Параллельные прямые
Шрифт:
— Ген, попроси ее подействовать на даму, которая с охранниками, в ее дворе осталась. Люди воют! Это конечно похвально, что они вместе с этой Людмилой, задержали черного риэлтера, он там деда одинокого почти окучил. Спасли старика — плюс к Карме. Но эта неугомонная дамочка, собирается завтра проводить какой-то курс молодого бойца. Заявила, что у нее свои нормативы, и все должны их сдать. Ген, я серьезно, повлияйте на нее как нибудь.
— Постараюсь, — Гена сбросил вызов, вернулся к окружающим, поинтересовался, кто из них может повлиять на некую Людмилу, засевшую в засаде напротив Машиного подъезда.
Ответом был коллективный
— Человек который может повлиять на Людмилу Коромыслову, еще не родился. Ее любимое выражение: "Есть два мнения, одно мое, второе неправильное"
— Пап! На кого влиять надо? Может у меня получится? Я иногда хорошо влияю, — вмешался в разговор Мишаня, с сожалением заглядывая в пустой стаканчик из-под какао. — Маме тоже нужно купить пончиков и чая. И всем кто с ней ушел, вдруг тоже проголодались? Я могу заплатить. Главное, чтобы Верочке на подарки осталось.
— Найдем на кого повлиять Мишань, и маму накормим, и всех кто с ней в мастерскую пошел, ты еще какао хочешь? А пончик? — Генка забеспокоился, показалось, что ребенок остался голодным.
— Неа, спасибо, мне бы салфеток.
Вытирался салфетками сам, тщательно. От помощи наотрез отказался.
— Мишенька, Верочка твоя подруга? — Соня протиснулась к Мишке, поправляет чуть съехавшую шапочку.
— Нет, не подруга. Я же говорил — сестренка. Вы, что не поверили? Очень хорошая, на меня похожа, один в один, только я беленький, а она темненькая. Я ее никому не отдам. Там, откуда мама ее забрала, Верочку обижали, — Мишаня огляделся по сторонам и перешел на шепот, правда достаточно громкий, — ее обзывали — позором. И в шкаф закрывали, если кто-то пришел. Чтобы позор не видели. Она никакой не позор! Я навсегда ее старший братик. Никому сестренку обижать не дам. И мама не даст, и папа, и бабуля.
Мишаня сжал кулачки и куда-то в пространство пригрозил, сразу двумя.
— Ген?! — Сонька начала наступать на Геннадия, — вы бы так и молчали, если бы Мишенька не сказал? Без меня подарки… Ишь. Какие…. Я между прочим тетя! И тоже в обиду не дам! В шкаф… Маленького ребенка…
— Сонь, успокойся. Малышка только сегодня утром к Маше попала, еще не успели…
— Я без тебя знаю, что вчера был только Мишенька! Это не дает вам права…Я тоже поеду за подарками!
— Единоличница какая, все я, да я. Можно подумать я не поеду. — возмутилась жена Артема Игнатова.
— Вы еще поругайтесь. Ясно же, все поедем. Никто не допустит, чтобы втихаря подарки покупались. Все будет по честному. Я беру на себя игрушки, зимнюю одежду, платья, нижнее бельё, колготочки, кофточки, лошадку — качалку, велосипед, кроватку с балдахином и качели. Остальное можете вы покупать. — В перепалку вмешалась Евдокия Романовская.
— Дунька, ну ты обнаглела. Все себе загребла, а мне что осталось? Книжки и ролики? Деловая, — в девичью кучку втиснулась Даша.
Гена решил смыться от греха подальше, отправился детское автомобильное кресло из Гелендвагена в БМВ переставлять.
Минут через сорок девчонки перестали спорить, видимо пришли к какому-то консенсусу. Геннадий с Мишей еще раз наведались в пончиковую, купили вторую партию пончиков и чая. Не успели дойти до машины, из-за металлических ворот выскочил сильно раздраженный брат близнец Гриши, за ним радостная Мила, Татьяна Игнатова, Настя, и наконец Маша. Уже безо всякого волнения на лице, довольная
— Мама! Мы с папой купили для вас пирожки в сладкой пудре! — Мишка рванул к Маше.
– Вы у меня молодцы! — выкрикнула Маша распахивая руки, чтобы обнять подбежавшего сына. Так и замерла, с распахнутыми для объятия руками. Видимо сама от себя не ожидала таких слов.
19
Вот уж я выдала… "Вы у меня молодцы"… Каким-то Макаром, Генку в мои зачислила. Это потому что, все мыслительные процессы, были заняты свалившейся на меня мастерской. Заявившись сюда с ознакомительной целью, я не совсем отдавала себе отчета о той ответственности, которая теперь легла на мои плечи. Как-то не задумывалась, о том, что здесь люди работают. Штат по меркам серьезных компаний небольшой, двадцать семь человек. Двадцать семь семей, которые каждый месяц ждут зарплату. Им нужно платить за коммуналку, кормить и одевать своих детей. Я не имею права их подвести. Они меня очень тепло встретили, весь коллектив в кабинет администрации забился. Я что-то говорила: о модернизации и Наполеоновских планах на будущее… Повторить не смогу. Важно, люди поняли, закрывать производство я не намеренна, без работы никто не останется.
— Хорошее начало. — обнадежила Татьяна, когда по окончании незапланированного собрания, мы пошли осматривать цеха.
Если конкретнее, пошли мы с Татьяной, Милка куда-то исчезла, Настя с Ванечкой понеслись как оголтелые, на ходу, что-то помечали в планшетах. Ванька молча, а Настя с восклицаниями:
— Чудненько! Неплохо! Перспективно! Дизайнерская с доставкой со склада, для массового потребителя, две торговые площадки… За пару дней рассчитаем.
— Рассчитаем, — Татьяна плечом подтолкнула, — Маш, насчет инвестиций в проект, все остается в силе. Сколько понадобится денег, столько и дам. Не трусь и не комплексуй, что для тебя сейчас это — темный лес. Поверь, пройдет немного времени, будешь как рыба в воде. Главное не сдаваться.
Я втянула носом запах дерева, лака и еще чего-то с новой мебелью связанного. Приятные запахи, мне по вкусу.
— Сдаваться не собираюсь, мне кажется было бы актуально вывести на рынок нечто аналогичное ИКЕА, не в том смысле, что слизать их концепцию, нет, я имею ввиду недорогую, качественную мебель для стандартных квартир, доступную в сборке, и под нее некие необходимые мелочи, тот же текстиль. В этом направлении, мы могли бы с вами посотрудничать. Если конечно интересно. — Все это я на одном дыхании выпалила. Сумбурно наверное, но такая абстрактная картинка в голове зародилась.
К моему удивлению, у Татьяны в глазах, загорелся неподдельный интерес.
— Не ошиблась я в тебе Маша, не ошиблась. Все возможные варианты сотрудничества, обсудим. Запустить линию текстиля для дома…. Заманчиво.
На этом обсуждения закончились, откуда не возьмись, к нам подлетела сильно возбужденная Милка, с разбегу схватила меня за плечи и начала трясти как грушу, при этом завопила, как Иерихонская труба:
— Машка! Я ее нашла! Нашла родимую! Аренда та же, квадратура на двадцать метров больше! Система вентиляции продуманнее! Завтра заеду! Не одна сволочь мою радость не уведет! Лучший ресторан в Москве будет! Не то, что харчевня у некоторых! Которые потом ко мне с поклоном придут, чтобы я их бизнес, вместе с оборудованием купила. Хорошо, идти далеко не надо будет, мое заведение в том же здании, этажом ниже.