Папина дочка
Шрифт:
Пусть будет оно.
Стягиваю с полки черные чулки. Ну потому что не колготки же под его порнографическим взглядом натягивать? Пусть будет красиво!
Ловлю его поплывший голодный взгляд.
Ставлю ногу на кровать между его разведенными бедрами, натягиваю чулки.
Да-да… я все понимаю… я нарываюсь… Но это так невозможно вкусно! А если уже и доводить мужчину до “износа”, то только его!
Выглядываю за дверь. Маню его пальцем...
– Чч...- прижимаю палец к губам.
Спускаемся
– Лиз?
– окликает меня отец.
Вжав Шмелева ладонью в стену, встаю на входе в гостиную.
– Папочка, я уеду на пару часов.
– Куда?
– оборачивается он, отвлекаясь от телека.
– Ну... Одногруппница, которая уехала, оставила ключи... Ярославне... чтобы та кормила кота. А она не смогла с утра и сейчас не может. У нее что-то там случилось. Вот мне надо заехать за ключом и поехать, покормить его, - привычно сочиняю я.
– А то он голодный уже целые сутки! Бедняга…
“Бедняга” беззвучно смеется у стены, изображая фейс-палм.
– Давай отвезу?
– Ну ты что, пап?! Ты же выпил. Я уже такси вызвала. Подай мне, пожалуйста, телефон, он в кухне.
И пока папа заходит на кухню, я быстренько телепортирую Шмелева с лестницы в коридор и выталкиваю за дверь.
Ну вот...
Хищный заяц эвакуирован. А кто будет эвакуировать меня из его мягких лап?..
Глава 36 - Все врут!
Спаиваю свою сладкую кошку, усадив на горячий капот. Теперь у нас Асти и стаканчики горячего шоколада на закуску.
Сегодня тепло и валит снег. У нее на голове пушистые белые наушники. И она и правда похожа на красивую зайку.
– Ты трусиха!
– облизываю с ее губ шампанское.
– Поехали ко мне, сказал же не трону.
– Нет!
– хихикает она.
– Я тебе не верю! Там диван твой опасный...
Правильно делаешь! Но неправильно, конечно...
– Ну немножечко, потрогаю...
Ныряю губами в расстегнутые полы пальто, кусая грудь.
– Немножечко же можно?
Сделав по глотку шоколада, целуемся, мурлыкая друг другу в губы.
Музыка орет из машины, подкачивая наши эмоции басами.
– А что не так с моим опасным диваном?
– вожу пальцами над резинкой чулок.
Целую глубже. Касаюсь трусиков. Ее коленки тут же пытаются встретиться, блокировав мне доступ. Мычит возмущённо в губы.
– Жадная девочка...
– смеюсь, оттягивая мокренький перешеек трусиков и отпускаю, щёлкая ей по чувствительным местам.
– Ау!..
Затыкаю рот поцелуем, не давая возмущаться.
Как отпустить?!
Наливаю ей ещё Асти в пластиковый бокал.
Она так роскошна в своих чулках, каблуках, черном пальто... И просто
Достаю телефон, делаю несколько шагов назад.
– Попозируй мне, детка!
Каблук упирается в радиатор, нога на ногу, копна волос через плечо, расслабленная ухмылочка и огромные блестящие глаза...
Я делаю серию фоток.
Лиза меняет позу, стекая в чуть более расслабленную и провокационную.
– Вау... Ещё! Иди ко мне!
– обнимаю ее, переключая на селфи.
Мы прижимаемся лицами. Пока камера отщелкивает серию, закрывая глаза, впиваюсь в ее губы.
Кто из нас пьянее? Большой вопрос... Хотя во мне ни капли.
– Не выкладывай только никуда, пожалуйста.
– Не... Это моё!
Заваливаю ее на капот, устраиваясь между бедер. Веду пальцами по рассыпанным волосам.
Ее глаза широко распахиваются.
– Что?..
– У тебя пряжка ледяная...
– пищит она, зажмуриваясь.
– А-а-ай!
– отпускаю.
И опять доливаю шампанского.
– Папе не спались! А то завтра не отпустит, - подмигиваю я.
– Мне, наверное, хватит.
– Допивай и греться пошли, - стряхиваю с нее снег.
Усаживаю ее в теплую машину, снимая с плеч пальто. Встряхиваю, очищая от липкого снега. Иначе все растает и ей будет мокро.
Кидаю на заднее сиденье. И свою куртку - туда же.
– А мы где?
– допивает шоколад Лиза.
Это большой пустырь.
– Здесь стадион будут строить. А пока соревнования про дрифту здесь запиливают. Любишь дрифт?
– Эм...
– Пристёгивайся! И держись...
Разгоняю тачку, дёргаю ручник и под писк Лизы, делаю эффектный разворот на заблокированных колесах.
– Теперь, спиральку...
– опять разгоняюсь я.
– Рома...Рома...Ром!!
И вжжжжж.... Нас вдавливает центробежной силой в сиденья, пока машину несёт по кругу.
– Хватит!!
– истерично смеётся Лиза.
– Я поняла! Стоп!!
Торможу, отодвигаю сиденье назад и, отстегнув ремни, обнимаю за талию, втягиваю ее к себе на колени.
Венка на ее шее бьётся от адреналина, мы улыбаясь, шумно, быстро дышим... Встречаемся губами.
– Лиз... Люблю тебя.
Меня накрывает от сказанных слов. Я закрываю глаза.
Ее губы такие ласковые... Как крылья бабочек на лице.
Мне не надо от нее слов. Мне и свои непросто было сказать. Просто как на духу выпалил!
Мне вот этих "бабочек" нежных за глаза! И колотящегося сердца под моей ладонью.
Мы нежничаем, ласкаясь лицами и слегка играясь губами.
Поцелуи становятся глубже, пульс стучит в ушах. Со стоном впиваюсь в нее, сжимая бедро над резинкой чулок.