Парадокс Анны

Марта Джей

— Нет, они — просто модели. По-вашему, что-то вроде роботов или андроидов. Папа наделал много таких, чтобы отгонять лишних любопытных.

— А Белые?

— Мы называем их мутантами. Хотя на самом деле они гораздо больше похожи на древних Мергеллян, чем мы. Как минимум, внешне.

— Я не понимаю только, зачем Леонид привёз нас сюда. Ведь он, похоже, знал, что здесь происходит.

— И что же такое происходит?

— Ну, Город, Рудокоп этот, Булыжечники. Белые люди. Местные-то ведь наверняка знают о вашем существовании?

— Наверняка. Я знаю, они сотрудничают с Белыми.

Что-то связанное с изумрудами.

— Леонид сказал, что ты делаешь изумруды из пойманных Булыжечником людей. И даёшь ему за это выходной.

— Ах, вот он как сказал! Тогда, пожалуй, нет смысла скрывать правду. Кое-кто из местных, и, вероятно, этот твой Леонид сотрудничает с Белыми. Это они превращают людей в изумруды. Не в буквальном смысле, конечно. Это связано с использованием энергии.

Особые поля, производимые человеческим мозгом, необходимы им для правильной реакции по производству камней. Люди остаются нетронутыми. Почти. Теряют лишь небольшой участок мозга, отвечающий за кое-какие способности, которые могли бы развиться, но всё равно никогда не развились бы в вас. Согласись, это гораздо более гуманно, чем-то, что вы делаете с вашими коровами, свиньями и курицами.

Чет помрачнел.

— И для чего же им эти камни? То есть это прямо настоящие изумруды?

— Лучше, чем настоящие. В их кристаллической решётке зашит код, который многократно усиливается, подобно резонатору, самим камнем.

Они используют их для усиления собственных пси-способностей, и управления… Самое простейшее использование — для управления погодой. И многое другое из того, что вы, люди, называете магией.

— То есть, они используют людей для того чтобы заполучить магию? Только не говори, что вам это не нужно. И вы этого не делаете.

— О, разумеется, мы тоже делаем. Я получу твою магию из твоей спермы.

— Что? — Чет поражённо уставился на неё.

Аврора засмеялась:

— Шучу! То, что делают они с помощью своих варварских ритуалов, мы делаем с помощью науки. Нам просто не нужен для этого ваш мозг. Я же говорю, они вырожденцы. Мутанты. Местные сотрудничают с ними ради камней. Белые отдают им те, что попроще, всякую мелочь без пси-энергии, в смысле, без магии или с бракованной магией.

Чет задумался. Говорила Аврора всю правду или не всю, а, похоже, после этого разговора он уже никогда не уйдет отсюда. А впрочем… Да ведь это же прекрасно! И он потянулся к ней… и не смог дотянуться. Все вокруг вдруг осветилось ярчайшей вспышкой. Чет встал. Где Аврора? Где он сам?

Но вокруг была только темнота.

Настя и Дина. Лабиринты Города

Настя и Дина продолжили бродить вдоль границы Города, надеясь найти следы телеги Булыжечника. Ведь все же оставалась надежда, что он увез Чета не в подземный Город?

Между тем, у того самого ближайшего костра опять появились полупрозрачные белые тени. Там опять что-то происходило. Девушки замерли. Ведь если просто стоять в темноте, возможно, их никто не увидит. И тут одна белая тень отошла от костра. Человек стоял и смотрел в их сторону.

— Но ведь это же ничего не значит, — неуверенно шепнула Дина.

Человек незаметно

двинулся и теперь был немного ближе. Рядом с ним появился еще один.

Они приближались медленно, очень медленно. Как если бы они не шли, а семенили малюсенькими ножками. И теперь их было уже трое. И, хоть и с такой скоростью, они все равно становились все ближе и ближе.

— Они не к нам, просто в эту сторону. Надо просто отойти с их дороги, — шепнула Настя.

И они отошли. Но это не помогло. Теперь стало видно, что еще одна небольшая группа Белых людей двигается к ним с другой стороны. Те же, первые, стали еще ближе. Девушки дернулись в противоположном направлении — но и оттуда шли белые. Белые люди приближались к ним. К идущим присоединялись все новые и новые.

Медленно, очень медленно Белые люди становились все ближе.

И вдруг земля под ногами Дины и Насти двинулись. Девушки едва успели отскочить от края открывающегося плато, где они, как выяснилось, стояли.

Плато медленно поворачивалось. Впереди появлялась дорога в лабиринты подземного Города. Сзади приближались Белые люди. В Городе же дружелюбно помигивали зелёные огоньки. Девушки взялись за руки и сделали шаг в сторону дороги.

И тут же Город начал проявляться перед ними, будто волшебные картинки. Ближайшие колонны стали частями зданий, стены которых становились все виднее и четче. Вдали появилось несколько изящных башенок, впрочем, будто недоделанных и висящих в воздухе.

Как если бы кто-то понемногу отрывал кусочки бумаги, закрывающей картину, или ветер срывал со стен тут и там лёгкую пыль невидимости. Они и вправду почувствовали дуновение ветерка.

Белые люди были уже совсем близко.

— Давай, — шепнула Настя

— Нет, давай не туда. Просто в разные стороны.

— Их много, это бесполезно.

— А с чего ты взяла, что они не пойдут за нами ТУДА. И там, между прочим, Рудокоп!

Они сделали ещё один шаг, ещё немного приблизившись к Дороге.

И тут один из Белых сделал рывок в их сторону. Его лицо-маска оказалась прямо перед ними. Все остальное тоже, но именно лица белых почему-то притягивали к себе взгляд.

Дина дёрнулась в сторону.

Настя кинулась вперёд, ступив на мраморную Дорогу.

Их руки разъединились.

Белый человек шагнул вслед за Настей.

Дина, не успев понять ничего, кроме того, что происходит что-то неправильное, бросилась ему наперерез. Она проскользнула у Белого прямо под ногами. Мрамор дороги холодил сквозь обувь. Дина схватила Настю за руку и потащила — прочь из Города, прочь с этого белого мрамора!

Она надеялась, соскочив с дороги, вернуться за края плато. Однако то, что казалось нежно-зелёной травой, на поверку оказалось болотом или озером, в котором росла осока и в котором Дина немедленно оказалась с головой.

Теперь уже Настя, чудом удержавшаяся на дороге, тащила Дину. Настя была ниже и слабее. Дина пыталась ухватиться за край мраморной плиты, но руки почему-то соскальзывали, будто то, в чем она тонула, было не водой, а маслом.

Она барахталась, хваталась за края дороги свободной рукой, помогая Насте себя вытаскивать, но, кажется, трясина засасывала и ее, и подругу.