Паутина любви
Шрифт:
— Здесь такая буйная растительность, — заметил папа.
— У нас бывает много дождей, а заморозки очень редки, и к тому же наш уголок острова защищен от непогоды, хотя и здесь случаются настоящие ураганы. Наше место чем-то напоминает мне Баеришер Вальд, хотя внешне между ними нет ничего общего. У них там живут в лесу тролли, где-то прячутся Тор, Один, а у нас лишь водятся разные пискунчики и трескунчики. Некоторые из них наделены сверхъестественной силой, и, не дай Бог, встретиться с ними взглядом: они могут такое с вами вытворить…
— Даже страшно стала, — остановила
— Ну, что вы, нечего бояться. Если на них не обращать внимания, они вас не тронут. Неприятности бывают только у тех, кто специально охотится за ними.
— Как это интересно! — сказала Дорабелла. Дермот на мгновение оторвал глаза от дороги и улыбнулся ей.
Мы проезжали мимо какой-то деревушки с маленькими домиками, сложенными из серого камня, дорога стала узкой, и ветви деревьев по ее сторонам сплетались наверху в сплошной шатер.
И вдруг я увидела море и черные скалы, о которые разбивались волны, взрываясь белой пеной.
— Теперь уже недалеко, — сказал Дермот. — А это, — он кивнул головой в сторону, — это наш городок. По сути рыбачья деревня. Видите, река разделяет его на Восточный Полдаун и Западный Полдаун, которые соединяются деревянным мостом, построенным пять столетий назад. Здесь есть церковь, площадь и даже набережная. Вы всегда можете увидеть на берегу рыбаков, которые занимаются починкой сетей или вытаскивают из моря улов, стоя в своих утлых лодках. Но задерживаться здесь не стоит, поселок находится в полумиле от моего дома и хорошо виден из окна.
По улочке, идущей вверх, мы выехали на открытую дорогу и увидели особняк.
Он высился на краю обрыва, массивный и угрюмый. Дом мало чем отличался от Кэддингтона, и я не думала о том, что Дорабелле предстоит переехать из одного старинного особняка в другой.
— Как красиво! — воскликнула Дорабелла. — Дермот, ты мне ничего об этом не говорил.
— Я рад, что тебе это нравится, — ответил он. — Когда я увидел ваш дом, он произвел на меня большое впечатление и я не стал ничего говорить о своем.
Мы дружно выразили свое восхищение прекрасным видом. Хотя мне дом показался мрачноватым, но, наверное, я все стала воспринимать в мрачном свете после той сцены в немецком замке. — Мы свернули на дорожку, которая вела вверх, Проехали еще немного и, миновав ворота, оказались во дворе особняка.
— Вот мы и приехали, — сказал Дермот. — Выходите, и пойдем в дом. Багаж принесут. А вот и Джек…
К нам подошел человек в униформе. Приветствуя нас, он коснулся пальцами околышка фуражки.
— Джек, возьми багаж. Тесс покажет тебе, куда что нести.
— Да, сэр, — ответил Джек.
Мы вошли в холл с выложенными каменными плитками полом и высоким куполообразным сводом. Наши шаги отдавались глухим эхом. На стенах, как в у нас в Кэддингтоне, было развешено старинное оружие — наследие доблестных предков рода.
По лестнице в конце холла навстречу нам спускалась женщина в светло-голубом ситцевом платье с белым воротником и белыми манжетами. Я догадалась, кто она такая, прежде чем Дермот представил ее нам, ведь он уже рассказывал нам о своих домочадцах.
Наверняка это была Матильда Льюит, которая занималась
Она встретила нас как хозяйка дома.
— Очень рады вашему приезду, — сказала она. — Дермот много рассказывал о вас. А это мисс Денвер…
— Дорабелла Денвер, — поправила Дорабелла. — А я вас знаю — вы миссис Льюит.
— Сэр Роберт и леди Денвер, — повернулась она к моим родителям, — и… мисс…
— Виолетта, — подсказала я.
— Виолетта… Дорабелла… Какие красивые имена! Я сказала Матильде Льюит, что родители назвали нас так потому, что любили ходить в оперу, и она негромко рассмеялась.
— Ах, как романтично! — сказала миссис Льюит. — Мы рады, что вы приехали погостить у нас. С отцом Дермота вы встретитесь за обедом. Он страдает от подагры и почти не покидает свою комнату. Но ему очень хочется повидать вас. Вам нужно будет вести себя с ним осторожно — он совсем дряхлый. Мне остается только представить вам моего сына Гордона. Он здесь вырос и знает имение как свои пять пальцев. Практически он управляет имением. — Она бросила неодобрительный взгляд в сторону Дермота и добавила: — Они с Дермотом управляют им.
Миссис Льюит повернулась к Дорабелле.
— Я думаю, Дермот рассказывал вам о нас?
— О да, конечно, — ответила Дорабелла, — он рассказывал о вас всех.
— Вы, должно быть, устали от долгой поездки. Не хотите ли отдохнуть до ужина?
— Нет, нет, — возразила Дорабелла. — Я слишком возбуждена, чтобы сейчас спать.
Миссис Льюит улыбнулась ей и повернулась к моим родителям.
— Мы не так уж устали, — сказала мама. — И нам хотелось бы поскорее познакомиться со всеми.
— Ну хорошо, я провожу вас в комнаты наверху — вы сможете привести себя в порядок и распаковать вещи. А потом спускайтесь в гостиную — поболтать и выпить по рюмочке перед ужином. — Она взглянула на свои часики. — Я распоряжусь, чтобы ужин приготовили пораньше.
Она проводила нас в наши комнаты. Дом был просторный, свободных комнат в нем было много, и мы с Дорабеллой заняли две соседние.
Я встала посреди комнаты и осмотрелась. Мой саквояж уже принесли. Комната была большая, с высоким потолком. На окнах — темно-синие бархатные портьеры, достаточно много мебели: кровать с пологом, платяной шкаф с тяжелыми резными дверками, комод и на нем два начищенных до блеска подсвечника, туалетный столик с зеркалом, два кресла, два стула, столик с тазиком и кувшином для умывания. Толстые стекла плохо пропускали свет в комнату, и, казалось, что она полна теней. Я подумала о том, какое множество трагических, а может быть, и комических событий могло совершиться в этих стенах в течение долгих лет. Мне тут же вспомнился тот замок в Германии, где группа молодчиков учинила дебош, и я сказала себе: надо все это выкинуть из головы.