Паутина любви
Шрифт:
— А вы не чувствуете себя здесь отрезанными от мира?
— Ну нет, совсем рядом — Полдаун, рыбацкая деревня, которую можно считать маленьким городком.
— И ее можно увидеть отсюда, из окна вашего дома?
— Да, это так.
— Я бы хотела побывать там.
— Вряд ли она покажется вам интересной. А в Лондоне вы часто бываете?
— Случается. Наш дядя живет в Вестминстере, и когда мы оказываемся в Лондоне, то останавливаемся в его доме. Но обычно мы живем в деревне. Мы
— Понятно… Вы спросили, чувствуем ли мы себя отрезанными от мира, и я могу вам ответить: нет, это не так. Правда, наше поместье занимает большую часть полуострова, и иногда вы можете проехать верхом несколько миль — и никого не встретить. По соседству с нами находится поместье Джерминов…
— Пожалуйста, продолжайте…
— Мы с ними не дружим. Очень давно между семьями произошла ссора. С тех пор Трегарленды и Джермины враждуют.
— Как Монтекки и Капулетти?
— Да, вроде того. — Обычно ссорятся из-за какого-нибудь пустяка, который со временем забывается. А потом дочь из одной семьи выходит замуж за сына из другой семьи, и все счастливы.
— У меня есть подозрение, что в данном случае именно это и послужило началом вражды.
Я засмеялась.
— Значит, нам не удастся познакомиться с Джерминами? — спросила я.
— Могу заверить вас, что сюда их не пригласят. — Он пристально посмотрел на меня. — Значит, вы с сестрой двойняшки?
— Да, — ответила я.
— Между вами есть легкое сходство.
— Я всегда думала, что между нами сильное сходство, а вы говорите — легкое.
— Именно легкое, — сказал Гордон.
«Наверное, он хочет сказать, что я не так привлекательна, как Дорабелла, — подумала я. — К тому же он находит меня скучной».
Я сосредоточилась на еде, и он повернулся к маме. Они о чем-то говорили, но я их не слышала. После ужина мы снова вернулись в холл, где семья Трегарлендов проводила вечера, и нам подали кофе. Спустя полчаса Матильда Льюит шепнула мне:
— От такой долгой поездки вы, наверное, устали и хотели бы пораньше лечь спать.
Мама ответила ей, что, пожалуй, она права, и мы разошлись по комнатам.
В моей комнате горел камин и было тепло, однако я испытывала какое-то неуютное чувство, похожее на страх. Я подошла к окну и раздвинула занавеси. Светила луна, от которой шла дорожка по воде, было слышно, как внизу у скал шумит прибой.
Я не стала задергивать занавеси, чтобы не чувствовать себя отрезанной от мира, и, отвернувшись от окна, ждала, когда откроется дверь, ибо была уверена, что Дорабелла заглянет ко мне. Так оно и произошло.
Сестра была очень красива в синем шелковом халате, с распущенными по плечам волосами. Она прислонилась
— А ты ничуть не удивилась! Знала, что я приду? — сказала она. — Как тебе здесь нравится?
— Здесь интересно.
— Не просто интересно, а удивительно… встреча со всеми этими людьми…
— Я понимаю, что для тебя все это очень важно, ведь ты думаешь о том, что станешь здесь хозяйкой.
— Это место похоже на Кэддингтон, только здесь море, а у нас его нет… Послушай… а что ты скажешь о нем?
— Мужчин было несколько… Кого ты имеешь в виду?
— Ну, конечно же, Гордона Льюита.
— Я его не настолько хорошо знаю, чтобы судить о нем.
— От тебя можно сойти с ума. Ты так педантична и рассудительна во всем. Я спрашиваю, какое впечатление Гордон произвел на тебя?
— Мне кажется, он хочет, чтобы все знали, что он не просто сын экономки.
— Но Матильде Льюит вряд ли подходит такое определение.
— Пока я не могу ничего сказать о них. Все как-то необычно.
— А мне кажется, что все просто. Она приехала сюда, когда умерла мать Дермота. Трегарленды с ней в дальнем родстве, как я понимаю. Матильда навела в доме порядок и прекрасно справляется с хозяйством. Я думаю, она славная женщина, не так ли? Что касается Гордона, то я нахожу его весьма интересным, и мне кажется, — она хихикнула, — я ему нравлюсь.
— Ух не собираешься ли ты одарить его своей благосклонностью?
— Не дури! Что ты говоришь!..
— Ты знаешь, когда ты выйдешь замуж, тебе придется успокоиться. — Не пойму, о чем ты? Я просто сказала: кажется, я ему нравлюсь…
— Гордон Льюит не может не интересоваться девушкой, которая собирается стать членом их семьи.
Дорабелла сердито посмотрела на меня, и я почувствовала смутное беспокойство. Она очень быстро влюбилась в Дермота. А что если она так же быстро разлюбит его? Она привыкла к тому, что ею увлекались, и восприняла внимание Гордона как знак восхищения ею.
— Кажется, отцу Дермота я тоже понравилась. Он просил меня не уезжать, — сказала сестра.
— Так, значит, ты произвела хорошее впечатление на своих будущих родственников…
— Я так думаю. Дермот хочет, чтобы весной мы поженились. Как ты к этому относишься?
— Мне кажется такое решение слишком поспешным. Ты не задумывалась о том, что в это время в прошлом году ты еще не была с ним знакома?
— Какое это имеет значение?
— Имеет. Ты должна хоть что-то знать о людях, с которыми проведешь всю последующую жизнь.
— Мы с Дермотом уже знаем друг друга.
— И он все еще не отказался от своего желания жениться на тебе? — спросила я с наигранным удивлением.