Пассажир «Полярной лилии»
Шрифт:
— Надо предупредить капитана порта…
Мелкая деталь: рыбак стал машинально поворачиваться в сторону дома Жориса, потом пробурчал:
— Правда, что…
И пошел в другом направлении. Шхуну, вероятно, заметили с другого места, должно быть, с церковной паперти, потому что к ним приближался наспех одевшийся Делькур в сопровождении трех человек. Он рассеянно пожал руку Мегрэ, не замечая, что комиссар промок до нитки.
— Я же им говорил!
— Они предупредили, что уходят?
—
Они спустились на песок. Нужно было идти по лужам, в которых оставалось еще сантиметров тридцать воды. Ноги увязали в песке. Шли долго, с трудом.
— Это опасно для них? — спросил Мегрэ.
— Их уже нет на борту! Иначе они подавали бы сигналы тревоги, подняли бы флаг бедствия… И внезапно озабоченным тоном добавил:
— Вот только шлюпки у них не было. Вы помните? Когда пароход привел шлюпку, ее поставили в шлюз…
— Тогда как же?
— Ну, значит, они добрались до берега вплавь… Или пожалуй…
Делькуру было не по себе. Его что-то тревожило.
— Странно, что они не поставили шхуну на упоры с обеих сторон, чтобы она не легла на борт… Если только она сразу не перевернулась… Ну и дела!..
Подошли поближе. «Сен-Мишель» выглядел плачевно. Виднелся киль, окрашенный зеленой краской, ракушки, прилипшие к нему. Моряки уже рассматривали шхуну со всех сторон, искали повреждения, но ничего не находили.
— Просто сели на мель…
— Ничего серьезного?
— Думаю, что с ближайшим приливом буксир сможет стащить его оттуда… Не понимаю только…
— Что вы не понимаете?
— Почему они бросили судно… Ведь они не из робкого десятка и знают, что шхуна крепкая… Вы посмотрите, какая постройка! Эй, Жан-Батист! Сходи-ка за лестницей…
Без лестницы невозможно было забраться на шестиметровый борт накренившейся шхуны.
— Да не стоит!
Со шхуны свешивался порванный вант. Зацепившись за него, Жан-Батист, как обезьяна, вскарабкался по нему, покачался несколько секунд в воздухе и спрыгнул на палубу. Через несколько минут он спустил вниз конец веревочной лестницы.
— На борту никого?
— Никого!
На берегу, на расстоянии нескольких километров, виднелись дома Див, заводские трубы. Дальше можно было различить очертания Кабура, Улгата, скалистый выступ, скрывающий Довиль и Трувиль.
Мегрэ для очистки совести поднялся по лестнице. На наклонной палубе он чувствовал себя очень неуверенно. Ощущение опасности куда большее, чем на маленьком судне во время страшного шторма. В кубрике валялись осколки разбитого стекла, дверцы шкафчиков раскрылись. Между тем начальник порта не знал, что делать. Он не мог распоряжаться шхуной.
— Если шхуну оставить здесь до следующего прилива — ей крышка! — проворчал он.
— Хорошо, попытайтесь сделать все, что в ваших силах… Скажите, что это я распорядился…
Никогда еще до сих пор тревога не была столь гнетущей, столь тяжкой. Люди невольно смотрели в сторону пустынных дюн, как если бы ждали, что оттуда появятся моряки с «Сен-Мишеля». Мужчины, женщины и дети шли из деревни в порт. Возвращаясь в Вистреам, Мегрэ заметил в порту Жюли, которая бежала ему навстречу.
— Это правда?.. Они потерпели крушение?..
— Нет… Сели на мель… Такой здоровяк, как ваш брат, должен был выбраться…
— Где он?
Все это было мрачно, непонятно. Когда Мегрэ подходил к гостинице «Универсаль», хозяин окликнул его.
— Я еще не видел двух ваших друзей. Будить их?
— Не стоит…
Комиссар сам поднялся в комнату Люка, который лежал на кровати, связанный так же крепко, как и Мегрэ, прошлой ночью.
— Сейчас вам все объясню…
— Не нужно!.. Пошли…
— Что нового? Вы совсем промокли… У вас такой измотанный вид…
Мегрэ привел его на почту, которая находилась напротив церкви, в верхней части городка. Люди выходили на улицу. Те, кто мог, побежали на берег.
— Ты что, не смог защититься?
— Он меня скрутил на лестнице… Мы поднимались на второй этаж… Он шел сзади… Потом вдруг схватил меня за ногу, и все произошло так быстро, что я и пальцем не успел пошевелить. Вы же его видели!
Всех поражал вид Мегрэ. Можно было подумать, что он всю ночь просидел по шею в воде. На почте он даже не смог писать — бумага намокала от воды, стекавшей с его одежды.
— Возьми перо… Телеграммы во все мэрии и жандармские отделения области… Див, Кабур, Улгат…
Южные поселки также: Люк-сюр-Мэр, Льон, Кутанс… Проверь по карте… Включая самые мелкие деревушки… Приметы четверых: Большого Луи, потом Мартино, капитана Ланнека и старого матроса, по имени Селестен. Когда отправишь телеграммы, позвони в ближайшие районы, чтобы еще выиграть время…
Он оставил Люка заниматься телеграммами и телефонными переговорами. В бистро напротив почты он залпом выпил стакан горячего грога. Детишки в это время смотрели на него во все глаза, прильнув лицами к стеклам окна.
Вистреам проснулся. Его жители волновались, нервничали, смотрели на море или спускались к берегу. Новости быстро распространялись, обросшие деталями, искаженные.
По дороге Мегрэ встретил старого рыбака, который освободил его на рассвете.
— Ты не рассказывал, что…