Палач
Шрифт:
У моих сопровождающих такие пропуски имелись — нагрудные знаки в виде стилизованной арки. Они мягко светились, когда мы приближались к таким проходам, но ни в один из них не зашли. Местонахождение туннелей я тоже запомнила. На всякий случай.
Наконец, мы пришли. Моя охрана выстроилась: один впереди, следом везут мое кресло и двое сзади. Я польщена. Четверо на одну меня, привязанную к креслу. Или это у них так положено. Ведь на допрос среди ночи меня тоже тащили четверо.
Местечко впечатляло. Темное, холодное, сырое и мрачное.
Мне стало понятно, зачем Люциан так тщательно меня укутывал. Сырость тут была страшная. Она мгновенно запустила свои коготки мне за шиворот, и я невольно поежилась, радуясь, что мой плед достаточно теплый и толстый. Но все равно долго я здесь не выдержу.
Я осторожно огляделась. Пыточных приспособлений не видно. Уже хорошая новость. Но покрытые испариной каменные стены и низкая температура воздуха вполне могли их заменить. У левой стены стояло несколько стульев. Напротив нас — неизменный стол с компьютером. Справа две длинные балки, на разных уровнях вкрученные в стену. Чтоб кого-нибудь привязывать, я полагаю.
Правее стола обозначился освещенный дверной проем, и в комнату ввели двоих. Я невольно охнула, узнав пленников. Минни и Селия, жены Джоша и Троя. Вот черт! Значит, их взяли. Джош был мертв, это точно. Но как-то Арка вышла на Троя. Скорей всего через Минни. С Селией мы дружили, и очень было больно видеть ее здесь, избитую — ее лицо было сплошной синяк, — окровавленную, в лохмотьях. Минни выглядела не лучше. К тому же, похоже у нее что-то было с ногой. Она сильно хромала.
Обеих женщин толкнули к балкам и приказали стоять ровно и не двигаться. Селия скользнула по комнате мутным взглядом. Заметила меня. Ее глаза округлились, но она встала у стены, как ей и было сказано.
Из прохода вышел какой-то мужчина в черной форме Арки. В руках он держал толстую папку с бумагами. Он швырнул ее на стол и обернулся ко мне. Знак рукой — и мое кресло вывезли в центр.
— Итак, дамы, — он полуобернулся к Минни и Селии, — как вы заметили, миссис Меллон у нас, и она согласилась сотрудничать.
Девушки подозрительно скосили на меня глаза, обежали взглядами мое кресло, приметили довольно приличный вид — причесанные волосы, никаких видимых повреждений — и, разумеется, от их взоров не укрылось наличие теплого пледа.
Минни презрительно поджала губы. Но Селия вопросительно смотрела на меня. Я едва заметно качнула головой. Ага, она не поверила. Молодец.
Сотрудничать. Ха! Я была мертва уже с неделю, как минимум. И если бы не мое имя, мои останки уже съели черви, или куда там Арка девает тела преступников. Но я промолчала. И дело было не в моем обещании, просто я понятия не имела, что говорить. Пока.
Следователь раскрыл папку, полистал, нашел какой-то документ, вытащил его и поднес к женщинам.
— Вот это, — объяснил он, — признание миссис Джек Меллон. Если вы обе расскажете все, что
Я вздрогнула. А вдруг все именно так и будет? И мне стало страшно. Плед уже не защищал от холода. Меня начало потряхивать.
Следователь вернул бумаги на место и подошел ко мне. Я подняла на него глаза. Он коснулся рукой моей щеки, потрепал, словно щенка. Я отдернула голову и с ненавистью уставилась на него, даже не пытаясь скрыть свои чувства.
— Посмотрите дамы, какое классически-красивое лицо, такое жаль портить. И никаких синяков и ссадин. Никто ее больше не трогает.
Он обошел меня сзади, положил руки мне на плечи. Потом взял в горсть волосы и дернул назад голову. Не больно. Но я мгновенно взбеленилась. Какого черта он меня трогает! Неужели ему дали добро? Или что еще хуже, Люциан приказал ему устроить небольшую демонстрацию для моих подруг, а заодно напомнить мне самой, где я нахожусь. Чтоб не расслаблялась. Если Палачу я могла позволить многое, даже убить меня — смешно — то этому? Да никогда!
Следователь продолжал гладить мое лицо, а я дождалась, пока его рука окажется в пределах досягаемости моих зубов и вцепилась.
Селия звонко расхохоталась.
Следователь отдернул руку. Я увидела его замах и прошипела сквозь зубы:
— Только посмей, ублюдок!
Но это его не остановило. Пощечина обожгла мою щеку. Губу мне разбил, скотина!
Он отошел от меня и направился к Селии. Одним ударом в лицо он сшиб ее на пол. Она сжалась в комок у стены, а негодяй уже стоял перед Минни.
Я смотрела ему в спину. Я его запомнила. Высокий, русоволосый, с хвостиком, льдисто-голубые, слегка раскосые глаза, нос с горбинкой. Интересное, яркое, запоминающееся лицо. А память у меня фотографическая. Ничего, мы еще рассчитаемся.
Минни вся сжалась под взглядом следователя. Тот молчал. Просто смотрел на нее. Вот любят они тут играть в гляделки. И надо сказать, не проигрывают. Взгляды жуткие. Глаза пустые, несущие смерть.
— Что вы хотите? — не выдержала Минни.
— Нам необходимо знать, где ваша организация хранит документы, схемы, планы. Обыск в домах Джека Меллона, Джошуа Росса и Троя О'Нила результата не дали.
— Не повезло, — раздался голосок Селии.
Ох, подруга. Глупо дразнить гусей. Тем более, когда правда на их стороне. Но она-то этого не знает. И это ее беда.
Русоволосый отреагировал мгновенно — ударом окованным носком ботинка ей в живот. Господи! Я все понимаю: следствие, дознание, перекрестные допросы и прочие дела, но зачем избивать? Так жестоко!
— Я не знаю, где хранятся документы, — Минни старалась не смотреть следователю в глаза. — Может, знает Гвин. Наверняка Джек что-то при ней говорил. Честное слово, сэр, я не знаю.