Пассажир
Шрифт:
Выбросив опустевшую бутылку, он налил всем добавки ухи. Отхлебнув новую порцию, мы синхронно поставили чашки на землю, в них была горячая и жирная водка.
– Ничего, к утру выветрится, – уверил
Далее последовала ночь непрерывных возлияний. Наша компания у костра не была постоянной. Периодически кто-то из нас отползал спать, а потом, проснувшись, подходил к костру за новой порцией спиртного, смотрел на алые угли, и снова уползал в темноту. Рассвет застал у костра двоих. Я и Роман, покачиваясь, сидели на земле и смотрели перед собой, туман клочками ваты висел над озером, в палатке храпел Андрюха, а Козел и Пища спали сидя на передних сиденьях «Нивы». В прибрежных камышах несколько раз прокричала птица, и Козел открыл глаза. На стекле перед его лицом сидел комар. Лицо Козла приняло сосредоточенное выражение, он поднял ладонь, секунду помедлил и нанес удар. Ладонь опустилась на стекло в десяти сантиметрах от комара, комар не пошевелился. Козел прицелился и ударил снова, на этот раз удар также пришелся в десяти сантиметрах от цели, но уже с другой стороны. Комар
Прошел еще час, пение птиц, утренний бриз и стрекот нового дня постепенно вернули нас к жизни. Поправившись остатками водки из бутылки у потухшего костра, мы занялись практической деятельностью. Проспавший все Андрюха был послан за дровами, Пища и Рома, взяв спиннинг, поплыли к ближайшим камышам, а я и Леха стали строить коптильню. Чтобы строительство шло как надо, мы захватили водку и хлеб. В итоге, в обрывистом берегу было сооружено нечто из камней и земли, что напоминало длинную трубу с вертикальным отводом в виде буквы «Г». Не доверяя мне главную работу, Леха сам обмазал стены коптильни глиной, а потом принес рыбу. Не переставая пить, мы развели костер в горизонтальной части трубы и забросали его свежими ветками для дыма. В вертикальную часть предполагалось подвесить рыбу. Я прислушался, вдалеке кто-то с остервенением что-то рубил.
Конец ознакомительного фрагмента.