Пара варвара
Шрифт:
О, черт. Что убило его? Кто еще здесь есть? Я ломаю голову, пытаясь придумать какие-нибудь виды хищников, достаточно крупных, чтобы съесть одного из высоких, тощих мэтлаксов. Снежные коты свирепы, но ненамного крупнее рысей. Двисти — травоядные, а са-кoхчк? Ну, я не знаю, чем они питаются, но они слишком медлительны, чтобы быть хищниками. Я ломаю голову, пока Хэйден изучает тушу, а затем возвращается ко мне с мрачным выражением на лице.
— Что это? — спрашиваю я, волнуясь. Выражение его лица могло заморозить сосульки. — Что убило его?
— Я
Я с трудом сглатываю.
— Может быть… может быть, выпал снег? — Но я пробыла здесь достаточно долго, чтобы распознать свежую пудру, а снег, по которому мы идем, слегка покрыт коркой. Это означает, что он пролежал на земле достаточно долго, чтобы слегка растаять на солнце, а затем снова покрыться льдом. Более того, погода ясная, с легким ветерком.
Он хмыкает в знак согласия, хотя мы оба знаем, что я ошибаюсь.
— Мы должны быть осторожны. Будь начеку, пока мы идем, и держись в безопасности позади меня. — Он снимает с моих плеч рюкзак и перекидывает его через плечо. — Если ты устанешь, дай мне знать, и я понесу тебя.
— Со мной все будет в порядке. — Если все так плохо, как кажется, я не хочу, чтобы он тяготился моей жалкой человеческой задницей.
Хэйден кивает и снова начинает идти, его шаги большие и широкие.
— Держись поближе.
О, конечно. Крошечная человеческая женщина в снегоступах каким-то образом умудрится «держаться поближе» к семифутовому инопланетянину, который ходит так, словно на дворе весенний день. Конечно. Без проблем. Но я не протестую, потому что ясно, что он хочет убраться из этого района. Что бы ни случилось с этим мэтлаксом, это потрясло его.
Я бросаю на него взгляд, когда мы проходим мимо. Брызги крови повсюду, и этот жмурик… ну, я удивлена, что могу сказать, что это был мэтлакс. Он выглядит так, как будто его разжевали и снова выплюнули.
Я вздрагиваю и ускоряю шаг вслед за Хэйденом.
Мы сохраняем убийственный темп в течение всего дня, и я делаю все возможное, чтобы не отставать. Мне ясно, что вчерашнее легкое, но энергичное путешествие ушло в прошлое, и на его месте мы маршируем с головокружительной скоростью. Это отстой. Еще больше отстойно, что он выбирает извилистую тропу вместо очевидной, держит нас рядом с деревьями или идет в тени скалистого утеса, а не на открытом месте. Это означает, что сугробы выше, ветер холоднее, и все путешествие — это просто полтора часа гонки. Несмотря на то, что это отнимает все, что у меня есть, мне удается не отставать (ну, относительно), и Хэйден не несет меня.
К тому времени, когда две луны оказываются прямо над головой и снег освещается ночью, Хэйден направляет меня к скалистому выступу.
— Пещера охотника там.
Слава Богу. Мои ноги, кажется, готовы отвалиться, а пальцы ног онемели от холода несколько часов назад. Моя вошь слишком устала даже для того, чтобы петь, и все, что у нее получается, — это невнятное мурлыканье, когда Хэйден приближается.
Так что все планы на сегодня откладываются.
В
Когда я просыпаюсь на следующее утро, он прижимает меня к себе, его кхай счастливо мурлычет, а его палец гладит мою щеку. Я зеваю и поднимаю голову, чтобы посмотреть на вход в пещеру. В комнату льется солнечный свет, а это значит, что я проспала довольно долго.
Не похоже на это. Я все еще измотана.
— Прости, — бормочу я ему, а затем снова кладу голову на его теплое плечо. — Думаю, я потеряла сознание.
— Ты устала. — Она легко проводит пальцем по моей челюсти. — Это вполне объяснимо.
Сегодня он кажется более расслабленным, а я слишком устала, чтобы думать о сексе, поэтому я поднимаю тему вчерашней «проблемы».
— Что убило этого мэтлакса?
— Перестань спрашивать, Джо-си.
Я игнорирую его кислый тон. Это уловка, чтобы заставить меня замолчать, и теперь я отношусь к нему мудро. Он становится раздражительным, когда не хочет отвечать.
— Это не «я не знаю». Это как «я знаю, но не хочу тебе говорить».
Он фыркает.
— Но ты же знаешь, не так ли?
Его рука скользит к моей руке, и он проводит щекочущими маленькими кругами по моей обнаженной коже. Я голая. Ой. Как и он. Я не осознавала этого до сих пор, но, как ни странно, это не кажется сексуальным. Я подозреваю, что он просто хочет обнимать меня.
— Есть… истории.
По-моему, это не очень хорошее начало.
— Я слушаю.
— Мой отец часто говорил, что когда становилось слишком холодно, это было плохо. И что тогда появляются небесные когти, что они начинают охотиться на территории ша-кхаи.
— Небесные… когти? Я не слышала об этом. — Слова звучат странно на языке ша-кхаи.
— Есть много причин, по которым ша-кхаи не живут рядом с великими солеными водами. Существа в этих водах очень большие и агрессивные, с множеством клыков.
Кажется, я кое-что слышала об этом. Харлоу поделилась несколькими потрясающими историями о том, что она видела. Это заставляет меня вспомнить все документальные фильмы о динозаврах, которые я смотрела в детстве — здешний океан представляет собой какой-то первобытный суп или что-то в этом роде.
— И существа с небесными когтями живут в воде?
— Нет. Они приходят сверху. Они хватают свою добычу с земли и проглатывают ее целиком. И они достаточно большие, чтобы съесть комплект размером с Фарли.
Я чувствую ужас. Я такого же роста, как Фарли. На самом деле, я почти уверена, что у меня есть одна из ее старых туник, у нас почти один размер.
— Ты не говорил мне об этом.
— Я не знаю наверняка, небесные ли это когти, — говорит он, поглаживая мою руку, как будто пытаясь утешить меня. — Но если это так, нам лучше всего следить за небом.