Палач ведьм
Шрифт:
Оксана тяжело вздохнула и повернулась на другой бок. Это глупо. Просто сообщение о смерти приятеля сработало, как катализатор. Плюс плохой сон. Это частая реакция. Узнав об уходе из жизни кого-то из знакомых, просто испытываешь необходимость в близости, в поддержке друзей. Как в детской игре, когда кто-то выбывает из круга, остальные крепче держатся за руки… Так говорит психология. Так считает разум. Вот только почему-то чувство тревоги не проходит. Ладно… Девушка пообещала себе все-таки в ближайшие дни проверить, как дела у всех приятелей и друзей. Для собственного
4
Марк любил свой рабочий кабинет. Здесь было, наверное, даже уютно. Насколько такое вообще возможно для кабинетов сотрудников уголовного розыска. Небольшая, но светлая квадратная комната. Два рабочих стола у окна. И всего один стеллаж для папок с делами. Марк и его закадычный друг и напарник Костик втиснули этот самый стеллаж в угол так, чтобы он был не виден за открывающейся дверью. Так у них осталось довольно много «жилого» пространства. Друзья раздобыли небольшую тумбу под кофеварку и пару лишних стульев. С запахом кофе кабинет становился еще уютнее.
Оба полицейских гордились своей рабочей зоной. К счастью, они были аккуратистами. А потому кабинет всегда был чист и избавлен от мусора и кучи бумаг, а заодно и от грязной посуды.
Марк просматривал материалы дела, когда Костик вернулся.
– А ты неплохо выглядишь после полутора суток дежурства, – посмотрев на напарника, как-то по-детски обиженно заметил Костик.
– А вот ты что-то не в форме, – Марк задумчиво оглядел друга.
Вообще Костика считали красавчиком. Высокий, стройный, с фактурными бицепсами, которые друг Марка любил демонстрировать с этакой хорошо отработанной ненавязчивостью. Золотистые волосы, густые, отрощенные ниже лопаток, Костик забирал в строгий хвост на затылке. В сочетании с черными джинсами и вечной косухой этот неформальный образ неизменно привлекал внимание девушек. Как и отрепетированная чуть ленивая ироничная полуулыбка и оценивающий прищур ярко-серых глаз. Сестра Марка Лиля как-то сказала, что Костик до комичного четко воспроизводит образ плохого парня лихих девяностых.
Вот только сегодня этот образ как-то померк.
– Нет, – чуть подумав, выдал Марк. – Ты не просто не в форме. Ты ужасно выглядишь. Просто свежеподнятый зомби.
– Это была тяжелая ночь, – Костик поморщился так, будто жевал лимон. – Я расстался с девушкой.
Марк рассматривал друга с почти медицинским интересом. Костик часто расставался с девушками. В среднем – раз в неделю.
– Обычно ты это делаешь как-то менее болезненно, – заметил Марк. – И тебе для расставания, даже самого романтического, обычно хватает вечера.
– С этой… – по лицу Костика было понятно, как сильно он старается удержаться в рамках нормативной лексики, – я тоже начал вечером прощаться. Ресторан, цветы, рассказ об ужасах нашей работы… Сначала все шло как по маслу. Потом поехали ко мне… На прощальный раз. А после… Где-то разговор с прости-прощай начал съезжать на «зачем отказываться от всего хорошего» и все ближе к теме «как много я в ее лице теряю»…
– И до зарплаты есть из одноразовой посуды, – подсказал Марк. – Не повезло тебе. Ну… А что по делу?
– А по делу я почти волшебник! – Костик пересек их небольшой кабинет и уселся в любимое рабочее кресло. – И заслужил кофе!
Марк обреченно отправился к кофеварке. Иначе из этого клоуна все равно ничего не вытащить.
– Вот! – в надежде получить желанный напиток Костик повеселел и ускорился. – Я умудрился полностью восстановить маршрут нашей жертвы.
Марк уважительно кивнул другу и поставил перед ним кружку с кофе.
– Молодец, – похвалил он Костика. – Заслужил свой допинг.
– А ты не будешь? – изумился его напарник. – Ты тут дрых, что ли? Пока я по городу мотался?
– Нет, – Марк неожиданно смутился. – Я проверял показания свидетеля и еще кое-что. Ты давай, рассказывай.
Полицейский на самом деле проверил алиби Оксаны. А еще посмотрел ее страницу в соцсети и даже прослушал кусочек ее лекции с сайта центра духовного развития. Его смущало то, что все это время он думал об этой женщине. Да, все его действия связаны со следствием, но… Оксаны за эти три часа было больше нужного.
– Так вот, – между тем начал рассказывать Костик, метнув на друга немного подозрительный взгляд. – Смысла в его маршруте ноль. Похоже, он просто зачем-то бегал по городу. При этом ни с кем не общался, никаких встреч, никаких звонков. Только в паре баров заказывал кофе или чай. А еще… Помнишь, у трупа был мел в кармане? – Полицейский дождался кивка напарника. – Я еще заметил на этом куске мела краску какую-то. Такую… Странную. Синюю. Вот! Наш покойник этим мелом изредка что-то малевал на стенах. У одного бара как раз стену в такой ярко-синий цвет покрасили. Он и там закорючки какие-то оставил.
– Что за граффити? – заинтересовался Марк. – Ты их записал? Закорючки эти?
– Знаешь ли! – возмутился Костик. – Это не так просто. Я даже не понимаю, что это. Но я сфотографировал. Почти везде этот непонятный орнамент.
Друг показал фото на своем смартфоне.
– Руны, – определил Марк, хотя и не слишком уверенно. – Скандинавские. Только… Они почему-то как-то странно написаны. Будто в кучу собраны…
– Лично мне кажется странным, – заметил Костик, – что ты знаешь, что это такое. И как давно ты способен различать эти самые руны? Вроде за тобой увлечения мистикой раньше замечено не было.
– Это не совсем мистика, – вновь смутился Марк. – Руны на самом деле – это просто буквы. Алфавит такой был у скандинавов. Хотя да, на рунах еще гадают. Или эти… Обереги с ними делают. И не смотри на меня, как на сумасшедшего. Я это для дела узнавал… Кстати, наверняка это тоже заклинания какие-то. Скинь мне фото. Я спрошу потом, что это.
Костик хмурился.
– Ты сегодня реально странный, – сообщил он напарнику.
– Устал, – сказал Марк, чтобы сменить тему. – Похоже, этот покойник от кого-то скрывался. Ну, бегал, заметал следы…