Паучья сеть
Шрифт:
Дети горящими глазами наблюдали за филигранными движениями рук палача, стараясь запомнить каждую деталь. Их мышление уже сейчас отличалось от других детей и даже полноценных членов организации. Они не боялись происходящего, не испытывали к этому наслаждения. Для них это была работа, и их учитель сейчас показывал им настоящий мастер-класс по этой части ремесла профессионального убийцы.
— Достаточно, — произнес через несколько часов Паук, осознав, что Наиль способен так в муках продержать предателя несколько дней. Даже ему навыки парня казались чем-то невероятным. Паук немного завидовал. Мальчишку учил настоящий бог! Тот самый бог,
Наиль мгновенно остановил руку, после чего положил длинный иглообразный предмет на столик и взял оттуда кинжал. Быстрым движением парень оборвал мучения своей жертвы.
— На этом все, — хмуро произнес Паук. — Думаю, каждый из вас осознал, что будет ждать предателей гильдии? Пощады не будет никому. С этого дня Жнец получает повышение до семи капель и официально признается Мастером Смерти. По навыкам он был на этом уровне с момента вступления в нашу организацию. До этого дня он проходил дообучение и проверку лояльности. Жнец останется палачом гильдии, более того, под его руководство переходят все другие палачи. Надеюсь, больше не будет желающих попасть в его руки. В то же время с него никто не снимает обязательств по обучению элитного отряда учеников Черных Кинжалов. Жнец, тебе это понятно?
— Да, Старший.
— Тогда всем разойтись.
Убийцы, которым на протяжении нескольких часов пришлось наблюдать крайне кровавое зрелище, не заставили себя долго упрашивать. Они, конечно, многое повидали и были безжалостными личностями, но то, что творил Жнец с предателем — просто за гранью.
Вскоре площадь опустела. У покрытого кровью помоста остались только Паук и два его заместителя. Паук взглянул на истерзанный кусок мяса, в котором смутно можно было опознать человеческое существо, после чего покачал головой. Учитель у парня при жизни был крайне жестокой личностью. И ученик пошел по его стопам.
— Как и обещал, разрешаю тебе забрать тело предателя. Когда закончишь — иди к татуировщику, он уже предупрежден насчет тебя. Ты уже определился с символом?
— Да, — произнес Наиль, извлекая рисунок из пространственного кольца. Окровавленные пальцы схватились за небольшой клочок бумаги с рисунком черепа.
— Вполне подходит, — забрал рисунок Паук. — Я отдам это артефакторам. Они сделают тебе сотню. Это стандарт. Не стоит раздавать такие вещи все подряд.
— Понимаю.
Паук кивнул своим заместителям и направился вместе с ними к порталу. Наиль остался один на опустевшей площади. Он аккуратно снял истерзанное тело и положил его у своих ног.
— Лой. Можешь взять его.
Блестящее черное тело, напоминающее змеиное, молниеносно переместилось к лицу мертвеца. Лой с интересом обозрел оставшиеся после пыток раны, после чего вгрызся в глазницу и приступил к пиршеству. Наиль не хотел смотреть на это, так что отвернулся, занявшись очищением пыточных инструментов от крови.
Глава 19
Наиль держал в руках в руках золотую монетку, созданную артефакторами, не зная, смеяться или плакать. На одной стороне был символ Черных Кинжалов — кинжал в окружении девяти капель крови. На другой было отчеканено изображения черепа, скопированное с его маски. И все бы ничего, но у монеты был кроваво-красный цвет. А причиной тому было банальное недопонимание. Изображение своего будущего символа Наиль передавал окровавленными после пыток руками,
— Это можно переделать? — поинтересовался он у Паука, который с таким же интересом изучал полученные «визитные карточки» Жнеца.
— Шутишь? Ладно только золото, но знаешь, сколько стоит вложенная в монеты защита? Каждая монета — ручная работа мастера артефакторики. Нет уж, ходи теперь с такими. Сам виноват! Нечего грязными руками хвататься за рисунок!
Наиль даже растерялся, не зная, что сказать. Он пришел к Пауку сразу же после получения монет и теперь сидел в кресле, нервно крутя в руках монетку и наблюдая, как заваренный Пауком чай медленно остывает, выпуская к потолку тонкие струйки ароматного пара.
— Но они же красные! Я думал, их все золотыми делают, чтобы не было заметно, когда монету передают извозчику…
— Да ерунда это все, — отмахнулся Паук. — Кому надо — те найдут способ монету передать незаметно.
— Ладно…
— Что думаешь дальше? Хочешь еще одно задание?
— Пока что нет. Поеду к сестре, потом загляну на Восточную Заставу. Когда вернусь — проведу экзамен у своей десятки, а уже потом можно будет думать.
— Что за экзамен? Сомневаюсь, что они готовы к выпуску, — нахмурился Паук.
— Не готовы, конечно, им еще года четыре учиться. Но мне нужно знать их прогресс, чтобы правильно подправлять программу.
— Понял. Здесь я вмешиваться не буду. То, что уже из них получилось, очень впечатляет. Хотя я не ожидал, что ты заменишь больше половины группы на других детей.
— Те, кто не понимают своего положения, не должны впустую тратить ресурсы гильдии.
— Согласен, но все же они были очень талантливы.
— Я мог бы промыть им мозги ментальной магией, но это плохо скажется на их обучаемости. Да и не хочу, чтобы здесь знали о том, что я менталист. Пусть менталистом останется Фантом. Так безопаснее.
— Над мягким промыванием мозгов маги-рабы уже работают. Ты был прав, без этого даже кровная клятва — не самый надежный рычаг управления. Нам нужно воспитывать будущих членов организации с детства, а не принимать уже взрослых бойцов. И прививать им верность Черным Кинжалам, как это делают в Гильдии Теней.
— Этого не сделать за один день.
— Разумеется. Слушай, парень…
— Да?
— Тебя все устраивает? Не жалеешь, что пришел тогда?
Наиль довольно искренне улыбнулся. В доме Паука он находился без маски.
— Вы слышали наш разговор с предателем?
— Слышал, — не стал отрицать глава Кинжалов. — Над теми камерами в свое время неплохо поработали артефакторы. Я знаю, что ты связан с Крылатым Змеем, знаю, что именно он тебя учит. Если так, то кровная клятва для тебя…
— Старший, остановитесь. Я пришел добровольно. И уходить не собираюсь. Если вы слышали его слова, то слышали и мои. Ведь я был прав?
— Прав. Если однажды на троне окажется разумный правитель, я готов передать гильдию под его руку. Но сейчас, увы, я не вижу среди кандидатов никого подходящего.