Папины сыночки

Гейфилд

Маглор, высоко поднимая бровь: – Мышьяком? Я думал, вы его любите.

Амрос: – Как тебе может быть жалко мышьяка для папы?! Это ты его не любишь!

Маглор, пожимая плечами: – Может, вам ещё сушёных пиявок отдать?

Все трое лекарей радостно кивают.

Гостиная. Феанор обеими руками держит перед Мелькором бумажку со словами: «ИДИ УЖЕ ДОМОЙ!» Мелькор пытается за неё заглянуть. Финвэ кладёт руку ему на плечо: – Мелькор, уже поздно. Тебе надо отдохнуть, а о Феаноре я позабочусь.

Мелькор со вздохом встаёт: – Маглор, освободи нас!

Маглор

протирает в круге промежуток, и Мелькор выходит. Маглор провожает его в прихожую и смущённо говорит: – Куруфин собирается папу мышьяком лечить.

Мелькор смотрит на него поражённо.

Маглор, глядя в сторону: – А ты мне ещё мышьяка подаришь? Я его на память о том дне рождения хранил…

Воспоминание Маглора, похожее на съёмку камерой ночного видения.

Ночь, на столике у кровати Маглора горит ночник в виде черепа. Маглор в пижамке с нарисованным скелетом входит в свою комнату, кладёт на стол ворох пакетов и коробочек и начинает рассматривать подаренное. Сбрасывает на пол несколько открыток и каких-то мелочей от младших братьев, ставит на почётное место энциклопедию магических искусств от Финвэ, любовно гладит очаровательного пушистого чёрного котёнка, подаренного Маэдросом, рассматривает новый телефон с голографическим изображением горгульи на мониторе от папы и восторженно прижимает к груди литровую бутыль с изображением черепа и перекрещенных костей и надписью «Мышьяк» – от Мелькора.

Маглор, довольно: – Теперь я настоящий некромант! – Открывает профессиональный перстень отравителя и примеривается отсыпать туда яду из бутыли.

Мелькор, нерешительно: – Знаешь, Маглорчик, это был ненастоящий мышьяк.

Маглор, со вздохом: – Я знаю… но мне всё равно было очень приятно.

Мелькор, удивлённо: – А откуда ты знаешь?

Маглор, печально: – Ну, у того противного мужика в офисе, который обещал папе неприятности, после моего кофе так пена изо рта и не пошла…

Мелькор гладит его по голове: – Я тебе обязательно ещё одну бутылку подарю. И с цианидом, если захочешь.

Маглор радостно кивает: – А ещё ты мне череп обещал!

Мелькор, улыбаясь: – Если найду того мужика, из-за которого твой родитель голос сорвал, будет у тебя настоящий череп.

Маглор снимает с вешалки его пиджак. Мелькор одевается, обнимает Маглора, кричит: «Всем пока!» и уходит. Феанор с дивана машет ему листочком. Финвэ подносит к его губам стакан с молоком и убедительно говорит: – Пей. Иначе я обратно Мелькора позову.

Феанор панически бросает бумагу и хватает стакан.

Воспоминание Мелькора в тёплых золотистых тонах, чуть размытое.

Мелькор в прихожей обувается, медля словно бы в нерешительности, затем выпрямляется и говорит Финвэ: – Может быть, мне остаться?

Финвэ успокаивающе гладит его по плечу: – Я за ним присмотрю, всё будет в порядке.

Мелькор тяжело вздыхает, берёт с вешалки своё пальто, набрасывает на плечи, жмёт Финвэ руку, ещё несколько секунд топчется на пороге и всё-таки

уходит.

На улице начинается метель. Мелькор подходит к своему джипу, прислоняется к дверце и закуривает. Руки у него слегка дрожат. Затягиваясь, он смотрит на освещённое окно гостиной Феанора. Сидящий на подоконнике Амрос машет ему рукой, Мелькор напряжённо улыбается и машет в ответ.

Звонит телефон. Мелькор достаёт его, роняет в снег, ругается, подбирает и нажимает «Приём»: – Да!

Голос Гора: – Ты где ходишь, я тебя второй час жду!

Мелькор, раздражённо: – Я сейчас приеду!

Гор: – Ты и так задержался!

Мелькор, зло: – Я знаю! – Гор бросает трубку. Мелькор, тихо, молчащему телефону: – Теперь я, кажется, понимаю, на что похоже дурное предчувствие…

Воспоминание Феанора в чёрно-белых тонах.

День следующего дня. Гостиная в квартире Феанора. Феанор лежит на диване, у него на животе играют довольные жизнью близнецы. Амрос кашляет. Феанор беспокойно трогает ему лоб. Мимо проходит Нэрданэль.

Нэрданэль, раздражённо: – Всё ещё прикидываешься больным! Собственного ребёнка в больницу не свозишь! А говорил, любишь их! Байки вся твоя любовь, и не вспомнишь потом, что у тебя сын был!

Феанор ссаживает близнецов на диван и уходит собираться. Через несколько минут он возвращается полностью собранный, трогает Амросу лоб, качает головой и начинает его одевать.

Воспоминание Мелькора.

Вечер. Маэдрос берёт трубку домашнего телефона: – Да. Привет, Мел. Нет, его нет дома. – Меняется в лице. – То есть… я не знаю, но она сказала, он днём с Амросом в больницу ушёл. Нет, я сам недавно вернулся. И я волнуюсь. Хорошо, приезжай.

Маэдрос кладёт трубку, садится на диван и берёт на руки Амрода. Амрод серьёзно хмурится.

Маэдрос, приглаживая ему волосы: – Амрод, что ж нам делать-то… где наш папа?

Амрод вздыхает и гладит брата по руке.

Полчаса спустя. В квартиру Феанора заходит бледный Финвэ, за ним вваливается посыпанный снегом Мелькор, на лице которого отражается паника.

Финвэ, твёрдо: – Он скоро придёт, вот увидишь.

Маэдрос с Амродом стоят на пороге гостиной и с надеждой смотрят на них.

Приблизительно час спустя. Слышится возня в замочной скважине. Мелькор и Маэдрос незамедлительно срываются с места, за ними следует Финвэ. Амрод старательно карабкается на спинку дивана, чтобы ему тоже было видно.

Входит Феанор, весь занесённый снегом, швыряет ключи на тумбочку и начинает раздевать Амроса, недовольно косясь на Мелькора: – Привет, папа. Амрос в порядке, не волнуйся, просто небольшая простуда.

Амрос радостно тянется к Мелькору и смеётся, прогулка явно пришлась ему по душе.

Феанор раздевает сына, сбрасывает куртку и идёт в гостиную. Финвэ останавливает его и дотрагивается до лба: – Феанор, у тебя жар.

Мелькор издаёт неясный звук. Финвэ забирает Амроса, вручает Мелькору и ведёт Феанора к дивану. Феанор даже не пытается сопротивляться.