Паладин душ
Шрифт:
– Вашей жене пришло в голову увезти вас прочь и искать для вас спасения за пределами Порифорса. В какой степени на нее повлиял демон, не знаю, но в любом случае он помогал ей в этом. Иллвина принесли в повозку раньше, полагаю, как вашего уполномоченного представителя.
Эрис вздрогнул:
– Оставить пост? Оставить Порифорс? Сейчас?
Каттилара дернулась, услышав в его голосе сталь. Слезы на сей раз не помогли, они оказали лишь смягчающий эффект. Когда он повернулся и посмотрел в лицо
– Каттилара. Подумай. Это бегство предает веру в меня, ломает все данные мною обеты. Провинкару Карибастоса, рейне Исель и рею-консорту Бергону… моим людям. Это невозможно.
– Это не невозможно. Предположим, ты заболел, ох, какой-нибудь другой болезнью. С любым такое может случиться. Ты болен. Теперь твой пост должен занять другой офицер.
– Единственный, кому я могу доверить Порифорс при нынешнем положении вещей, это Иллвин. – Он помолчал. – Был бы Иллвин, – поправился он.
– Нет, нет, нет! – Она откровенно колотила его кулаками в приступе отчаяния и ярости.
Иста изучала пульсирующие нити пламени.
«Могу ли я сделать это?»
Она не была в этом уверена.
«Что ж, я уверена в том, что можно попробовать».
Итак. Она тихо опустила свои настоящие руки из плоти и крови на подол и снова потянулась призрачными руками. Все так же не трогая сети демона, она уплотнила связывающий Иллвина и Эриса луч.
Эрис упал на колени; губы его удивленно раскрылись.
– Если вы хотите, чтобы он ходил и двигался, – обратилась Иста к Каттиларе, – вам следует поддерживать его в таком состоянии самостоятельно. Не надо больше красть.
– Нет! – крикнула Каттилара, когда Эрис, наполовину потеряв сознание, упал на нее. Горам подхватил его, не давая тяжелому телу упасть с повозки. Каттилара в ужасе смотрела на бледное смущенное лицо Эриса, не желая принимать суровую действительность. Пламя ее души поднималось по ее телу и собиралось около сердца.
«Да! – подумала Иста. – Ты сможешь. Давай, девочка!»
Вдруг Каттилара, испустив стон и белую вспышку, потеряла сознание. Из ее сердца вырвался необузданный белый поток, принявшийся беспорядочно метаться в границах заклинания. Иста снова вытянула прозрачную руку. Пламя унялось, успокоилось. Не очень быстро, иначе его запасы иссякнут сразу же, но и не очень медленно, чтобы все же выполнить цель. Вот… так. Ее внутренний взгляд проверил линии. Тоненькая струйка жизни продолжала течь из Иллвина только для того, чтобы поддерживать связь. Иста не осмеливалась касаться искусной сети демона, она вообще не была уверена, что ей удастся порвать ее, даже если она попытается. Эрис моргнул, размял челюсть, нетвердо встал на ноги, одной рукой опираясь на плечо Горама.
– О, благодарю вас, – пробормотал Фойкс в благословенной тишине.
– Иногда, во время первого приступа скорби, я вела себя и не так, – сквозь зубы ответила ему Иста, поежившись от неприятного воспоминания. –
Из повозки донесся хриплый голос:
– Демоны Бастарда, теперь еще что?
Вспышка радости озарила черты Эриса:
– Иллвин! Вылезай наружу!
Шлепанье босых ног; Иллвин, одетый только в льняную рубашку и напоминающий человека, проснувшегося слишком рано после вчерашней попойки, споткнувшись, высунулся из повозки и застыл, моргая от яркого утреннего света, ухватившись за раму, на которую натягивался тент.
Взгляд Иллвина упал на Исту, и его лицо просияло.
– Безмозглый! – восторженно воскликнул он.
Это странное приветствие, как запоздало сообразила Иста, относилось к коню, который принялся прясть ушами, пыхтеть, раздувать ноздри и чуть не – но все же не окончательно – сдвинулся с точки, где наездник приказал ему стоять.
– Рейна, – продолжил Иллвин, склонив перед ней голову. – Надеюсь, Лопух подошел вам? Пятеро богов, почему никому не пришло в голову урезать его рацион?
– Он почти настоящий рыцарь, – заверила его Иста. – На мой взгляд он очень фигурист.
Иллвин посмотрел вниз, на Катти, теперь покоющуюся на трясущемся плече Горама.
– А это что такое? С ней все в порядке?
– Это временно, – пояснила Иста и ему, и Эрису, который смотрел на свою жену все более неуверенно. – Я, э-э… устроила так, что она на некоторое время поменялась с вами местами.
– Не знал, что вы это можете, – осторожно заметил Иллвин.
– Я тоже не знала, до тех пор как секунду назад не попробовала. Заклинание демона продолжает действовать, теперь оно просто… перераспределено.
Эрис, с суровым от печали лицом, все же опустился на колени и взял Каттилару на руки. Иллвин ощупал правое плечо и нахмурился; он нахмурился еще сильнее, когда его взгляд коснулся красного пятна, расползавшегося по плечу Каттилары. Он отступил с дороги, пропуская брата и его ношу внутрь повозки. Иста вручила поводья Лисс и перебралась из седла на сиденье повозки; Иллвин протянул ей руку, помогая перебраться.
– Нам нужно поговорить, – сообщила она ему.
Он кивнул, от души с этим соглашаясь.
– Горам, – добавил он. Грум с явным облегчением посмотрел на хозяина. – Разворачивай повозку и направляйся обратно в Порифорс.
– Да, милорд, – радостно ответил Горам.
Иста нырнула внутрь вслед за Эрисом и Иллвином, а Фойкс принялся отдавать команды своим людям, помогая развернуть упряжку с повозкой обратно. Эрис уложил Каттилару, чья голова безвольно свисала вниз, на тюфяк, который недавно покинул сам. Под полотняным тентом после яркого солнечного света снаружи стоял полумрак и пахло плесенью, но глаза Исты быстро привыкли. Слуга, фрейлина Каттилары и паж испуганно забились в заднюю часть повозки и прятались среди трех или четырех небольших дорожных сундуков. Весьма скромные запасы, но среди багажа, без сомнения, где-то скрывается шкатулка с драгоценностями марчессы.