Парадокс Анны
Шрифт:
Если не задирать голову, то получается, что смотришь ему прямо чуть ниже ремня. И, кстати, большое спасибо, что на нем были хотя бы штаны и огромные рабочие ботинки, скрывающие, то, что сверху, где он не удосужился надеть рубаху, было отлично видно.
Чет, во избежание, положил фляжку на землю и чуть-чуть отошел. Настя и Дина уже давно незаметно перебрались к краю поляны, готовые в любой момент бежать со всех ног.
— Слушайте. Мы не подписывались на это. Посмотреть Забытый Город и все. Все эти штуки совершенно
Рудокоп продолжал стоять. Он не выглядел, как человек, способный понимать слова. Он вообще как человек не выглядел. У Чета в голове застряла мысль — что он сделает с кашей? Сьест? Или запустит в его, Чета, голову? Или съест кашу и запустит миской? Дальше, к более ужасным вариантам, свои мысли Чет изо всех сил старался не пускать.
— Кушайте, — решил помочь принять решение монстру он. — Вкусно.
— А меня зацепило, — сказала подошедшая и с некоторым даже удовольствием глазеющая на торс Рудокопа Дина. — Вы прекрасны! В том смысле, что зрелище отвратительное, но сделано с потрясающим реализмом.
Рудокоп молчал и прижимал к себе миску с кашей.
Настенок тоже молчала, потому что забилась в палатку и делала вид, что ее здесь нет.
Рудокоп схватил колбасу.
— Нет, — глухо еще раз сказал гость. Прижав к себе миску с кашей и вцепившись зубами в колбасу, он схватил еще и получерствый батон хлеба, и поспешно отбежал в сторону. Теперь он смотрел на них из темноты. Чет нащупал в кармане нож. Впрочем, он, конечно, не поможет.
— Спасибо, — сказал, сквозь чавканье, гость из темноты. — Я должен.
И, кажется, исчез. Они еще долго стояли молча, пока не убедились, что они снова одни.
— Леонид ЭТО имел в виду, когда говорил, что Город и горожане вывернуты наизнанку? — дрожащим шепотом повторила мысленный вопрос Чета Дина.
— Только Красный Рудокоп, — ответила выползшая из палатки Настя.
— Мы пойдем в Город независимо от того, сколько ещё силиконовых чудищ сюда явятся, — бодро заявила Дина. — Это и есть Красный рудокоп? Мы подружились с Красным рудокопом? Спасибо колбасе?
— Все не так просто, — сказала Настя. — Завтра он все забудет. Или будет помнить все по-другому. Будет считать, что мы отняли у него колбасу. Или что мы и есть колбаса. Или … я даже не знаю.
— Откуда ты все это знаешь? — подозрительно уставилась на нее Дина.
— Вообще-то, Леня рассказывал всем. Просто я одна, как всегда, слушаю экскурсоводов, — сказала Настя. И так вполне могло быть.
— А то, что он сказал, что «должен»? Это хорошо? — поинтересовался Чет. — Он нам должен?
— Вроде бы да. Но только сегодня. Завтра он забудет, что «должен». И это еще в лучшем случае. В худшем, он может забыть, что именно «должен». Он может подумать, что «должен» убить нас.
— У нас остался еще один батон колбасы, — сказал Чет.
Но смеяться им уже расхотелось. Розыгрыш выглядел слишком уж убедительно. И вовсе не все любят смотреть фильмы ужасов.
— Возьмем колбасу сейчас с собой, — сказала Дина.
— С СОБОЙ? Я не пойду туда, куда ушел… этот. — Настя, из-за пережитого страха, была настроена не менее решительно, чем Дина.
— И что же, по-твоему, помешает ему вернуться СЮДА?
— Он даже скорее вернется сюда, ведь он давно «Не ел еды», — заметил Чет.
— О, черт. Ладно, мы оставим здесь для него еду, а сами уйдем! — предложила Дина.
Настя задумчиво молчала и смотрела в темноту.
— С другой стороны, здесь хотя бы есть выбор — мы и еда. А там будем только мы, — сказал Чет и тут же пожалел об этом. Как будто девушки мало напуганы.
— Я ж говорю, возьми колбасу с собой, — пожала плечами Дина.
Они все же решили идти. Где-то там была мраморная дорога в Город, опасность и костры, зола которых превращается в изумруды. Здесь же была только опасность. В конце концов, ведь ради этих изумрудов они остались здесь еще на одну ночевку. Изумрудов, и ипотеки, и Перу, и… Чет не знал, ради чего осталась Настя.
— Я вижу целых три огня, — сказала она.
Они огляделись и тоже увидели — три, из тех, что близко.
Они взяли с собой мощные фонари, самые необходимые вещи, оставили записку Лене, на случай, если он вдруг вернется, и пошли. Чет прихватил с собой большую часть оставшейся колбасы.
Горный монстр
— Здесь что-то происходит. Что-то очень важное, — Чет шел рядом с Настей. Она пряталась в палатке, когда приходил Рудокоп, а значит, скорее прислушается к голосу разума. — Это не похоже на розыгрыш. Слишком сложно. И откуда в глубинке, в деревне, такой уровень костюмов? Боюсь даже предположить, сколько такой мог бы стоить. И надо же еще где-то взять великана, чтобы его надеть! Имея такого великана и устрашающий костюм не нужен!
— Это кто-то производит тайные био-эксперименты по созданию универсальных Рудокопов и Булыжечников, используя био-материал местных, — съязвила подошедшая Дина.
— Не знаю. Не могу придумать ни одного логичного и нормального объяснения. Этот Булыжечник — я сначала думал, это просто подземные ручьи стучат, — сказал Чет.
— Я тоже, сказала Настя. — А самое интересное, что если мы верим в реальность изумрудов, то придется верить и в реальность Булыжечника и Рудокопа. И всего прочего, что там Леня рассказывал о Городе. А если считаем, что Рудокоп силиконовый, — она посмотрела на Дину, — то надо готовиться найти зеленые пластмасски.
— Даже не знаю, что я предпочла бы, — легкомысленно заметила Дина.