Шрифт:
Глава 1
Кем стали ученики Христа после смерти?
Предполагаю, что Апостолы стали Ангелами…
Огромный алый диск солнца двигался к линии горизонта, очерченной морем. На стыке неба и воды морская гладь окрасилась в пурпурный цвет, полыхающий закатным пламенем. Огненно-красная рябь, переливаясь малиновым, розовым и даже фиолетовым, медленно становилась синей, серой, а затем иссиня-чёрной. В этой пугающей черноте уже нельзя было разглядеть ни песка, ни водорослей, ни весёлых маленьких рыбёшек, шустро плавающих
Где-то там, в морской дали, откуда еле видна полоска берега, на границе заката и ночи, со стороны солнца двигалась тень. Размытое пятно, похожее на сгусток тумана, на фантом. Его движение имело конечную цель – широкую плоскую скалу, торчащую из водной глади посреди бескрайнего моря. В тот миг, когда закатный луч коснулся каменного плато, тень достигла своей цели. Замерев на секунду, она стала сгущаться, приобретая черты человека. Невысокий пожилой дядечка в застиранной рубахе и потёртых брюках возник из сгустка белёсого тумана. Седые волосы обрамляли аккуратную плешь, добрые глаза неопределённого цвета озабоченно взирали на мир. Дядечка был босой, а в руках держал стоптанные ботинки. Кряхтя, он присел на край скалы и устремил взгляд в ту сторону, где было уже темно. Оттуда, со стороны берега, утонувшего во мраке, едва касаясь ступнями поверхности воды, спешил некто ещё. Одетый в какие-то слишком яркие, широкие шорты и майку, бейсболку, повёрнутую козырьком назад, он почему-то был похож на иностранца. Когда алый луч заката разделил плато на вершине скалы ровно пополам, отступая и сдавая позиции надвигающейся ночи, человек, похожий на иностранца, появился на тёмной стороне каменной поверхности. Взглянул на сидящую там фигуру по-жабьи выпуклыми, водянисто-голубыми глазами и произнёс:
– Приветствую тебя, Хранитель Света!
– Приветствую тебя, Хранитель Тьмы, – последовал ответ. – Опять в человеческом облике по волнам шляешься?
– Разве? – удивился вновь прибывший, пытаясь оглядеть себя. – Действительно! Значит, забыл перевоплотиться. Увлёкся, знаешь ли, беседой, с одним молодым человеком. Настолько интересный тип! Давно мне в нашем захолустье таких не попадалось.
– А если бы люди увидели, как ты идёшь по волнам? – с укором спросил Ангел (а это был именно он).
– Ну и увидели бы – подумаешь! Ничего страшного! Людям надо изредка напоминать о нашем существовании. К тому же большинство из них всё равно решило бы, что я – их пьяный бред.
– Да, люди стали много пить, – печально согласился собеседник.
– Они всегда много пили! – скривился Хранитель Тьмы. – Побег от реальности во все времена был объектом вожделения.
– К сожалению, – вздохнул Хранитель Света. – Ты подарил людям алкоголь, и они восприняли твой подарок как благо.
– Ты ставишь мне это в вину? Я показал людям способ расслабления и отдохновения, а ты укоряешь меня?
– Отдохновение должно быть в молитве! В духовном воссоединении с Господом нашим!
– Кстати, распятый еврей тоже пользуется моим изобретением, и весьма успешно, – хмыкнул Хранитель Тьмы. – Спаивает церковных прихожан «кагором», выдавая его за свою собственную кровь.
– Не смей так называть Иисуса! – воскликнул Ангел. – И не путай священный обряд причастия с банальным пьянством!
– Иисуса вашего как хочу, так и буду называть, – изогнул бровь собеседник. –
– Что за чушь ты несёшь?! – вознегодовал Хранитель Света. – Господь никогда не призывал людей разрушать свою плоть алкоголем!
– Не призывал, но и не запрещал. Более того – он даже избрал вино в качестве средства причащения! Я склонен рассматривать подобные действия как скрытую пропаганду алкоголизма! – хитро прищурился Хранитель Тьмы.
– Одна ложка церковного «кагора» не способна сделать человека алкоголиком!
– Где одна ложка – там и две. А где две – там и бутылка. Как ты считаешь: может, Христос имеет дивиденды от мирового производства спирта, а?
– Замолчи! – закричал Ангел. Глаза его метнули молнии. Но Хранитель Тьмы лишь довольно расхохотался в ответ.
– Как быстро ты выходишь из себя, – сказал он. – Тебе бы следовало поберечь свои нервы.
Луч заката сместился по наскальному плато, уступив ещё немного места надвигающейся тьме. Хранитель Света хмуро взглянул на него и произнёс:
– Времени не так много – солнце заходит. Скоро я вынужден буду уйти. Что ты хотел поведать мне, враг мой?
– Я хотел рассказать тебе о молодом человеке, который прибыл к нам из Большого Города, – отсмеявшись, ответил собеседник. – Преинтереснейший тип, знаешь ли!
– Ты говоришь о Мечущемся Страннике? – поднял глаза Ангел.
– Вы знакомы? – удивился Хранитель Тьмы. – Когда это ты успел?
– Вчера, после полудня.
– Надо же! Опередил меня, ишь какой шустрый! – прищурился собеседник. – И что – его впечатлили твои проповеди?
– Нет. Он покинул моё общество в раздражении, – вздохнул Хранитель Света.
– Я так и думал! Ты, как всегда, не смог найти к человеку подход. Взялся поучать?
Ангел промолчал.
– Можешь не отвечать, я и так знаю, – махнул рукой Хранитель Тьмы. – Ваша братия только и делает, что поучает. Надо менять методы, старина! Не читать мораль, не корить, не пугать, не взывать к совести, а делать что-то другое.
– Что – другое? – посмотрел исподлобья Хранитель Света. – Поделись соображениями.
– Так я тебе и сказал! – воскликнул собеседник. – Мои методы – это моё ноу-хау, я предпочитаю их не разглашать.
– Можешь не думать, что ты умнее меня! – тихо произнёс Ангел. – Я знаю все твои методы – они так же стары, как мир. Ты потакаешь людским порокам, давишь на их слабые стороны и уводишь от реальности в мир разрушающих грёз. Ты покупаешь их души за мифы о золоте и увлекаешь их в пропасть Ада. Ты убиваешь ростки совести проповедью эгоизма и наслаждений. Ты окрашиваешь их руки в крови невинных жертв, прикрываясь благими намерениями. Ты – Дьявол!
– Ну да, да! – поморщился Хранитель Тьмы. – Я – Дьявол. Только непонятно – к чему столько пафоса. Я не потакаю людским порокам, а призываю смириться с ними, не давлю на слабые стороны, а даю право на слабость, не увожу от реальности, а дарю отдохновение. И что с того, что я покупаю человеческие души? Ты тоже это делаешь, разве не так? Только я предлагаю взамен души золото, а ты – нечто эфемерное – любовь Господа. А людям не нравится твоя денежная единица – вот и всё. Что поделаешь?
Дьявол картинно пожал плечами и подмигнул Хранителю Света. Тот ещё больше нахмурился.