Памятник абсурду
Шрифт:
видно, не дано.
Летом 1978 года я с бабушкой Аней
шёл по улице Чехова (ныне – улица Победы)
в Новой Купавне. Там прямо посереди мостовой
какая-то дородная
от канализационных люков, чтоб потом свезти
в их во вторчермет, продать и наконец-то
опохмелиться. Бабушка Аня строго сказала мне:
"Что ты стоишь? Не видишь, что ли?!
Пойди, помоги!" Я пошёл и поцарапал руки
об край люка. А эта женщина говорит бабушке Ане:
"Что ж такого дармоеда выкормили?" А бабушка Аня
ей вторит: "Вот именно, вот именно! Вон мамон
какой отрастил, а кости – тонкие, пни –
и развалится!" Я тогда не понял, что "пни" –
это про место моего нынешнего обитания.
Летом 1986 года я, мама, Инна, Парисик
и Камынина пришли в гости к Юшиной. Мама говорит:
"Сыночек, иди к нам, почитай стишок про зайца и яйцо!"
Я говорю: "Мам, но ведь я и ХОРОШИЕ стихи знаю,
помнишь, в прошлом году в доме отдыха Жукова Гора
читал, зачем же про зайца и яйцо?" И тут Камынина
говорит: "Фу, блядь! Жирдяй тонкокостный!" А Юшина
говорит: "Фу,
Я заплакал, а мама говорит: "Вот именно, вот именно! Вон мамон
какой отрастил, а кости – тонкие, пни –
и развалится!"
Осенью 1986 года я ехал в автобусе № 603
по Сельскохозяйственной улице. А тогда она пересекалась
с однопутной железной дорогой, где ходила
четырёхвагонная электричка со скоростью сорок км\ч.
Трассу закрывали надолго, образовывалась тогда
ещё не характерная для Москвы пробка. И тут я сдуру
забитым, жалким, униженным, дрожащим голосом пролепетал:
"Может, это электричка?" И тут дородная такая
продавщица (ехавшая в автобусе, потому что её машина сломалась)
как крикнет "Две!" И тут весь битком забитый автобус стал
надо мной смеяться и говорить: "Жирдяй тонкокостный!
Тень отца Гамлета! "Вот именно, вот именно! Вон мамон
какой отрастил, а кости – тонкие, пни –
и развалится!" Я не знал, как мне скрыть слёзы…
В феврале 2023 года ко мне в СДЯ приехал Руслан.
Сидели и курили я, Руслан, Серёжа Виноградов и ведьмачка.
Конец ознакомительного фрагмента.