Парадайз.ru
Шрифт:
– Вовсе не обязательно… Видимо, просто его рация ещё пока работает.
– Странно. Тогда почему остальные не работают?
– Трудно сказать. Возможно, что у него в рации самая свежая батарея, которая до сих пор не разрядилась. А у Платона рация наверняка на изотопах.
– А давайте попробуем посмотреть их координаты?
– Давайте. Так, вот «Меню»…
В этот момент телефон зазвонил.
От неожиданности Соловьев выпустил его из рук, и аппарат упал на стол, продолжая звонить. На мигающем дисплее высветилось: «Вознесенский П.Е. Ответить?» –
Соловьев взял трубку, нажал на кнопку ответа и, чуть нагнувшись над столом, негромко произнес:
– Алло. Соловьев. Говорите.
– Илья, ты?!
– Да, это я… Платон, ты где? Что случилось?
– Я внутри башни, на четвертом уровне. Я заблокирован здесь. Что произошло? Почему молчат все рации? Где охрана?
– Платон, на Острове произошла катастрофа. Я не буду сейчас долго рассказывать. Все исчезли.
– Как – исчезли? Какая катастрофа?! Что стряслось, говори толком!
– В общем, похоже, какой-то идиот запустил установку Игнатьева. На большой мощности. В зоне действия оказался весь Остров. Нас тут всего трое, все остальные – непонятно где… в будущем.
– Ты уверен? Что за ахинея… Какого черта отключили всё питание в Нексусе?
– Никто ничего не отключал. Из-за запуска установки произошла авария в энергоблоке, и, видимо, в снабжении Нексуса – тоже. Я еле выбрался.
– Кто ещё с тобой?
– Тут парнишка из «Либертиз» и офицер береговой охраны. Они, собственно, и помогли мне…
– Вы сможете починить подстанцию в башне? Нужно как-то открыть эти чертовы двери.
– У кого ключи от подстанции?
– Я даже не знаю… Вызовите начальника смены… тьфу ты! Попробуйте поискать в охране Резиденции…
– Платон, послушай, тут офицер, его Сергей зовут, он хочет с тобой поговорить…
– Так пусть говорит.
– Платон Евгеньевич, здравствуйте. Моя фамилия Николаев, я из береговой охраны. Как вы себя чувствуете?
– Спасибо, пока ещё чувствую. У тебя какие-то идеи? – голос Вознесенского звучал устало, но в то же время был достаточно волевым.
– Да. Я уже осматривал ту часть башни, которая уходит под землю. Там дверь из керамики и огнеупорные стены. Взрывать – бесполезно. Можно, конечно, попытаться найти ключи от подземных коммуникаций, но неизвестно, сколько времени это займет. Скажите, на крыше Нексуса есть какой-нибудь проход внутрь? Люк или, может, вентиляция?
– Есть аварийный люк. Он открывается ключом, который я должен был вручить Илье…
– Мы нашли его.
– Уже лучше. Но как ты хочешь попасть на крышу? Пожарной лестницы никакой не хватит – имей в виду, а окна в Нексусе – не из стекла, а тоже керамические.
– Я умею водить вертолет…
– Отличная идея, Николаев! Места на крыше хватит на десять вертолетов.
– И где мне вас искать?
– Значит, слушай. В Нексусе всего четырнадцать уровней. Все они – разной высоты. Я нахожусь на четвертом уровне. Авария произошла, когда я поднимался на лифте. Лифт застрял, но мне удалось выбить
Тебе нужно высадиться на крыше, войти в здание и начать спуск по лестнице, пока не дойдешь до пятого этажа. Там просто иди по периметру, выламывай решетки всех люков в полу, и заглядывай в них. В одном из нижних помещений увидишь меня. Понадобится трос или веревка. И немного силы. Всё ясно?
– Как там с освещением?
– Здесь светло.
– Откуда свет?
– Объясню потом. Сейчас не это важно.
– О'кей. Что-нибудь взять с собой?
– В смысле?
– Вы не ели несколько дней…
– Ничего не надо брать! Со мной всё в порядке.
– Тогда я пошел?
– Постой. Сейчас послушай очень внимательно то, что я скажу, и сделай всё так, как я скажу. Это чрезвычайно важно.
– Слушаю вас, Платон Евгеньевич.
– У тебя есть оружие?
– Да, конечно.
– Когда посадишь вертолет, оружие оставь наверху. В башню ничего не бери – тут особая система безопасности, крайне жесткая.
– Понял. Это – всё?
– Нет, не всё, – Вознесенский замолчал, видимо обдумывая слова.
– Значит, запомни. Когда ты войдешь внутрь через вход на крыше, то сразу иди к лестнице и спускайся на пятый уровень. За исключением пятого уровня, не входи ни в одно помещение башни, это крайне опасно.
И ещё. Что бы ты ни увидел, кого бы ты ни увидел, спокойно иди своей дорогой и не вздумай останавливаться. А уж тем более не пытайся что-либо предпринимать. Даже если увидишь самого дьявола.
При любых обстоятельствах ты должен идти вперед и смотреть прямо перед собой. В этом случае тебе абсолютно ничего не угрожает.
– Вы хотите сказать, что в Нексусе ещё кто-то есть, кому нужна помощь?
– Ни в коем случае! Здесь ведутся научные эксперименты мирового значения, и вмешиваться в них – непозволительно даже для меня. Поэтому просто сделай всё так, как я говорю, и не более того, хорошо?
– Конечно. Понял вас, Платон Евгеньевич. Немедленно направляюсь к вам.
– С богом, герой. Не забудь трос и рацию.
– Так точно, не забуду.
Сергей отключил телефон.
– Ну что, кто проводит меня на посадку в вертолет?
Соловьев поднялся из-за стола.
– Вы что же, Сергей, хотите лететь прямо сейчас? В ближайшие минуты совсем стемнеет!
– А вы предлагаете лечь поспать? Судя по голосу, Вознесенский истощен и ему в любой момент может стать плохо. И вообще, неизвестно, как долго мне придется его искать.
– Но ведь сейчас наступит ночь! Как вы полетите в темноте?
– В очках ночного видения. У вертолета имеются фары и прожектор, да и крыша Нексуса неплохо освещена. Кроме того, полет займет от силы минуту. Кстати говоря, я не очень люблю высоту и для меня, возможно, лететь ночью будет как раз не таким нервным делом, как днём.