Паника в ложе "В"
Шрифт:
— Меня гораздо больше арбалетов пугают шпаги и кинжалы, — заметила Джуди.
— Тоже верно. У мужчин нет ни капли здравого смысла.
— Здесь есть один мужчина, у которого хватит здравого смысла на всех остальных, — заявил Джадсон Лафарж, хлопая себя по груди. — Но мне, очевидно, снова нужно заняться представлениями. Мистер Планкетт — миссис Нокс. Бэрри, познакомься с Джуди.
— Эта малютка — миссис Нокс? Рад с вами познакомиться, дорогая. Я как раз напомнил вашему мужу о его «Генрихе Наваррском».
— Который сказал, что Париж стоит мессы? [68] Я слышала, как вы тут декламировали. Фил обожает
— С какой гражданской войной, дорогая? — спросил актер, намеренно усиливая в своей речи дублинский акцент. — Гражданской войной проклятых англичан в 1641–1644 годах [69] или более недавней, американской?
68
Осаждая Париж, находившийся в руках сторонников Католической лиги, Генрих IV в очередной раз сменил веру, превратившись из гугенота в католика и заявив, что «Париж стоит мессы».
69
Гражданская война между английским королем Карлом I Стюартом и мятежным парламентом, завершившаяся казнью короля и временным установлением республики.
— Боюсь, что американской. Он совершенно помешался на Джексоне Каменной Стене.
— Ну, могло быть и хуже. Ваш муж, очевидно, славный парень. Конни нам рассказывала, как они любезничали при луне.
— Не знаю, зачем вам понадобилось об этом вспоминать, — жеманно улыбнулась Конни. — Это было так давно — мы уже все позабыли.
— Держу пари, что мой муж ничего не забыл, — возразила Джуди. — Не позволяйте ему затаскивать вас в темный угол, Конни. Этот человек практически сексуальный маньяк.
Бэрри Планкетт сочувственно посмотрел на Нокса:
— Вам с ней нелегко, старина? Не беспокойтесь — у всех нас неприятности с женщинами. А теперь, с вашего позволения, я попытаюсь перенести беседу на более высокий уровень. Готов поручиться, мистер Нокс, что человек, написавший «Генриха Наваррского», знает кое-что о фехтовании.
— Да, я немного фехтовал, но только современными рапирами. В поединках со шпагой и кинжалом я никогда не мог толком разобраться.
— Да, это будет потруднее.
— Насколько я понимаю, — продолжил Нокс, — в шестнадцатом веке шпагой разрешалось наносить только режущие удары. Это требовало двух движений рукой, — он изобразил их, — и оставляло вас открытым для оружия противника.
— Воистину так, мой ученейший друг!
— Вы могли применять любой предательский удар — примером может служить coup de Jarnac. [70] Но колющий удар можно было наносить только кинжалом — в противном случае зрители бы вмешались и прикончили вас. Теперь представьте, что мы стоим друг против друга со шпагой в правой руке и кинжалом в левой.
70
Удар Жарнака (фр.). В 1547 г. французский дворянин Ги де Шабо, барон де Жарнак (1509–1572), одержал верх в поединке с Франсуа де Вивонном, нанеся ему удар в колено и перерезав сухожилия.
— Уже представил.
— Вы наносите свирепый удар тяжелым обоюдоострым клинком. Я могу парировать его кинжалом — резная гарда защищает мои пальцы и запястья. — Нокс говорил все более увлеченно. — Но разве по-настоящему сильный удар, нанесенный такой рукой, как ваша,
Разговор увлек и Бэрри Планкетта.
— Да, существует! — возбужденно отозвался он. — Это так же верно, как то, что передо мной человек, который мне по душе!
— Ну?
— Ответ содержится в трактате Касла. [71] Его нелегко найти, хотя в библиотеке судьи Каннингема есть экземпляр. Но мы обойдемся без книги — я сам все продемонстрирую. Подождите минуту — я сейчас вернусь.
— Что ты еще затеял, чертов псих? — завопил Джадсон Лафарж.
Планкетт не обратил на него никакого внимания. Подобрав арбалет и стрелу, он направился по проходу к сцене. Все смотрели ему вслед. Свернув налево у оркестровой ямы, актер двинулся к железной двери, ведущей за кулисы. Сцена была скрыта за бордовым занавесом. Когда Планкетт в голубом с серебром костюме оказался у двери, она внезапно открылась ему навстречу.
71
«Школы и мастера фехтования» Эджертона Касла (Лондон. Джордж Бедд и сыновья, 1893 г.). (Примеч. авт.)
Оттуда шагнула миниатюрная молодая женщина в белом, чьи темные волосы прикрывала серебряная сетка. Ее одухотворенное лицо, на котором поблескивал грим, было достойно кисти Берн-Джоунса. [72] Нокс не мог хорошо разглядеть женщину при тусклом освещении, но ему показалось, что он уже видел ее прежде. Каждое слово четко слышалось в почти пустом зале.
— Бэрри!..
— С дороги, крошка! У меня важное дело.
— Бэрри, уже пять минут десятого! Когда же мы начнем?
72
Берн-Джоунс, Эдуард Коули (1833–1898) — английский художник.
Мистер Планкетт, несмотря на спешку, оставался весьма любезным.
— Когда леди Баунтифул [73] вернется из таверны. Это должно быть скоро — не может же она съесть всю пищу в округе Уэстчестер. Так что возвращайся наблюдать за игрой в крап — все под контролем.
— Но я так ужасно нервничаю!
— Было бы плохим признаком, если бы ты не нервничала. Иди назад и не волнуйся.
Схватив девушку за руку, он втащил ее за кулисы и закрыл дверь.
— Полагаю, это была мисс Уинфилд? — спросил Нокс.
73
В пьесе английского драматурга Джорджа Фаркуара (1678–1707) «Стратегия щеголей» богатая и щедрая дама. В переносном смысле — благотворительница.
— Да, это наша Энн, — подтвердила Конни. — Какая она изящная! Но куда ушел Бэрри?
Джуди пожала плечами и отвернулась. Казалось, она решила хранить молчание, что бы ни произошло.
Они недолго пребывали в сомнении. Не прошло и минуты, как железная дверь снова открылась, впустив Бэрри Планкетта, который быстро побежал вдоль оркестровой ямы и по проходу. Помимо болтавшихся у него на поясе шпаги и кинжала в легких шагреневых ножнах, в руках он нес обоюдоострую рапиру без ножен и main-gauche, аналогичный его собственному. Отполированные наждаком клинки поблескивали при тусклом электрическом свете.