Падший

Тимофеев Владимир

Дорога сквозь лес заняла около получаса. Тропка то исчезала, то вновь появлялась, но с пути это меня ничуть не сбивало. Я, словно «охотник на лис, держал направление по 'радару» — ощущению некой неправильности, которое пропадало, как только мы отклонялись от нужного курса.

Голый, без единой травинки каменный холм открылся взгляду внезапно. Вот вроде бы только что ехали по лесной чащобе, и тут — бац! — лес резко кончился, а вместо него какие-то скальные нагромождения. И лошади, как по команде, начали вдруг беспокоиться, словно бы впереди затаился какой-то хищник.

—

Я боюсь, — неожиданно сообщила Алина.

— Чего? — спросил я, не оборачиваясь.

— Того, что внутри. Там… как будто колодец… из черноты. Энергия минус, сжатая до состояния… до состояния камня.

— Скажи ещё, до состояния чёрной дыры, — усмехнулся я, оглядывая поверхность холма и припоминая, где оставил «заначку». — И, кстати, за мной лучше не ходи, а то мало ли что… И ещё это, включи защитную сферу. На всякий пожарный.

Спрыгнув с лошади и передав поводья Алине, я двинулся к каменным россыпям.

Как и полгода назад, решил обойти холм по кругу. И так же, как и тогда, примерно на полпути перед глазами сформировалось облачко маг-энергии. Нормальный такой маячок для памяти, чтобы уже наверняка не забыть, где что припрятал.

Мысленно усмехнувшись, я поднял голову, нашёл ещё пару-другую ориентиров и, уже никуда не спеша, направился вверх по склону.

Карабкаться по каменной круче пришлось недолго. Минут через десять я стоял на вершине. Точнее, на плоской, но не слишком ровной площадке с полуразрушенным парапетом, словно в кальдере потухшего невесть когда вулкана.

Удивительно, но окрестности с верхотуры почти не просматривались. Всё, что располагалось дальше двух сотен шагов от подножия, терялось в туманной дымке.

В прошлый раз я как-то не обратил на это внимания, но сейчас мне, по крайней мере, стало понятно, почему этот холм обходят стороной местные жители.

Основная причина: они его просто не замечают, хотя, по идее, холм такой высоты должен быть виден за пару десятков лиг. Вторая причина, менее явная: таящаяся внутри холма магия отпугивает любого, кто даже просто идёт в его сторону. А то, что на дороге стоит указатель с предупреждением и сюда от него ведёт неприметная тропка — так мало ли в мире встречается идиотов, желающих испытать на своей голове крепость какой-нибудь стенки? Особенно, если на указателе к ней открытым текстом написано: «Ты туда не ходи, ты сюда ходи. А то снег в башка попадёт. Совсем мёртвый будешь!» [1]

Тайник, где полгода назад я оставил старую обувь, сшитую Алмой одежду, рюкзак, деньги, оружие, находился чуть ниже вершины, на той стороне, где сильно «фонило» магией. Всё, что когда-то спрятал, оказалось на месте — в неприметной выемке между камнями.

Когда я извлёк всё наружу и решил ещё раз пошарить в нише (а вдруг там что-то осталось?), то внезапно почувствовал лёгкое дуновение. Оно шло прямо из горной толщи. Словно бы где-то под ней была пустота. Какая-то скрытая полость. И в той полости… хм… запросто могло отыскаться что-нибудь интересное.

Отбойного молотка у меня с собой не было, тонны тротила тоже, зато имелось в наличии целое облако маг-энергии, которое я легко мог употребить для удовлетворения своего исследовательского

зуда.

Заклятие «шахтёр-самоучка» сработало на отлично. Миг, и на месте банальной выемки возник круглый проход, похожий на вентиляционный канал, не слишком широкий, но, в общем, достаточный, чтобы в него мог пролезть человек.

Ну, я и полез.

Хорошо, эта мини-штольня оказалась не слишком длинной (метров, наверно, пятнадцать), не сужалась по ходу и не обрывалась куда-нибудь в пропасть, как это принято в приключенческих фильмах «категории Б». А ещё хорошо, что барахло снаружи оставил — приладил на склоне и под гору не потащил, только тесак с собой взял (вдруг резать чего-то придётся или рубить).

Путь ползком завершился тем, что я таки вывалился из штольни в пустое пространство. Упал, слава богу удачно. Ничего себе не ушиб и не поломал.

Включив специальное зрение, внимательно осмотрелся. Мой лаз находился всего в полуметре от пола какой-то пещеры, относительно небольшой, метров пятнадцать в диаметре. Посередине пещеры торчало похожее на пень возвышение. На возвышении лежал круглый камень. От камня веяло силой. Донельзя знакомой. Точно такой же, что исходила от пустоградского камня Байаль.

Подойдя ближе, я понял, что не ошибся. Это был действительно он, очередной осколок драконьего «средоточия» — вместилища магии. Коснувшись его рукой, я невольно вздрогнул. В памяти неожиданно всплыли события из моего недавнего прошлого. Которые были забыты. Вычищены «погонщиком» после нашего разговора под Пирамидой желаний. Он вовсе не собирался дарить мне волшебный камень. Я взял его сам, из похожей пещеры, с примерно такого же постамента…

«Поздравляю! — прошелестело в сознании. — Ты нашёл новый источник энергии».

«Явился, не запылился, — чертыхнулся я мысленно. — Что тебе нужно, бесформенный?»

«Мне? Ничего. Уже ничего, — засмеялся невидимый собеседник. — А вот тебе этот камушек пригодится».

«Чей он?»

«Какая разница? Возьми, и он будет твой».

Подвоха в его словах я не чувствовал, но кое-что уточнить всё-таки стоило.

«Чем он может помочь мне?»

«Он поможет тебе вернуться домой, — сообщил погонщик. — В прошлый раз, когда ты решал, какое желание выбрать, месть или возвращение, то тоже получил камень Байаль. Ты выбрал месть и использовал камень для создания армии и подчинения магов. Этот ты можешь использовать для перехода между мирами».

«Расплачиваться за переход надо осколком волшебной души», — пробормотал я, вспомнив, что говорила Алина.

«Ого! — восхитился бесформенный. — Цитируешь Вириона-отшельника. Молодец! Подготовился. И холм этот смог отыскать. А вообще, я тобой восхищён. Исполнить второе желание мало кому удавалось».

«Что нужно сделать, чтобы переход состоялся? Как надо расплачиваться? И, главное, с кем?»

«Как и с кем, ты узнаешь позже. А для начала тебе надо просто взять этот камень».

Я размышлял секунд десять. К любым предложениям этого кадра следовало относиться, как минимум, настороженно, однако, опять же, прямого обмана с его стороны я не чувствовал. Разве что некую недосказанность…