Паркер

Шейд С. М.

— Давай сходим пообедаем, — предложила я.

— А этот прекрасный представитель человечества пойдет с нами?

— Да, — закатив глаза, ответила я

— Я согласна. – Как по волшебству из ее сумочки возникли щетка и губная помада, и я засмеялась, когда она начала прихорашиваться.

— Я только схожу в туалет, и тогда мы можем идти.

Может я смогу свести их обоих вместе. Правда я не очень хорошо знаю Дженсена, но думаю, что он очень хороший человек, раз защищает жизни других людей.

Все мысли о сводничестве испарились,

как только двери туалета закрылись за мной с тихим свистом. Передо мной стоял Эл с отвратительной довольной улыбкой на лице: – Как раз вовремя, шлюха. Ты же не думала, что сможешь вечно прятаться, правда?

Словно в тумане я заметила, что небольшой шкафчик под раковиной открыт. Эл всегда был гибким, но должно быть он был полон решительности, чтобы засунуть себя в такое маленькое пространство. Как только я набрала воздуха, чтобы закричать, он выбил его из меня ударом своего кулака. Он бил меня снова и снова, по лицу, по животу, пока я не упала на пол.

Я попыталась откатиться, когда его ботинок полетел на меня, но я сделала это недостаточно быстро. Громкий треск эхом разнесся по комнате, когда он пнул меня по ребрам, мне еще никогда не было так больно. Никогда не знала, что существует такая сильная боль. Мое зрение затуманилось, и я надеялась, что потеряю сознание, что угодно, лишь бы прекратить эту пытку.

Но желанное забытье так и не наступило. Я чувствовала каждый пинок по лицу и по телу. Мое бедное лицо должно быть выглядело как гамбургер. Я не могла двигаться, ничего не могла сделать, только лежать там и мириться с этим.

– Тупая, гребаная шлюха! Меня никто не может бросить, пока я не покончу с ними!

Его голос доносился до меня через длинный туннель. Жгучая боль пронзила мою ногу, и я услышала, как треснула еще одна кость. Я изо всех сил постаралась закричать, но только поток крови вырвался из меня, и мне становилось все труднее дышать.

Издалека я услышала крик Дженет, за которым последовал вой сирены пожарного выхода. Я умираю, думала я безучастно, как будто это происходило не со мной. Одна в туалете на полу, холодная плитка под моей щекой, я сдаюсь, чтобы дальше не произошло.

* * * *

Никакого белого света или туннеля для меня, только белые стены и невыносимая боль. Острая нестерпимая боль в боку заставила меня пронзительно вскрикнуть, но я поняла, что снова могу дышать. Передо мной появилось лицо женщины с добрыми глазами:

— Вы можете назвать свое имя?

— Мэйси Таннер, — прохрипела я. – Где он? Он убьет меня. Пожалуйста.

— Вы в больнице. Здесь Вам никто не причинит вреда. – она быстро задала еще несколько вопросов, прежде чем я провалилась в темноту.

Когда я очнулась, первое что увидела это взволнованные бледно-голубые глаза.

– Паркер? – мой голос охрип.

— Эй, Мэйси. – он схватил меня за руку, когда

я потянулась к своему боку. – Не трогай. У тебя плевральная дренажная трубка в груди. Что-нибудь болит?

— Нет. Все онемело.

— Хорошо.

— Эл…Дженсен поймал его?

Лицо Паркера помрачнело.

– Нет, но мы найдем его. Здесь полицейские. Они хотели бы поговорить с тобой, если ты готова к этому.

— Ладно.

Он сжал мою руку: – Я буду прямо за дверью.

Я не могла сдержать слез, катившихся по моему лицу, когда рассказывала офицерам полиции, что произошло.

Когда полицейские ушли, вернулся Паркер вместе с Эверли. Рассказав эту историю еще раз, я устала и боль начала проявляться. Я вспомнила, что медсестра показывала, на кнопку, которую нужно нажать, чтобы получить дозу морфина, и я ударила по ней несколько раз.

Последнее, что я помню, это уверяющий голос Паркера: – Это мой стул, пока тебя не выпишут, дорогая. Я буду рядом, охраняя палату до тех пор, пока ты не вернешься домой. Если мне очень нужно будет выйти, например, в туалет, твоя дверь будет закрыта на замок. Привыкай к этому симпатичному лицу, потому что тебе придется смотреть на него, пока все не закончится.

Паркер верен своему слову. Каждый раз, когда я просыпалась, он был там, либо сидя на стуле около двери, либо растянувшись на раскладушке рядом с моей кроватью. Меня выписали спустя два дня со строгим предписанием оставаться в постели. Паркер подготовил конспиративный дом и настоял, что останется рядом со мной, несмотря на то, что другие охранники будут дежурить. Эла так до сих пор не нашли, и Паркер не хотел рисковать.

Конспиративный дом представлял собой скромного размера ранчо с тремя спальнями в ничем непримечательном районе. Паркер провел меня в дом, держа под руку, как слабую старушку. Достаточно справедливо, потому что такой я себя и чувствовала.

Двуспальная кровать с высоким изголовьем и изножьем стояла в центре хозяйской спальни. Она была застелена чистым постельным бельем и темно красным покрывалом. На ночном столике находились мой ноутбук, телефон и электронная книга, а мой чемодан лежал открытым на комоде.

— Мисс Дэн привезла твои вещи, — сказал он, отодвигая покрывало. – Хочешь переодеться или еще что-нибудь?

Слава Богу, медсестра в больнице помогла мне помыться и надеть чистые пижамные штаны и футболку, перед тем, как я покинула больницу. – Нет, все хорошо.

У меня далеко не все хорошо. Мои ребра ужасно болят, и каждый вдох жесткий и чувствительный. Моя лодыжка пульсирует и чешется под гипсом небесно-голубого цвета. Паркер накрыл меня одеялом до талии и подложил мне под спину две подушки, чтобы я могла облокотиться на изголовье кровати. Я не смогла спрятать улыбку от того, как он сдувал с меня пылинки.

— Что? – спросил он, выгнув бровь.

— Ничего. Спасибо.

— Никакой работы, — предупредил он, нахмурившись, когда я схватила свой ноутбук.