ледяным, словно северный ветер, голосом ответила Фиона; затем она ухмыльнулась.
– Всё распланировал, гадёныш.
– Не волнуйся, Фиона, - Кирилл взял её за руку, - справимся.
– Ну, по крайней мере, попытаемся, - девушка улыбнулась и засучила рукав камзола - там я еле разглядела небольшие наручные часики.
– Значит так, используем эффект неожиданности... Я хотела сказать, действуем, как получится. Городские ворота - в двух кварталах отсюда, если дойдём до этой стадии - придётся хорошенько побегать.
– Но ворота наверняка закрыты...
– вставила я.
– Можете быть уверены, - Фиона кивнула.
– На месте разберёмся главное, попасть поглубже в лес, как можно дальше от основной дороги - там уже не будет патрулей, даже сам Удо не решится нас преследовать. Будем думать, ваша крёстная не примет нас за лесных грабителей и не выкинет вон, она скосила глаза на принца, тот лишь пожал плечами.
– Кэт и Макс... Я уверена, Удо не станет их глубоко прятать - он слишком тщеславен и любит поиздеваться. Скорей всего, они в одной из камер. Теперь очерёдность - мы переносимся все вместе, но вы, миледи, вы - наше тайное оружие, наша надежда. Вы войдёте потом...
– Что ты хочешь сказать?
– едва не завопила я.
– Я не знаю, что делать. Да и вообще, смогу ли я перенестись? В тот раз это было случайно.
– У тебя всё получится, - Кирилл взял мои руку в свои.
– Главное - не думай, что ничего не выйдет. Мы войдём в помещение - стражники на входе не успеют среагировать. Затем они бросятся за нами - мы постараемся отвести их с Удо подальше от камер заключённых. Ты войдёшь немного погодя и освободишь ребят, - он сунул мне в руки мешочек с "часами".
– Затем, если сможете, вы поможете нам. Если нет - бегите. Макс знает дорогу к моей крёстной, она поможет, если что...
– Нет, не говори так, - я замотала головой, из глаз полились слёзы.
– Я не знаю, что мне делать, а если не выйдет?.. Может обойдёмся без переносов? Нельзя по-простому?
– Сияние действует, только если ты находишься в шкале Обратуса. Не волнуйся, Удо связан с часами, как большинство волшебников в моей стране, а ты - нет, и в этом наш козырь, - Кирилл засучил рукав и посмотрел на меня. Прости, что втянул тебя в во всё это.
Темнота улицы буквально озарилась вспышкой света. Я прикрыла глаза рукой и в это мгновение почувствовала, что меня засасывает куда-то. Ощущение было подобно тому, будто ты находишься между двумя магнитами - тебя тянет и туда, и туда, и во все стороны сразу. Я опять глубоко вздохнула, и опять звук этот отразился во мне таким долгим, громким эхом, по окончании которого
Всё вокруг снова виделось в сероватой дымке или даже мареве, будто бы смотришь на мир поверх разожжённого костра. Я всё так же сидела, прижавшись к стене, и наблюдала за тем, что происходило на площади. Часть стражников ярко замерцали, а затем бросились в открытые двери тюрьмы, где совсем недавно промелькнули два силуэта. Большинство так и остались стоять неподвижно, они лишь повернули головы в ту сторону, где мы стояли; я представила себе, что происходит сейчас у них в мозгу - наверняка, они только подумали зажмуриться, и импульс, посланный от мозга к векам, застрял на полпути.
Я просидела неподвижно около пяти минут, каждый миг порываясь броситься к дверям. Меня останавливали вспышки света и вылетающие наружу груды металлолома, когда-то бывшие наёмниками придворного волшебника самого кардинала.
Когда вылетел последний, и за ним вот уже пару минут не вылетал никто, моё сердце застучало ещё сильней. Оно стучало тревожней и тревожней, как бы толкая меня внутрь темницы. Свет постепенно удалялся - это было хорошо видно даже через решётки. Когда внутри всё потухло - Фиона и Кирилл увели преследователей на второй этаж, где в окнах вновь засиял голубоватый свет, я всё-таки побежала внутрь.
Попав внутрь, я осмотрелась. Когда-то белые стены, теперь местами чёрные от сажи, пара факелов на высоких чугунных подставках, дубовый стол в небольшой комнатке при входе и винтовая лестница, ведущая наверх. В обе стороны вели коридоры с бесчисленным количеством дверей, ведущих в камеры. Я растеряно посмотрела налево и направо - куда бежать, я не знала.
Я прикрыла глаза, сосчитала до пяти, мысленно произнесла считалочку и двинулась направо - если что, во всём был бы виноват месяц и его дурацкий ножик...
Я принялась дубасить по всем дверям, заглядывать в каждое маленькое окошечко в поисках ребят и негромко, но весьма слышно выкрикивать их имена. Пройдя треть коридора, я встала, как столб, прислушиваясь к воцарившейся наверху тишине. Только тогда до меня дошло, что так я никогда не найду ребят и уж тем более не смогу их вызволить.
Не потому, что Кирилл с Фионой доверили мне - обычной столичной неженке - ответственное партийное задание, от которого зависит судьба целого государства и которое вряд ли выполнил даже Джеймс Бонд, а потому, что оба заложника, почти наверняка, застряли в шкале Брутуса, а вытащить две неживые статуи в виде отнюдь не маловесных подростков из тюрьмы, пусть и не очень строгого режима, в сложившихся условиях мне одной будет просто невозможно. Кирилл этого не учёл... да и я, когда в самом начале взялась за это, тоже.
В момент почти критический, как всегда, пришло озарение в виде полного безразличия. Тогда для меня была одна-единственная цель - найти камеру, где содержали Макса и Кэт. Как ни странно, я её нашла - в самом конце коридора за крепкой дверью в малюсенькое окно я заметила знакомый силуэт. Несмотря на то, что было очень темно, я была готова поклясться, что на фоне оконного проёма я разглядела знакомую фигуру. Силой воли я вновь заставила свои руки засветиться и разнести дверь в щепки; меня охватило радостное волнение, которое я никак не могла подавить.