Палач
Шрифт:
– Зачем ты меня в реанимацию упек? – я попыталась отсоединить датчики проборов под одеялом.
– Под наблюдение. Мэйю, успокойся, пожалуйста.
– Где Айени? – я села.
– С ним все в порядке.
– Где Айени? – повторила вопрос более громко.
– В соседней палате.
В помещение вошла Алексис. Она с осуждением покачала головой.
– Тебе нужно
На меня это не действует. Увижу Айени – тогда успокоюсь.
– Рубашку дайте мне или голой пойду, – покачиваясь из стороны в сторону, попросила я.
– Не надо никуда идти, – Айени, босой и укутанный в одеяло, вошел в палату, – тем более голой, – он присел на кровать рядом со мной, протянул руку и обнял.
Я прижалась носом к его плечу. Если честно, я была на грани того, чтобы зареветь.
– Зачем мы их сюда положили, если они все равно делают, что хотят? – возмутилась Алексис.
– Здесь безопаснее, – в палату вошла Кейдж и остановилась напротив нас. – Скажите родственникам Алексис спасибо за то, что отмазали вас от архиереев, – она многозначительно кивнула. – А мне спасибо за то, что Гоаре и родители ждут вестей от вас в холле, а не здесь.
– Спасибо, – вздохнул Айени.
– Твою мать, – Кейдж покачала головой, – ну и напугали же вы нас!
Не ожидала от Кейдж стенаний, если честно. Лучше бы она снова занялась маникюром. Так образ стервы был бы подкреплен доказательствами абсолютного пофигизма.
– А ты! – Кейдж угрожающе указала на меня пальцем, – научись себя контролировать! Едва Айени на тот свет не отправила!
– Ты про Поток? – не поняла я.
– Все, Кейдж, успокойся! – повысил голос Айени. – Все живы. Все хорошо.
Я отлипла от плеча Айени и сгорбилась на кровати. Значит, это я едва его не убила. Оно и не мудрено. Я потратила слишком много сил на прыжки в пространствах и удержание в них. В добавок, неизвестный палач почти раскромсал мою правую половину оболочки. Неужели приобретя новые способности мы с Айени все же остались палачом и хранителем, уязвимыми и зависимыми от того, что дала
– Мы должны найти того, кто на нас напал. Я запомнила его лицо.
– Я уже его опознал, – Айени снова обнял меня. – Дядя Алексей показал мне кое-какие фотографии. Это Фрэнк Гайндер. Брат Нори Гайндер, которая здесь работает и, к слову, на работу не выходит со вчерашнего дня. Приболела.
Алексис закивала:
– Теперь понятно, как семья Гайндер попала в сеть. Они воспитывали низшего палача.
– Надо поговорить с Мэрил Бижуа! – настаивала я. – Она может всех их знать!
– Это все потом! – отрезала Алексис. – Сейчас вы будете отдыхать и восстанавливаться. – Все, пойдем, – она потащила Одьена за руку к выходу.
– Мы рядом, если что, – бросила напоследок Кейдж и обогнала их.
Я легла на кровать и закрыла глаза.
– Спи, – услышала над самым ухом. – Я буду рядом.
– Это не Закари Джонс, – я открыла глаза.
– В смысле?
– Это не Закари Джонс напал на меня в больнице. Любовник Питера Донохью был убит и закопан на песчаных карьерах. Питер его искал и сам попал в переделку.
Я снова села в кровати.
– Что, если основная цель – не я?
– В смысле? – как заведенный, повторял Айени.
– «Твоя клятва Возмездия, сука». Что, если это не месть мне? Клятвой Возмездия я была связана с Ригардами. Что, если это был вызов? Я не побежала просить защиты у твоей семьи и не вернулась в Р. Вернуться в Р. меня заставила гибель Поука, – я внимательно посмотрела на Айени.
– Мы подозревали, что Поука убила сеть. Но, на самом деле, его убил тот, кто убивает и их людей тоже. Тогда, какой мотив у этого убийцы?
– Развязать войну кланов? – предположила я. – Ригарды против сети черной Жатвы?
– Зачем ему сталкивать нас лбами? – Айени поморщился.
– Чтобы убить всех, – ответила я. – И нас, и их.
Конец II части «Палач».