Паладин II
Шрифт:
Итогом моего сидения в студии стал альбом из пятнадцати песен. За это время я успел достать своих музыкантов и звукорежиссёра, которые не готовы были выдерживать подобный темп, но всё-таки мы справились.
— Охренеть, как круто! — выдал Арсен, закончив прослушивание альбома.
— Спасибо, — я устало кивнул, — выкладывай его. Клипы снимать не буду. Нет ни времени, ни сил. Чувствую, через пару дней у меня начнётся новый этап жизни, и о музыке придётся забыть, как минимум, на полгода.
На следующий день все вещи
Ехать не близко, но лететь на маголёте после последнего неудачно полёта у меня не было никакого желания. Хотя все вокруг уверяли, что полёты абсолютно безопасны, и случившееся прошлый раз не повторится, я всё же не решился. Лучше уж долго, но по земле, чем быстро, но по небу.
Остановились мы в очень дорогой респектабельной гостинице в Нижнем Новгороде. У входа меня встретил слегка нетрезвый Иван Грищенко:
— Добрался наконец! — Он крепко меня обнял.
— Наставник, — выбрался я из его объятий, — что-то вы слишком радушны! Это явно не к добру!
— Я уже сутки торчу в этой дыре. Конечно, я рад, что ты приехал. С утра идем в прорыв, а то я засиделся без дела!
— Ну… это многое объясняет.
— Скучно! — протянул Иван и, развернувшись, нетвёрдой походкой двинулся в ресторан.
После регистрации ребята стали заносить мои вещи в номер, а я отправился ужинать. За столом меня ждал Иван, рядом с ним сидел Тимур, и вид у него был печальный.
— Наконец-то ты приехал, — обрадовался парень, увидев меня, — с Иваном просто невозможно! Он вчера напился и начал буянить. Набил морду тут двоим, они обещали с ним разобраться, — Тимур слегка понизил голос и наклонился ко мне, — вообще, он ведёт себя недостойно! Ушёл вечером в номер с двумя девушками. Они обе моложе его в два раза!
— Ну вот, в сумме как раз мои ровесницы, — рассмеялся довольный Иван и подмигнул мне.
— Ты тоже с нами в прорыв? — Я оглядел Тимура. Он хоть и дворянин, но выглядел, скорее, как домашний мальчик. Да, с ним явно занимались. Фехтование, магия, физические упражнения и всё такое. Но вот лазить по грязи и есть из одного котелка…
— Да, мне надо знать, к чему готовиться. Иван сказал, что я с вами закрою два прорыва, а потом буду ходить с отдельной группой. Всего около двух десятков прорывов планируется закрыть в ближайшие три месяца. Они рядом с крупными городами, и если даже из трёх одновременно повалят твари, Империи придётся очень туго!
В ответ я пожал плечами. Тимур говорит очевидные вещи. Что тут можно ответить?
Когда ужин подходил к концу, объявилась наконец-то Афродита. Она ещё днём приехала, но не спешила спускаться из номера.
— Всем привет! — Девушка впорхнула в ресторан, и головы собравшихся повернулись к
— Ну, как я тебе? — раздался в моей голове её голос.
— Сногсшибательно! — улыбнулся я.
— И… — Афородита посмотрела мне в глаза и медленно провела языком по губам.
— Ты для меня всё равно как младшая сестра. Красивая, но мелкая и родная, — я похлопал её по руке, видя, что девушка возмущённо пытается мне возразить, — остынь, люди смотрят.
— Афродита, — сидевший рядом со мной Тимур сглотнул, явно поражённый её красотой, — вы прекрасны. Как истинная богиня красоты!
— Благодарю, — снисходительно кивнула та.
Вечер прошёл хорошо. Грищенко заказал себе графин водки и начал травить байки, как он ходил по морю. Но его никто особо не слушал. Тимур не мог отвести глаз от Афродиты, я же просто сидел и наслаждался вкусной едой и тем, что меня никто не трогает.
Утром мы на трёх машинах выехали к прорыву. Ехать пришлось всего минут двадцать. Прорыв располагался на окраине города. Точнее, когда-то это был практически центр — здесь находились особняки знатных родов, и почти в каждом из них имелся алтарь. По словам Грищенко, скорее всего, именно эта концентрация энергии алтарей и привела к появлению разрыва. Они были как маяк для тварей, что пытались пробиться в наш мир. При этом существовал запрет размещения алтарей ближе тридцати километров друг к другу, но кого это волнует? Аристократы во многом привыкли плевать на закон. И вот, к чему это привело.
С тех пор прошло восемь десятков лет. Город разросся в другую сторону: всё-таки Нижний Новгород был важным местом, в котором проживало почти полмиллиона человек. Множество производств, широка река, железная дорога. Так что город рос, менялся, оставляя район прорыва в первозданном виде.
Мы подъехали к военному кордону, и нас без задержки пропустили внутрь старого квартала.
Для меня всё здесь было непривычным. Те прорывы, что я до этого посетил, находились в менее обжитой местности. А этот — прямо в городе!
Подъехав к одному из старых домов, мы остановились. Рядом с ним стояло уже пяток машин.
— Это штаб, — коротко произнёс Иван, — нам сначала сюда.
Я уже ощущал давление прорыва. Пока ещё не сильное, но оно уже было. Прислушавшись внимательнее к своим ощущениям, уловил, где находится центр прорыва. Похоже, до него не слишком далеко. Километра три-четыре. Получается, сам прорыв не очень мощный. Может, потому что старый и заброшенный, а может, по каким-то другим причинам.
— Ты идёшь со мной, — Иван кивнул мне, — остальные ждут.