Парламент
Шрифт:
Итого в активе значилось 106,5 тысяч долларов. Сумма, надо заметить, немалая. Но Виолетта Павловна невольно позавидовала своей подруге, которая год назад организовала нищенский бизнес и жила припеваючи. Около четырехсот высококвалифицированных попрошаек, которых она призвала под свои знамена и рассадила в самых многолюдных точках города, каждый день стабильно приносили ей по 5-8 тысяч дохода в долларовом эквиваленте. На подачках нищим никто не экономил даже в самые кризисные для русского народа времена.
Виолетта Павловна заставила себя забыть об успехах подруги и сосредоточилась на своих собственных цифрах. Куда же делись заработанные таким
Она подвинула поближе калькулятор и, на несколько секунд задерживая указательный пальчик на каждой строке графы расходов, принялась подсчитывать затраты. В самую значительную сумму, 22 тысячи долларов, обошлись премии врачам, сотрудникам органов правопорядка, санэпидемстанции и пожарной охраны. Последние, видимо смекнув, какой помимо брачной деятельности занимается Центр знакомств, совсем обнаглели. Теперь пожарные инспектора не только увеличили негласный налог за пожарную безопасность, но и стали требовать интимных услуг. Пожарные премии за прошедший месяц вылились в шесть тысяч зеленых.
Виолетта Павловна написала на чистом листке слово «Пожарные», несколько раз его подчеркнула, надеясь в ближайшее время нажаловаться на вымогателей нужным людям и тем самым сократить расход.
Четырнадцать тысяч, а это составляло чуть больше пятьдесяти процентов от принесенного ночными бабочками дохода было им и выплачено. Двенадцать тысяч она перечислила за аренду здания. И это ещё по-божески. За двухэтажный особняк, располагавшийся в центре города, просили в два раза больше. Но, благо, ж этот вопрос помог уладить депутат Пантов.
Шестнадцать тысяч Виолетта Павловна выплатила в качестве зарплаты штатным сотрудникам заведения — сутенерам, водителям, телохранителям. Только Евнуху, самому высокооплачиваемому сотруднику, она каждый месяц выдавала по две тысячи зеленых.
…Пятнадцать процентов со всех доходов заведения Петяева каждый месяц отдавала своему компаньону — Пантову. Это значило, что из суммы прибыли нужно было вычесть ещё пятнадцать тысяч долларов. Как исправный налогоплательщик, одиннадцать тысяч российских рублей, что составляло около семисот долларов, директор Центра знакомств перечислила в городской бюджет.
Еще шесть — поглотила реклама. О регулярном появлении в прессе заметок о деятельности Центра Виолетта Павловна не забывала и никогда не жалела денег на этот вид услуг. Иначе, разве смогла бы обеспечить работой за рубежом столько желающих?
Она с удовольствием вздохнула: за последние месяцы расходы на размещение объявлений значительно сократились, когда эти услуги ей начал оказывать Толик Мокогон — директор одного из крупнейших в области рекламных агентств.
Конечно уменьшение расходов на пропаганду и агитацию полулегальной деятельности Центра оказались прямо пропорциональными количеству личных услуг самой Виолетты Павловны для нового знакомого. Но Петяева не только не жалела, что приходится делить с Мокогоном личную постель, но и помимо материальной имела с этого и моральную выгоду. Совсем неожиданно для неё Толик оказался не только пылким любовником, но и обладателем ценной информации. Ей только оставалось догадываться, откуда он так много знает о жизни и темных делишках сильных мира сего. Мокогон много рассказывал о прошлом банкира Бурмистрова. И по утру, когда проходила ночь любви и откровений, Виолетте Павловне лишь оставалось открыть свой дневничок и, чтобы не запамятовать, записать в него ценные сведения. Например, что банкир — бывший уголовник, сколотивший свое состояние на рэкете. Кое-что
Заложив все расходные цифры в память калькулятора, Виолетта Павловна подвела итог. Затраты вылились в сумму 85700 долларов.
Она тяжело вздохнула, поднялась, направилась к несгораемому шкафу и вытащила из него целлофановый пакет, в котором по старой привычке хранилась выручка. По её подсчетам, должно было оставаться ещё двадцать с небольшим тысяч долларов. Она вынула из пакета валюту и, недосчитав до конца, уже поняла — будет ужасная нехватка. В мешочке хранилось без двухсот долларов ровно одиннадцать тысяч. «Куда же делись ещё ровно десять?» — в недоумении растерялась хозяйка Центра знакомств. Кроме неё не то что в сейф, даже в кабинет никто не мог залезть. Она была уверена в порядочности Евнуха.
Ах, да! У Виолетты Павловны сразу отлегло от сердца. Ровно десять тысяч долларов она выделила Пантову на премию членам депутатской группы, которые обещали свое содействие по решению очень важной для Петяевой проблемы. Народные избранники из предпринимательской фракции обещали подготовить и вынести постановление о «Легализация проституция и открытие интимных домов» на одно из заседаний областной думы.
Конечно, Виолетта Павловна отлично понимала, что с первого наскока узаконить такое постановление в думе не удастся. Не один десяток и даже не два народных избранников ещё придется привлечь на свою сторону, прежде чем добиться нужного результата. Но Виолетта Павловна была человек настырный и ни секунды не сомневалась в том, что такое постановление рано или поздно все равно будет принято. Большинство членов областной думы все равно окажется на её стороне и, в конце концов, закон о «Легализации» будет одобрен. На это ей денег было совсем не жалко.
Она успела бросить обратно в несгораемый шкаф бухгалтерские книги и остатки выручки, как в дверь кто-то робко постучал и на пороге нарисовалась Клякса.
— Входи, входи, любезная, — голосом не предвещающим ничего хорошего, произнесла Петяева. — Рассказывай, как гонялась за двумя зайцами и ни одного не поймала.
— Какими зайцами? — не поняла Светка.
— Не стоит делать хорошую мину при плохой игре, — распаляясь, произнесла Виолетта Павловна и приблизилась к Кляксе.
— Но я, действительно, ничего не понимаю!
Петяева в ту же секунду неожиданно схватила подопечную за волосы и несколько раз дернула голову девушки из стороны в сторону.
— С депутатом, сучка, снова спала?
Светка, наконец, сообразила, каких зайцев имела в виду её хозяйка. И теперь молчала и покорно терпела боль.
— Спала, я тебя спрашиваю? — Петяева с силой оттолкнула от себя Кляксу и, не скрывая гнева, заглянула ей в глаза.
— Спала, — обречено ответила Светка.
— А разве я тебе давала такие указания?
— Нет.
— А кого ты должна окучивать?
— Француза.
— С кем теперь твой француз, знаешь?
— Нет.
— А я знаю. Так вот, пока ты забавляла депутата, француза охмурила и увела у тебя из-под самого носа помощница другого депутата. Могу тебе сказать, сколько мы из-за твоего ротозейства потеряли денег…
— Сколько? — подняла глаза Светка на свою патронессу.
— Приблизительно столько, сколько тебе придется отрабатывать в течение полугода, имея каждый день по десять клиентов.