Параллель
Шрифт:
– Что? – Рита вгляделась в него, и он понял, что найденное решение уже изменило его лицо, его взгляд, что он снова оказался в удачном ракурсе – озаренный своей спасительной мыслью.
– Выходите за меня замуж, Рита. Чтобы вы про пятнадцать минуть не думали, ничего не скрывали и не торопились покорять новые вершины.
Посетителей в «Марлоне» прибавлялось, у входа в зал началась какая-то суета.
– У меня кольца с собой нет, все не очень торжественно, –
– А вы раньше предложение кому-нибудь делали? – спросила Рита, ничего не ответив.
– Нет.
– Своей прошлой Рите?
– Нет. Никому не делал.
Алексей смотрел на нее, пытаясь угадать ответ – уловить в ее глазах холод, насмешку или радость. Внутри него стал оживать колючий страх – Рита не воспримет его предложение серьезно, ответит шуткой, мобилизовав всю свою иронию. Просто ей нужна минута-другая, чтобы аккумулировать обычную злость.
– Важно не то, что мы знаем о мире, важно то, что мы о нем понимаем. Это цитата, – добавил Алексей спешно, пытаясь заполнить паузу, затянувшуюся до ее ответа.
И вдруг суета, возникшая у входной двери, проникла вглубь зала. За спиной Алексея вскрикнула женщина. Рита отвернулась от него и посмотрела мимо – лицо ее застыло, словно она забыла на нем выражение, припасенное для ответа.
Топот вырвал Алексея из ожидания, и он оглянулся.
За его спиной пошатывался человек с пистолетом в руке. Это на него только что бросился охранник, громко протопав по залу. Но человек, совсем не молодой, к тому же очень пьяный, проявил неожиданную прыть – он вырубил охранника. Алексей не видел самого удара, на его глазах парень уже оседал на пол, корчась у ног бандита.
Бандит! Хулиган! Какая досада! Как все некстати! Официантки бросились прочь из зала – возможно, вызывать милицию, а посетителям предстояла мучительная сцена, и бандит знал об этом.
– Ну, что, суки, поняли, кто тут главный? – спросил он у притихшей публики.
Мысли Алексея вдруг зависли. Он забыл о Рите и все еще думал над тем, как бандит ударил охранника. Скорее всего, в живот, резко, потому что тот не потерял сознания, а просто не находил сил сделать вдох и подняться на ноги. Так и сам Алексей недавно барахтался на асфальте, словно тонул. У парня не было оружия, и он был один. В в «Марлоне» никогда не случалось ничего подобного, тихое место не требовало усиленной охраны.
Бандит же пошатывался только потому, что был сильно пьян, а не потому, что удар затруднил его. Уголовник, – решил про
– Я тут главный, – бандит сам ответил на свой вопрос и вскинул вверх руку с оружием.
После этого раздался выстрел. Выстрелил он просто в потолок, чтобы продемонстрировать, что оружие в рабочем состоянии. Мужчины сидели тихо – больше никто не пытался остановить его.
Да и перед чем было его останавливать? Он ничего не делал, не требовал ни кошельков, ни драгоценностей, ни выручки, просто стоял покачиваясь между столиками и продолжал свой монолог.
– Суки проклятые! Все жрете. Дома, блядь, приготовить не можете. Руки у всех из жопы выросли. Какого хера вы на меня пялитесь? Воняю я вам? Тебе я воняю? – спросил он, видимо у Риты, которая сразу опустила взгляд в тарелку. – А мне, может, из твоей дырки воняет! Думаешь, никто не знает, что у тебя дырка есть?
Алексей мысленно выругался. Аура его сияющих мыслей вмиг померкла. Что теперь делать? Броситься на дурака? Молчать? Прикинуться оглохшим? И то, и другое глупо, пошло, водевильно.
– Что ты пришла сюда, а дырку свою не помыла? – продолжал бандит, добивая Алексея.
Рита еще ниже опустила голову.
– Заткнись! – сказал Алексей насилу.
– Что? Кто тут вякнул? – Бандит подошел ближе. – Какая гнида свой рот раскрыла? А, это ты, однорукий? Что, инвалид, жить надоело?
Он направил на Алексея оружие – точно в лоб. Даже если травматика, – думал Алексей, – с такого расстояния череп прошибет. Блядь! Вот черт дернул в этот «Марлон»! С этими признаниями!
Бросить в него тарелку? Отвлечь? Резко вскочить? Все эти приемы хороши для гангстерских фильмов, а не для заторможенного, неуклюжего вечера в «Марлоне».
Наконец, завыла милицейская сирена.
– Твари, вы ментов вызвали? А я никого не боюсь! – сказал на это бандит. – Думали, я ментов боюсь? Я давно уже никого не боюсь. Это вы всех боитесь. Обосрались тут все. А мне по кайфу! Я вас всех в сраные жопы выебал! Всех!
И Алексей чувствовал именно так – всех и привселюдно. И пока менты валили на пол сопротивляющегося хулигана, Алексей вспомнил, что говорил Рите до этого и как ждал ее ответа. Все это уже утратило актуальность – совершенно стерлось шумным инцидентом. Зачем он ей, если ничем не отличается от напуганных сусликов-клерков, притаившихся за полупустыми тарелками. Если не может защитить ее от враждебного мира? Таким он даже самому себе не нужен.