Пасынки Асгарда
Шрифт:
–Внимание! –Сказали по корабельной трансляции. –Корабль опускается в атмосферу. Всем готовность! Ожидайте команды на десантирование!
Тянулись минуты, часы. Они уже успели проверить связь между собой, потрепаться, Тажик поделился мечтами о планшете, таком же, как и у Дика, чтобы смотреть фильмы и играть в игры, Алексей спросил, можно ли купить вот такой мопед, как тот, на котором они сидят… Тянулось время, а ничего не происходило.
–Отбой тревоги. –Сказала трансляция внезапно. –Десантной партии разрешено находится в своих отсеках.
–Откупиться решили. –Покачал понимающе
–Значит, боя не будет? –Спросил Тажик.
–А вот это ещё не известно. –Ответил сарж, отстегиваясь и слезая с мопеда. –Может, и не будет, загрузим корабль и улетим. А может и так получится, что местные увидят, какую кучу добра нам отдают, и упрутся рогом, так тоже бывало. Не расслабляйтесь.
Но ничего так и не происходило.
«Неустрашимый» висел в воздухе над столицей Окраинной Республики, в корабельную сеть транслировались картинки города внизу и небес вокруг.
Как удалось понять из перехвата радиосообщений, этот город назывался Сервантес. Походил он на Лондон, наверное, он таким был лет сто назад. Узкие улочки, врывающиеся в просторные площади, посверкивающие отполированным металлом рельсы, по которым катились хлипкие квадратные вагончики городского транспорта, аккуратные уютные домики, теснящиеся друг к другу, длинные серые склады, узкие высокие трубы заводов и пестрое, лоскутное одеяло трущоб на окраинах, зеленые парки в частных владениях. Город делила на две неравные части река, величаво тянувшая свои темные воды мимо домиков, складов и богатых поместий к океану. С высоты было видно, что на много километров от устья вода океана приобретала мутно-коричневый цвет.
–Я не я, если это не зенитные орудия. –Сказал сарж, ткнув в изображение на большом экране. –Башня противовоздушной обороны, предыдущая экспедиция о них упоминала.
Виктор пригляделся.
И между трущобами и уютными домиками то тут, то там торчали в небо круглые башни. Отсюда высоту их оценить не представлялось возможным, метров пятьдесят наверное, но могло и сто оказаться. Верх у каждой башни квадратный, расходящийся в пять площадок. Четыре площадки по углам занимали сферические купола, из которых торчали два спаренных ствола, а по центру, на круглой открытой площадке, разместилось длинноствольное орудие большого калибра.
Все стволы старательно направлены не выше линии горизонта, на площадках ни человечка.
–Сарж, а они до нас достать не могут? –Спросил Тажик.
–Сомневаюсь что-то. –Пожал плечами сарж Дон. –Для химической взрывчатки далеко, а ракет я у них не вижу. Скворечники эти «Неустрашимому» на один залп.
–Внимание! Пилотам катеров и отделениям воздушной кавалерии занять свои машины! Десятиминутная готовность к высадке!
–Что-то завертелось. –Кивнул своим мыслям сарж. –Что встали, пошли обратно.
«Неустрашимый» не опускался вниз, их высадили километрах в пяти над поверхностью, над самой границей стратосферы. Мопеды планировали вниз довольно долго, прежде чем антиграв заработал на полную мощность, сначала замедлив падение, а потом превратив его в управляемый полет.
Пока падали, сарж
–Значит, местные обосрались и просят пощады. Притащили своего президента во дворец, хотят переговоры. Барон Ивенссон и капитан Клепп со старшими братьями сейчас туда как раз и отправились. Сейчас они им объяснят за «переговоры», хах! Наше задание, прикрыть наших братьев, которые сейчас обшарят президентский дворец. И самим тоже по сторонам смотреть. Мало ли что местные могли задумать…
Они разошлись широким фронтом и двинулись над городом, осматриваясь. Мопеды почти цепляли крыши зданий, сканеры искали большие массы металла или скопления людей, что могло бы сказать об спрятавшихся воинских отрядах, но ничего подобного не было. Из боевой техники нашли только пару броневичков на спицованных колесах и с пулеметами поверху. Едва на них наплывала тень мопеда, как броневички, казалось, даже размером меньше становились и торопились откатиться подальше.
Народу на улицах не много, полицейские в синих мундирах и кургузых шапках на каждом перекрестке, и немногочисленные горожане, одетые в серые суконные сюртуки. Немногие задирали головы вверх, провожая мопеды взглядом, но большей части народу все равно было, занимались своими привычными делами, словно и нет там, в небе, ничего особенного.
К дворцу в центре города, прямоугольному зданию с высокой куполообразной крышей, из-за серых облаков спикировали три катера.
–Собираемся ближе. –Приказал сарж Дон.
Катера приземлились прямо на лужайке напротив дворца, в паре метров от делегации местных шишек, разодетых в пышные кружевные рубашки и узкие цветные брюки в полоску.
Распахнулись люки, дружинники, невидимые в своих доспехах, разбежались по идеально подстриженной траве, походя снося идеально подстриженные заборы из кустов. Персонал дворца, слуги в серых ливреях и охранники, удивительно похожие на лондонских бобби, в черных мундирах и в высоких конусообразных шапках, делали вид, что ничего необычного не происходит.
–Так, делаем круг, нашим не мешаем. –Приказал сарж. –Будьте готовы открыть огонь.
Знакомство с Лютцовым и Рудольфом Клепп
На площадку плюхнулся ещё один катер, побольше. Из него вышел барон в сопровождении уже знакомого им бородача и ещё человека, жилистого, сухощавого, по манере двигаться вмиг напомнившего Виктору саржа Дона.
Стайка шишек смешалась, среди них прошло быстрое движение, окончившееся выталкиванием из себя наружу наскоро выбранного представителя. Тот оглянулся беспомощно, но все же сделал шаг навстречу пришельцам, склонился в глубоком поклоне, подметая белоснежными кружевами рубашки лужайку.
–Сарж, а кто из них кэп? –Спросил Тажик.
–Бородатый это Ганс Лютцов! –Сказал сарж Дон. –А второй с ним, лейтенант Рудольф Клепп. Отставить глазеть на старших! Двигаемся, по сторонам смотрим! Если местные что задумали, так сейчас самое время…
Они двинулись по расширяющейся спирали, центром которой был дворец, высматривая, выискивая. Сарж Дон постоянно менял курс, лепестки спирали состояли как бы из ломаных прямых линий, невозможно было понять, где окажется мопед в следующую минуту.