Патриций
Шрифт:
– Надеюсь, ты просто не понимаешь происходящего.
– Все я понимаю, но все равно не боюсь.
– Почему, интересно? Ты такой великий храбрец?
– Да нет, мне их просто совсем не жалко.
– Божечки, кого ж я вырастил…
Макса с Анаис тем временем подвели к алтарю. Макс двигался медленно, вяло, – он пребывал в полуобморочном состоянии от страха. Глаза Анаис лихорадочно блестели, она никак не могла поверить, что подобная дикость происходит на самом деле. К сожалению, она ничего не могла сделать, двойник не имел силы
Внезапно к песнопениям начал примешиваться еще один звук – звук хриплого звериного рычания. Услышав его, женщины стали смолкать, устремляя одержимые кровью взгляды на полукруглый вход в пещеру. Рычание приближалось.
– Не нравится мне все это, – пробормотал Сократ, – ой, как мне это все не нравится.
Ссутулившись, переваливаясь с лапы на лапу, в подземелье ввалилось чудовище, словно только что сошедшее с наскальных изображений, вокруг него копошились уродливые монстры ростом поменьше. Крамисянцы завыли и повалились перед чудовищем ниц, а оно обвело безумным взглядом пещеру и утробно заворчало, увидев пленников.
– Нас хотят скормить этим уродам! – простонала Терр-Розе. – Пусть нас лучше достойно убьют!
Чудовище, тем временем, перебросило через плечо связанных Макса с Анаис, другой рукой схватило Ютфорда, визжащего щенка и поволокло к выходу, а маленькие монстры потащили остальных.
– Ластения! – кричал Дэн. – Ничего не бойся! Я с тобой!
– Не трогайте ребенка! – надрывался Сократ. – Возьмите меня! Ребенка не трогайте!
Не обращая на их крики никакого внимания, монстры волокли друзей все дальше и глубже в полуночную лесную чащобу.
– Владыка, я подслушал их разговор, – довольно улыбнулся Палач.
– Ну, и? – не разуваясь и не раздеваясь, Патриций лежал на кровати, застеленной темными покрывалами, и курил, глядя в потолок.
– Повелитель, они такие же, как и все, – Палач присел на краешек кресла и посмотрел на сапоги Владыки. Палач хотел предложить снять с него обувь, но не рискнул. – Этот Курем тоже преследует свои корыстные цели, выдавая за вас дочь. Им какая-то планета, не помню названия, собирается объявить войну, и Курем заранее радуется, что сможет вашей поддержкой заручиться. Ой, как он вас нахваливал! Прямо птицей пел, вот дочка и согласилась пойти за вас замуж ради своей планеты. Может, выставить их прямо сейчас?
– Не надо, – Патриций рассеянно посмотрел на облачко сигарного дыма. – Значит, заручиться моей поддержкой? Как глупо… А подслушивать, Палач, некрасиво. Вина подай… да не этот бокал! Вон тот возьми, бледный …
Чудовища выбрались на просторную поляну, выволакивая за собой измученных, исхлестанных ветками пленников. Внезапно вспыхнул яркий свет. Друзья, ослепнув, ничего не видели, кроме огромного главного монстра, а он, ни с того ни с сего, вдруг взял и оторвал себе голову. Ластения закричала в истерике, пытаясь вырваться из лап державшего ее маленького чудовища.
– Не бойтесь! Это я! – крикнул монстр голосом Алмона. – Это маска, костюмы! Сюда, давайте сюда скорее!
Ошарашенные, ничего не соображающие друзья пребывали в молчаливом столбняке, тогда полуволк сам принялся заталкивать их в просторные летающие аппараты, парящие над травой – именно они освещали поляну таким ярким светом.
– Быстрее,
Аппараты были довольно большими, в один салон вместе со всеми уместилась еще пара маленьких чудовищ. Они сняли свои маски и оказались обыкновенными человечками с лицами цвета кофе с молоком и черными короткими стрижками. Аппараты взмыли в воздух и, один за другим, развивая превосходную скорость, понеслись над лесом.
– Алмон, что это за маскарад? – обрел наконец дар речи Сократ. – Где ты раздобыл костюмы и массовку?
– Это все Лерус, – полуволк кивнул на человечка, бережно державшего свою маску и маску Алмона. – У них в городке существует нечто вроде этнического музея, там собраны изображения богов и демонов, которым поклоняются многочисленные племена на их планете. Друзья Леруса делают маски, костюмы, чучела, а Лерус там ремонтирует то-то, то сё, поэтому ему и выдали все эти костюмы под честное слово. А массовка – жители городка. Лерус предлагал им вознаграждение, но они решили спасти вас благотворительно.
– Что творится! – нервно рассмеялась Терр-Розе. – Меня доведет это безумное путешествие!
Ластения плакала в объятиях Дэна, а Ют старался незаметно растереть ногой лужицу, которую песик сделал на полу.
– Ют, а ты, кажется, совсем не испугался, да? – Сократ погладил сына по голове чуть дрогнувшей рукой. – А чего пугаться? – хмыкнул малыш. – Я дядю Алмона сразу узнал.
– Каким образом? – улыбнулся полуволк, стараясь расслабить узкий воротник костюма. – Как ты меня узнал?
– По рычанию.
– Не заливай, – Дэн улыбнулся и погладил все еще всхлипывающую Ластению по волосам, – дядю Алмона даже мы не узнали.
– А я узнал! Я узнал! Дядя Алмон так смешно рычал, я сразу догадался – это он!
– Смешно? – озадачился Алмон. – Я смешно рычал?
– Ты молодец, сынок, настоящий джигит, вернемся домой, я тебе куплю все, что ты захочешь.
– Все слышали? – завертел головой малыш. – Все слышали, что он сказал?
– Не волнуйся, я своих слов назад не возьму, так что можешь составлять список.
– Дэн, я что, действительно смешно рычал?
– Не знаю, кому как, но лично мне было вообще не до смеха.
– Алмон, но что случилось? – Терр-Розе все еще немного лихорадило после пережитого. – Я ничего не поняла! Почему они хотели нас убить, ведь они так гостеприимно нас встретили?
– Я все вам объясню, дайте только добраться до места. Честно сказать, я порядком переволновался, думал – не успею. Ют, а почему мое рычание показалось тебе смешным?
Как ни старалась Веста, но заснуть так и не смогла. Девушка поднялась с роскошного ложа, оделась и вышла из покоев. Свет в коридорах был приглушенным, мягким, кое-где горели настенные светильники и факела, отбрасывающие на богато декорированные стены танцующие тени и световые блики. Озираясь по сторонам, Веста направилась прямо по коридору. Она понятия не имела, куда и зачем идет, но нечто вело ее вперед по коридорам и дорогам этого огромного, странного здания. Весте казалось, что она должна непременно отыскать нечто тайное… пугающее и одновременно притягательное. Она дрожала от волнения, словно шла по дремучему лесу, и могла в любой момент встретиться с диким зверем…