Пара волка
Шрифт:
— Я не мечтала.
— Ты мечтала и сейчас у тебя есть причина вернуться домой.
— Он умрет? — спрашиваю я.
Она качает головой.
— Никто не знает, милая. Слишком рано, чтобы говорить, но у меня хорошее предчувствие. Кроме того, у него есть незаконченное дело.
— Что за незаконченное дело?
— Ты, дорогая. Ты.
Мой отец был так разочарован, когда я остановилась на входе в церковь. Я остановилась и стояла там, запаниковав, ведь внезапно мир стал таким маленьким. Все сконцентрировалось на мне, и внезапно я почувствовала, что все катится к чертям.
Внезапно,
Все, о чем я могла думать — это о словах Синтии.
Все о чем я могла думать — это про историю, которую она мне рассказала.
Все о чем я могла думать — это о том, что я никогда не была достаточно хороша.
И тогда я побежала.
И бежала, бежала…
Так много раз я пыталась вернуться. Пыталась вернуться и начать все с начала. Пыталась вернуться и извиниться. Пыталась вернуться и поговорить с ним, со всеми. Пыталась, но не смогла и сейчас, наверное, уже поздно.
Сейчас мой отец не поймет, почему я сделала то, что сделала.
— Посмотри на меня, Дана, — голос Ребекки прорвался сквозь мои мысли, и я смотрю на мою соседку по комнате, на мою подругу.
Когда я покинула Вулф Сити, Ребекка была первым человеком, которого я встретила. Она потеряла своего первого мужа несколько лет назад. Выйдя замуж в 18, она стала вдовой в 20. Я не могу понять, как ей удается справляться с болью.
— Не думаю, что смогу это сделать, — говорю я. — Я не такая сильная, как ты. Я не смелая.
— Ерунда. Ты смелая и сильная. Ты смелая. Ты сможешь, милая. Ты сбежала от мужчины, за которого хотела выйти замуж? У тебя была веская причина, и, по моему мнению, ты должна была все рассказать своему отцу давным-давно, но, если он спросит, ты можешь рассказать ему и сейчас. Что-то мне подсказывает, что за это время раны уже затянулись, и все пройдет гладко.
— Мне 25, — говорю я. — Я еще не готова к этому.
— Женщина, вставай, — поцеловав меня в щеку, Ребекка разворачивается к своей комнате. — И иди собирать чемоданы.
Она исчезает, прикрыв за собой дверь, а я кое-как добираюсь до своей комнаты. Сажусь на кровать, в замешательстве и печали. Мой отец болен. Он может умереть. Он слаб. Я возвращаюсь домой, чтобы увидеться с ним, и единственное, о чем я могу думать — это о том, что я увижусь с Тони, а я правда, правда, правда не хочу видеть Тони.
«Может он не увидит меня», — рассуждаю я.
Может я смогу съездить к своему отцу и вернуться домой, не встретив его.
Тогда все будет в порядке, и я смогу дальше избегать проблем.
Глава 2. Тони
— Она не может и дальше избегать проблемы, — говорю я Адаму, пока мою тарелки.
Вечерняя работа в полном разгаре, а двое моих официантов заболели, так что не смотря на тот факт, что он мой менеджер, сегодня он помогает мне.
Адам, который знает о моей истории с Даной, просто пожимает плечами. Он кладет одну тарелку поверх другой и, когда перевертыш уходит, разворачивается ко мне. Конечно, Адам дождется момента, когда мы останется
— Тони, она бросила тебя у алтаря. Это не проблема, которую нужно решить. Она сделала свой выбор. Это было ужасно и дерьмово, и она должна была оставить хотя бы записку, но, честно говоря, ты единственный, кому нужно двигаться дальше.
— Она — моя пара, Адам. Ты-то должен это понимать. Вы с Эми спарились через несколько часов после знакомства. Настолько сильно было притяжение. Так же и у меня с Даной. Так всегда было.
Мы с Даной знали, что должны быть вместе с подросткового возраста. Мы знали, что мы пара. Тот факт, что она бросила меня в день нашей свадьбы, — не имеет значения. Тот факт, что она отказывалась отвечать на мои звонки или сообщения, или, в конце концов, не позволяла мне видеться с ней, — не имеет значения. Это не меняет того факта, что мы пара. Это не меняет того факта, что наши сердца принадлежат друг другу.
— Я думаю, что ты слишком одержим, — говорит Адам, скрестив на груди руки. Я люблю своего лучшего друга, но прямо сейчас, ненавижу его. — Я думаю, что ты позволяешь ей управлять своей жизнью слишком долго. Она может быть твоей парой, но она отказалась от этого, Тони, а ты заслуживаешь быть счастливым. Пора двигаться дальше, мой друг. Может ее приезд в Вулф Сити — именно то, что нужно. Может это то, что тебе нужно, чтобы двигаться вперед. Кроме того, — он берет тарелки, и поворачивается, чтобы уйти в зал. — В ее жизни, вероятно, уже появился кто-то.
Адам уходит, и я остаюсь один на минуту, прежде чем приходит другой официант с кучей заказов. Его слова резкие, но правдивые. У Адама есть одна особенность — это доброе сердце — нежное сердце. Если он говорит мне двигаться дальше, — значит, мне пора прислушаться. Мой лучший друг не посоветует мне плохого.
Я даже не должен был даже знать, что Дана возвращается в город. Не должен. Это не мое дело и, если честно, я не общаюсь с ее семьей. Когда она сбежала, то я почувствовал себя униженным. Я не мог смотреть на них или встречаться с ними, так что предпочел избегать их. Единственная причина, почему я знаю, что ее отец в больнице, потому что пара Адама — Эми работает с сестрой Джаспера — Хизер. Хизер и Джаспер всегда были близки и, когда он понял, что у него сердечный приступ, он позвал Хизер раньше остальных, включая собственную жену.
Черт, я уверен, что Белинда устроила скандал из-за этого.
Через несколько минут возвращается Адам с другим официантом, и я возвращаюсь к мытью посуды и готовке блюд. Также готовлю для Джаспера и Белинды, которые до сих пор в больнице. Отдам еду Адаму, который отнесет ее, когда пойдет домой. Не хочу видеть Джаспера. Вероятно, мне следует это сделать, но я пойду завтра, когда не буду таким уставшим.
Пойду, когда не буду так подавлен мыслями о Дане.
Пойду, когда мое сердце не будет так печально.