Папа для Бусинки
Шрифт:
Строки сплетаются
В печальный сюжет…
Сны, сны… К чему они, если не помогают, если угнетают, ужасают. Я устала от таких снов, не хочется глаза закрывать. Ничего не хочется – ни есть, ни спать, никого видеть не хочу, ничего делать не хочу, даже с дочкой погулять…
Впрочем, был один человек, которого я рада была бы увидеть, обнять, прижаться к груди и слушать, слушать стук его живого сердца. Стук, который приносит умиротворение, разгоняет боль и тоску… Стас, мой друг, «Одинокий волк» с теплыми янтарными глазами!
Но даже его нет рядом, отказалась от дружбы, уже три
Но это случалось очень редко, обычно же я просыпалась от кошмара, переживая снова и снова тот вечер и катастрофу, огонь, поглощающий человеческие жизни, и бессилие, неспособность помочь чем-либо. Жутко и страшно, невыносимо…
Проснулась уже давно, вставать не хочется, но есть такое слово – правда. Надо подниматься и идти искать правду. Как я устала, больше трех месяцев ищу эту правду, а ощущение, будто топчусь на месте. Роман подключил двоих знакомых к делу, из другого отделения, но пока… пока, Руслана на всю страну объявили преступником, оклеветали и очернили имя моего ангела.
Сегодня видела его во сне, сказал, что все правильно, скоро конец. Чему конец? Хотелось взять его за руку, но он превратился в туман. Мне порой казалось – а был ли ангел? Но потом смотрю на дочь, на Ромашку и понимаю, что… схожу с ума от неизвестности. Даже слез нет, наверное, потому, что не верю, ни во что уже не верю…
Встала. Хочу съехать отсюда. В смысле от сестры, совсем. Сниму квартиру, заберу дочь. Отдам ее в детский сад. Здесь все напоминает о счастье, которого больше никогда не будет. Из комнаты, где мы с мужем жили, я переехала в первый же день, в гостевую спальню. Сейчас мы ведем неофициальное расследование взрыва, пока результатов мало. Мы – это я, Роман и двое его друзей, которых я не видела.
После рабочего дня мое дело искать улики в интернете, что я и делаю до поздней ночи, а Ромка с теми двумя собирают улики из других источников, опрашивая свидетелей и родственников погибших, и много еще чего. Многое засекречено, не пробиться.
Времени мало, в основном после работы и по выходным. Кроме того, я до сих пор езжу на опознания в морг, когда мне звонят на сотовый, а также в больницы. Только к экстрасенсам и гадалкам не обращались, может, стоит попробовать?
Так все, пора на работу, сегодня среда, а значит, я служу России! Без аппетита выпила кофе и на мотоцикле отправилась в участок. Все, как всегда. Но сегодня кое-что все же было по-другому. Вышла после рабочего дня на парковку, а возле «Джиксера» лежит пес.
Худой, грязный и мокрый, потому что дождь прошел. Странный… лохматый, черно-белой окраски и с ярко голубыми глазами. Бывает, люди берут породистого щенка якутской лайки или хаски, ведь голубые глаза бывают у них, а когда псина вырастает, понимают, что их обманули, что окрас не такой, какой должен быть. Вот и выкидывают на улицу, изверги. Видать та же история.
– Ну что, друг, выгнал тебя хозяин?
– Да он тут давно трется, уже неделю, – на
– Я возьму! – сама не ожидала, что ляпну такое. – Будешь жить со мной?
Я погладила пса между ушами. Он вильнул хвостом, будто понял меня, и посмотрел своими голубыми глазами прямо мне в глаза.
– Давай за мной! – я надела шлем и потихоньку двинулась к выезду. Пес остался сидеть на месте. – Ну же, идем!
Лохмач залился веселым лаем и помчался за мной. Так дома я появилась с Другом! Мы всей семьей отмывали и расчесывали его, и оказалось, что это добрейшей души псинка, да еще и симпатичный. А дальше произошло нечто странное.
Только я села за компьютер, как увидела ответ на сделанный мною запрос, уже месяца два назад. В нем говорилось, что один из коллег Руслана, погибший в тот день, брал разрешение на погрузку в вертолет странного багажа. Большие оцинкованные ящики с якобы научным оборудованием погрузили на борт. Хотя в самой лаборатории, ни о каких ящиках вообще не знали и оборудование не заказывали.
Я срочно разыскала Ромку по телефону, он приехал, показала ему все. И колесо закрутилось! Уже через неделю мы добились признания Руслана невиновным по всем каналам тв и радио, а также в газетах. Что произошло, кто покушался на секретные разработки - уже не наша забота. Главное оправдали моего ангела, вернули его честное имя, хоть этим не вернешь ему жизнь.
Мы с Ромкой забрали домой «Витару» и компьютер. Я долго сидела за рулем машины, она пахла Русланом, пыталась уговорить себя начать жить без него, ради Софии. То, что сейчас происходило, жизнью не назвать, вакуум, пустота…
49.
В жизни появилась стабильность, серая, нудная, но все же лучше, чем метания, порой в неизвестном направлении. Жизнь потихоньку вошла в колею, дом – работа, работа – дом, семья…поиски мужа. Я привыкала без него, за полгода боль притупилась, обида отпустила.
Я так и не сняла квартиру. Тоня устроила целую бурю, когда я сообщила ей о своем желании. Ромка поддержал ее. Мне было с ним спокойнее, он теперь больше напоминал своего брата – такой же серьезный и уравновешенный, совсем не похож на себя прежнего, даже лицо изменилось, пропала его вечная, мальчишеская улыбка. Будто из двух половинок создалось одно целое. Раньше я считала его другом, теперь же он стал братом.
На работу я теперь ездила на машине. Пришлось, потому что собака, которую я подобрала на стоянке, не хотела оставаться дома. Я удирала от пса на мотоцикле, он прибегал за мной в участок, привязывали – выл. Пришлось возить его с собой в машине. Но Друг не мешал мне, даже помогал в службе. Он будто понимал человеческие слова.
Однажды мы с Ромкой были на задании. Поступил сигнал, что в ночном клубе распространяют наркотики, мы приехали на место, собаку оставили в машине, на заднем дворе. Чтобы ему было веселее, приоткрыла окно, пес любил высовывать морду в открытое окно, видать не выносил закрытого пространства.