Патруль

Воронина Тамара

Тим огляделся. Стрельнуло в висок. Тален?

– Где эльф?

– Эти забрали, – мрачно отозвался Кирас. – Он посвежее нас будет. Наверное, эльфячье мясо вкуснее.

– А предварительно разделают на гуляш, – вздохнул Витан. – Тебе, Кирас, хорошо, ты вон какой боров, тебя, наверное, целиком на вертел нанижут.

– Зато когда гуляш из тебя зачнут варить, тебе уже все равно будет, – резонно и оптимистично возразил верзила. – Талена, поди, мелкой соломкой крошат, больно много тварей он положил. Как черт, чтоб я сдох.

– Сдохнешь, –

пообещал Той. – К ужину. Ты как, командир?

Тим повел плечом. Какая разница, здоровым под разделочные ножи угодить, или больным. С мигренью, например. Жена все на мигрень жаловалась, особенно ночами, пока не понял он, что причина мигреней живет в соседнем доме. В отличие от ревнивца, которого Кирас зашиб, Тим убил жену. Спокойно и даже отрешенно.

Жаль эльфа. Даже послужить не успел. Лучше б его вместе с принцем повесили.

Лучше б их всех повесили.

Лучше бы принц не посылал своих гвардейцев на Рубеж.

Язык с трудом ворочался во рту. Хотелось пить. Не болело ничего, кроме виска, а это и болью называть стыдно. Воняло. Сутки без сознания проваляешься, не раз в штаны напустишь. Интересно, а они имеют привычку мыть продукты перед готовкой или так сожрут, обгаженного?

Почему так переклинило именно на том, что их съедят? Всех рано или поздно съедают – могильные черви, например. Ведь гораздо страшнее то, что будет до. Истерзанные трупы они тоже находили – с содранной кожей, выколотыми глазами, отрезанными… в общем, все отрезали, что ножу поддавалось. Наверное, не хочется думать о пытках, вот и все.

Мелт присвистнул, и все дружно посмотрели в ту же сторону, что и он. В окружении нескольких тварей шел Тален. Как ангел среди чертей – высокий, тонкий, светлый да чистый. Хотя был он не чище Тима, одежда так же изгваздана кровью, грязью да чужими мозгами, жемчужные волосы уже не рассыпаны по плечам, в свисают спутанными прядами, кровавая ссадина на скуле, темные круги вокруг светлых глаз. И все же – сущий ангел.

Он не был связан.

Кивнув Тиму, он что-то сказал не по-человечески, и один из сопровождавших его монстров – здоровенный, как Кирас, с огромными ушами и лицом, больше похожим на заячью морду с клыками, – ответил резко, грубо, а Тален, не повышая голоса, повторил свои слова с поразившей Тима спокойной уверенностью. И чудище послушалось, потрусило куда-то, вернулось очень быстро с котелком и ведром воды и поставило все это рядом с пленниками.

Тален опустился на корточки и начал возиться с узлами на веревках. Через пару минут они были свободны. Враги стояли кругом в десятке шагов, держа оружие наготове. Может, стоит рвануть? Авось да убьют.

– Нет, – предупреждая общий порыв, покачал головой Тален. – Вас снова парализуют – и все. Да и нужды нет.

Он поставил ближе котелок. Пахло вкусно, но и думать не хотелось, из чего сварена похлебка. Эльф снова покачал головой.

– Это зайчатина. Где бы они взяли…

Он не договорил, но все поняли. В животах патрульных

заурчало так, что твари в оцеплении загоготали. Переглянувшись, они разобрали корявые деревянные ложки и быстренько выхлебали содержимое котелка. Косточки были мелкие, а уж заячьи ли, кошачьи ли – не важно.

Пока они ели, Тален сидел рядом на корточках и молча переводил взгляд с одного на другого. Светлые глаза на чумазом лице казались еще светлее, но вот странно – это не было ни уродливо, ни неприятно, как, например, стеклянные зенки трактирщика Ниума. Что вообще происходит?

Тален не стал дожидаться вопросов.

– Вам вернут снаряжение и оружие и проводят ближе к Рубежу. Преследовать не станут. Возвращайтесь в крепость…

– Погодь, – перебил Кирас. – Что значит – вам?

– А мне интересно, почему, – меланхолично вставил Мелт.

– И откуда ты знаешь их язык, – тут же добавил Витан. Самые необходимые сведения. Только Той и Шанги помалкивали. Эльф перевел взгляд на Тима.

– Не я знаю их язык, а они знают мой. Вам – потому что я остаюсь. Я им нужен. Мое условие – ваша свобода.

Он не собирался углубляться в детали. То есть как это – начальство за нос водить? Это неправильно. Дисциплинированного Тоя это всегда раздражало, конечно, если не он сам пытался начальство обдурить.

– Для чего ты им сдался?

Он усмехнулся.

– Мясо нежнее. Я нужен им для одного ритуала. Как всякое не особенно развитое племя, они свято верят в незыблемость ритуалов. Им нужно именно мое согласие. Если я откажусь, ритуала не будет, но несколько дней они будут питаться деликатесами. Они не любят зайчатину. Они любят человечину.

– Ты готов собой пожертвовать? Ради людей? – спросил Тим ровно. Тален холодно улыбнулся:

– Какая мне разница? Просто съедят или ритуально? Ты не сделал бы так… для эльфов?

Тим пожал плечами. Вряд ли, конечно… впрочем, ситуация… если и правда все равно умирать, то почему не позволить кому-то выжить?

– Неправильно, – насупился Кирас.

– Можете оставаться, – равнодушно бросил Тален. – А кто предупредит в Крепости? Ты разве не видишь – они готовятся к большой войне.

Кирас заворчал, начал подниматься, но Тим осадил его одним жестом. Верзила очень хорошо знал, когда начальству следует повиноваться.

– Они отведут нас подальше – и позавтракают, – предположил оптимист Мелт. Эльф снова покачал головой.

– Нет. Ритуал не будет истинным. Они… они не особенно умны, если ты вдруг не заметил.

– То есть тебя убьют, – резюмировал Витан. – А нас – нет. Так получается?

– Так, – терпеливо повторил Тален. – Но меня убьют в любом случае. Вас – только если вы откажетесь уйти. Даже странно, что приходится вас уговаривать. Вы им не нужны.

– А что за ритуал?

Он устало пожал плечами.

– Не знаю. Кровь выпустят на жертвенник. Или сердце вырвут. Какая разница? Ты веришь в ритуалы, Витан? Или ты не хочешь жить?