Панцерополис
Шрифт:
Он вздохнул и встал на самом, самом краю.
— Ну же, профессор. Такая спешка пойдёт вам только во вред.
— О чём ты говоришь?! Это вражеская атака! Скорее эвакуируемся внутрь!
Вальтер повернулся к отчаявшемуся голосу с небольшой улыбкой.
— Ты прав. Нужно убраться отсюда в безопасное место.
С этим он выпрыгнул в ветреное небо.
Часть 3
В 15:08 мостик Бладликбург Айна находился в полнейшем беспорядке.
—
— Айзен Солдаты Айна №1-4 по вышеуказанной причине не смогут приземлиться. Скажите им вместо этого сесть в Берлинском аэропорту или аэропорту Темпельхоф. Пошлите указания маршрутов, чтобы предотвратить возможное столкновение с пассажирскими самолётами.
— Мы разбрасываем куски брони. Всем истребителям в полёте следует избегать полёта внизу или позади Айна.
— Наш центр тяжести смещается влево! Всем, кто не на постах, перейти к правому борту! К правому борту!
— Закрыть водяные баки с правого борта и обеспечить стабильный ток воды из наружного корпуса. Сосредоточиться на центре тяжести корабля.
Среди деятельного обмена словами и документами Оскар сидел в командирском кресле у окна и чувствовал смертельную усталость от распоряжений другим кораблям.
Неожиданно он выглянул в окно.
Сверху выплеснулось немало воды и масла, залив стекло. Вода заледенела на стекле и кристаллизировалась.
…Как они здесь нас обставили.
С их корабля сыпались обломки внешней обшивки.
Оскар вдруг забеспокоился о Берлине внизу. Даже один винтик превратиться в смертоносное оружие, когда упадет с такой высоты.
Он глянул вниз. Окно мостика продолжалось до пола, поэтому его приподнятое командирское кресло давало отличный вид на площадь внизу.
Он увидел облака, но сквозь просветы в них виднелся Берлин.
…Простите.
После этой мысли солдат снова поднял взгляд.
Сквозь немного запачканное окно он мог рассмотреть голубое небо.
За окном упало что-то ещё более голубое.
— М?
Оскар откуда-то знал его форму и цвет. Оно обладало округлой формой с оттенками плоти.
Это человек.
И судя по цвету одежды…
— Вагнер!
Он непроизвольно встал с кресла.
Как вдруг упало что-то ещё, и на этот раз солдат разглядел его ясно.
Человек в лабораторном халате.
— Вальтер!
Молодой человек упал прямо вниз, и их взгляды чуть ли не со звуком встретились через стекло.
Как раз такие вещи и зовут совпадениями. Ни один из них на такое не рассчитывал, так что этот миг был поистине неожиданным.
Решимость в глазах молодого человека
Солдат вскочил с кресла и сбежал по лестнице к окну. Он даже не слышал переполох вокруг. В его ушах отдавался лишь отдалённый рокот.
И этот звук надвигался сверху.
Он знал, что следовало за упавшими.
— dp-XXX.
Как раз он и опустился перед его глазами.
Тень корабля пронеслась по мостику всего на миг. За окном появилось скопление металлических органов и ринулось вниз.
Его скорость поражала.
За один удар сердца стекло затряслось так сильно, что едва не треснуло. Это ударная волна. Воздух за окном рассекло летящим мимо кораблём и от охлаждения возникли тонкие облака.
Суматоху на мостике заглушил рёв.
Оскар ощутил звук в голове, теле и конечностях, но не отрывал глаз от окна.
Металлический корабль устремился к мглистому Берлину. Он сохранял горизонтальное положение, поэтому его снижение выглядело странным. За ним виднелся лабораторный халат и синяя роба.
Три падающих объекта постепенно уменьшались.
Тем не менее, корабль их нагонял.
— …
Оскар молча за ними наблюдал.
Корабль в форме меча достиг лабораторного халата.
В следующий миг он нагнал и синюю робу.
Затем dp-XXX затрепетал, как лист на ветру. Он прекратил падать и скользнул вверх.
С такого расстояния он выглядел небольшим, но блестел золотом, отражая солнечный свет.
— Значит, им удалось.
Эти слова, которые Оскар и сам не понимал, вернули его в чувство. В его поле зрения снова вошёл переполох вокруг.
Он неожиданно осознал, что до боли сжал оба кулака.
— Битва начинается здесь!
Часть 4
В 15:12 Кайзербург планировал приблизительно в четырёхстах метрах над Берлином.
Дверь кабины была открыта.
— С возвращением, — сказала Эльза, сидящая в кресле пилота.
Обернувшись, она чуть ли не вскрикнула.
Пауль поддерживал Вальтера, который истекал кровью.
— Т-ты в порядке?
Вальтер улыбнулся:
— Можно сказать, я почти в порядке.
Молодой человек говорил шутливым тоном, но не сказал, что всё хорошо. Должно быть, он получил серьёзное ранение.
— Что случилось? Это из-за моей бомбардировки?
— Не волнуйся. Его рана просто открылась от разницы в давлении и напора ветра при падении. Ты тут ни при чём.
— Так или иначе, нам больше ничего не оставалось… Гораздо важнее, Эльза — спасибо.
— Да я ничего такого не сделала… И сейчас не время! Нужно позаботиться о твоей ране!
— Это поле боя, — сказал молодой человек, вытирая брызнувшую кровь со щеки.
Девушка вздохнула, приблизилась к нему и осмотрела его правую руку.