Папа для Бусинки
Шрифт:
После, уже когда управились, братья Сандерс отогнали наши со Стасом байки на базу. Кстати, бензовоз оказался пустым, а то даже представить невозможно, что было бы.
– Завтра попрошу, чтобы меня перевели к тебе, в город, – сказал Стас. Хорошо бы!
97.
Прощались еще минут тридцать. Не хотелось расставаться. Увидеть бы сейчас его улыбку, прижаться к нему, полюбоваться на необычные янтарные глаза в обрамлении густых темных ресниц… Решила – вот только выйду отсюда, предложу Филатову жениться на мне… да, точно. Я уже не девочка, а мне хочется еще родить от
Жизнь доказала, что времени может оказаться, слишком мало. Если не захочет жениться, просто рожу ему мальчишку с такими же глазами. Уснула с такими мыслями. Мне приснились дети, уже подросшая София и малыш лет двух, с взглядом Стаса. Они держались за руки, бегали по мелкой воде, собирали ракушки и приносили их мне.
Я сидела на Таманском бревне, рядом, обнимая, сидел любимый. Вдалеке, среди облаков причудился Руслан. Он улыбался, глядя на детей, потом посмотрел на меня, и вдруг подмигнул.
В пятницу меня выписывали. Я сидела на кровати с собранной сумкой, качая ногой от нетерпения, ждала, когда принесут выписку. С минуты на минуту должен появиться Станислав, его так и не перевели ко мне, да и домой не отпускали, он написал расписку и уже едет ко мне. Он потерял много крови, и был еще слаб, я уговаривала его подлечиться, но Стас и слышать не хотел. Сказал, что время, проведенное с любимой, быстрее вылечит. Уж я постараюсь!
Дверь открылась, и в палату вошел Сашка Муравьев, друг нашей семьи, а также женский врач и коллега моей сестры. Он всю неделю приходил ко мне, мы разговаривали о моей жизни.
Его почему-то занимали вопросы об интимной стороне моей жизни, типа – когда у меня случился интим последний раз, есть ли у меня бойфренд, не было ли сбоев в женском здоровье в последнее время. Особенно интересовался, собираюсь ли я еще рожать, на что я со смехом ответила, что собираюсь, и как можно скорее. Зачем ему это надо, он не говорил, только хмурился. Вот и сейчас тоже не весел. Может, устал? Он подал мне листок.
– Вот выписка. А это направление на спец обследование, – он протянул еще один листок.
– Это еще зачем? – я встала, взяла сумку.
– Не было бы счастья, как говориться… Благодаря аварии мы выявили у тебя болезнь, на ранней стадии пока… - при этих словах у меня затряслись ноги, и я рухнула обратно на кровать. – О, нет, нет, не пугайся, это не онкология… Не бойся, для жизни угрозы нет!
– Что за стадия тогда?
– Это эндометриоз, у тебя первая стадия. Мы вовремя узнали. Вылечить вряд ли получится, но в угол мы эту болезнь загоним. С понедельника ляжешь на обследование, потом я назначу лечение. Мы справимся!
Муравей доступно объяснил, чем грозит мне эта напасть. Все мои мечты о златоглазом мальчугане пошли прахом. А вместе с ними и намерение связать свою жизнь со Стасом.
– Почему я заболела? Я не чувствую себя больной! Ты шутишь? Я молодая, тренированная женщина…
– Да молодая, и сильная… но, за последние два года на тебя свалилось слишком много, ты потеряла треть своего веса, вот иммунная система и дала сбой. Тебе срочно надо набрать 12-15 килограмм, а то и больше. Ты
– В смысле? – я не понимала, куда клонит рыжий доктор.
– Примерно через полгода тебе надо будет забеременеть. Тебе менопауза нужна, минимум месяцев шесть, да и прогестерон, который вырабатывается во время беременности, благотворно влияет на лечение…
– Стой! Ты меня совсем запутал! Ты же сказал, что я бесплодна… от этой болезни. Откуда я возьму беременность? – я удивленно смотрела на доктора, пытаясь вникнуть в самую суть.
– Ты чем слушаешь?
– доктор сел на соседнюю кровать и запустил руку в рыжую шевелюру, и без того лохматую.
– Сейчас ты возможно бесплодна, процентов на 30-50, и забеременеть не сможешь… пока. Я назначу лечение, через полгода пропишу другие препараты, они тебе помогут забеременеть, ну и тогда…
– Предлагаешь искусственное оплодотворение?
– Нет, у этого метода есть недостатки и побочные эффекты. Нужно естественным путем. Так что ищи себе…
– Ясно. А как я вес наберу?
– Я пропишу тебе гормональные, наберешь сколько надо, сменим лекарство. И помни – у тебя максимум год, если за это время не встанешь ко мне на учет, возможно никогда уже не станешь матерью.
Скрипнула дверь, показалась голова Стаса, потом букет моих любимых ромашек. У меня защемило сердце. Я теперь не смогу предложить ему то, что задумала, не буду ломать ему жизнь. Вдруг лечение окажется не эффективным, а Стасу наверняка хочется детей, семью, которую я не смогу ему дать.
– Собралась? – Станислав подошел ко мне, обнял и поцеловал в щеку. – Привет Сань! – протянул руку Муравью. Бывая в доме у Тонечки познакомились.
– О, еще один боец! Молодец! Вот, Таисия, кандидат в…
– Замолчи! – зашипела я. – Это только мое дело.
– Ну да, как всегда – сама, сама, везде сама…
– Что случилось? – Стас заглядывал мне в глаза, тревожно хмурясь. – Тебе хуже стало?
- Нет, все нормально! Поехали?
Филатов глянул на Сашку, тот пожал плечами. Потом отдал мне цветы, забрал сумку. Попрощавшись с доктором, вышел в коридор.
– Тась! В понедельник – не забудь!
Я кивнула и вышла следом за любимым. В голове крутились разные мысли. Я не хотела, чтобы Стас знал о моей болезни. Как мне незаметно пройти обследование? Если результаты окажутся обнадеживающие, тогда я все ему расскажу, если нет… придется попрощаться. Я не смогу жить с ним и чувствовать себя виноватой, что не могу подарить ему полноценную семью. Ну почему не может в жизни быть все хорошо? Зачем нам такие испытания?
Мы приехали на базу, я показала Стасу, где храню ключи от дома, на случай, если он раньше меня придет домой. Он был бледен, рука на перевязи, видать беспокоила, Стас держался за нее и морщился.