Панцирь
Шрифт:
И это хорошо.
— Ты доволен?
Сборщики упаковывали органы и рассовывали их по холодильным сумкам.
— Доволен, — кивнул Йорг.
— Ты рисковал, — сказал ему я.
— Рисковал, но Сар улыбалась, с удовольствием показывая каждый из зубов, — он пожал плечами. — Без тебя бы не потянули.
— Очевидно.
— Но без тебя бы лезть и не стали.
— И это справедливо. Мы возвращаемся?
Йорг покачал головой:
— Это не все, —
— Да ты шутишь.
— Расслабься, её и ребёнок зубочисткой завалить сможет. Тут лёгкое дело.
По дороге к пирамиде я свернул ко входу ближайшей хибары.
— За-ачем? — спросила мне в спину Бо.
— Интересно.
Внутри пусто и просторно.
В углу находилось небольшое ложе из каменных блоков, на которые постелили ткань, мех и ворохи веревок. Гибсы спали и похоже удобство имело для них значение.
Стол — самый обычный, из примитив-металла. На нём мелкие гротескные фигурки, рыжего цвета. В центре находился шар из розовых чешуек, в который воткнули иглоподобный клык. Чуть правее — чаша, вымазанная в синем.
С боку от стола — две бочки. Подошёл, глянул. Одна с водой, вторая с непонятной синей жидкостью.
Интересно, конечно, но понять что-то сходу — это немыслимая по сложности задача.
Я вернулся к остальной группе.
***
В низине, перед лестницей, ведущей на пирамиду — белокаменный памятник. В высоту он достигал два с половиной метра. Внимание привлекало другое — в верхней части торчала высохшая голова. На ее макушке серебристая тех-корона, а вместо глаз — рубины.
— Что это за дерьмо? — спросил Йорг.
Кряж покачал головой:
— Без понятия.
Внизу чаша для подношений: в них серебряные монеты, уже вышедшие из оборота, разные семена, сушенные грибы и закругленный коготь размером с мою кисть — страшно представить, что за зверь его носил.
Карс убрал армейское ружьё за спину, подпрыгнул, вцепился в каменный выступ, подтянулся и схватился за корону.
— Подожди! — крикнул, но опоздал.
Удивительно, но не у кого не появилось опасений по поводу того, что молодой делал. Увы, никто не попытался его остановить.
Корона щелкнула, встав в паз, засияла розовым.
Сухая голова развернулась в сторону Карса.
Памятник пошел трещинами, камень раскрошился и обвалился бесполезной скорлупой, под ним показалось тело тех-голема.
Чудовищная древность, пришедшая в движение.
Только этого не хватало.
Откинув Карса на камни, тех-голем поднялся на четыре дугообразные лапы. Показался торс, обтянутый полосами примитив-металла; местами
На левой руке у него был закреплён барабанный шипомёт, на правой — многоствольный короб Звездострела.
Повезло, что это двурукий тех-голем — технологически-младший вариант.
— Россыпью! — крикнул я, сиганув в сторону.
Перекатился и оказался за насыпью дороги. Люди опомнились и разбежались по укрытиям.
Голем выстрелил из Звездострела. Орудие прочертило золотую линию и один из отряда поддержки за миг обратился в кровавый пар.
— Огонь, отстреливайтесь! — приказал Йорг.
Раздались выстрелы.
Несколько пуль попали в голову, но пустое. Дыры в черепушке не мешали тех-голему функционировать.
Звездострел опять сделал залп.
В этот раз он прицелился в Йорга, который оказался не в лучшей позиции. Кряж закрыл его полупрозрачным щитовым конструктом. Луч срикошетил в дом по соседству — тот разом обрушился. Кряж побледнел, хтоны на панцире все выгорели. Оракул упал, перекатился, уходя за заграждение и там принялся перезаряжать пазы доспеха. Он кашлял кровью.
Тех-голем открыл огонь из шипомёта. Один заряд задел Бо ногу, другой пробил одному из зависимых плечо. Стрельбу не прекращал, боезапаса ему хватит надолго, но все надежно спрятались. Сам тех-голем, без оператора, не обладал достаточной сообразительностью, чтобы просто заштурмовать любое из укреплений, встать на возвышенность и просто перебить нас, как жуков.
Периодически раздавались одиночные выстрелы, попадающие в панцирный короб или ожерелье защиты голема, иногда Кряж кидал конструкт игл, но сам не высовывался — и соответственно попасть куда-то было выше его сил.
На четвереньках я добрался до укрытия оракула:
— Лезвия по шее, Кряж.
— Что?
— Лезвия. На макушке тех-корона, ее нужно убрать.
— Обойди его. Отвлеки.
Кивнул.
Побежал по дуге, голем развернул на меня Звездострел, тогда Кряж швырнул подряд три лезвия в сторону шеи и механизму пришлось защищать голову рукой.
Подбежал, запрыгнул на колено тех-голема, еще прыжок, и схватился за выступы на броне нагрудника, подтянулся и ударил мечом ему по шее.
Не хватило сил.
Гнилой гуль…
Сушенная плоть соединялась внутри с толстыми проводами, половину перерезал, теперь голова болталась, перегнувшись на бок.
Подтянулся выше, мне прилетело мощной рукой по спине — моды с трудом сожрали боль, но ладони разжались, я упал.
Кряж доделал дело. Очередь из семи лезвий прилетели в шею. Большая часть ударила возле меча, как по метке.
Корона слетела, сбитая с проводов. Голем остановился, замер; выпустил из труб на спине пар и черный дым.